Страница 22 из 67
Обман, кругом меня всегда был обман. Столь неожиданное появление Грейс и Энда в моей жизни, их буквально навязанная забота, тот бал. Я была на балу собирателей, они знают что я обладаю даром. Они хотят присоединить меня к себе. Это было, пожалуй, самым правдивым вариантом.
В историю Тиффани я отчего-то поверила сразу. Ей ни к чему врать, если учесть что вскоре она меня убьёт.
— Когда ты отберёшь мой дар, я…умру? — это было трудно произнести, но лучше знать правду.
— Да, убийства не доставляют мне никакого удовольствия, но твоё убийство просто необходимо! Видишь ли, я заберу себе твой дар, а твою жизнь я обменяю на жизнь одного очень влиятельного человека, который умер много лет назад…
— То есть можно воскресить мёртвого? — воскликнула я.
— Это очень трудная процедура, я узнала о ней от своей бабушки. Её придумала одна ведьма…в общем, долго рассказывать. Собственно говоря, я и о тебе узнала от неё, — Тиффани снова ехидно улыбнулась, словно знала большой секрет. — Бабуля Берта собиратель, и она много чего мне рассказала, до того как узнала о моих пожирательским наклонностях! — и снова дикий хохот. Она была похожа на сумасшедшую.
— Тиффани, ты же добрая девушка, зачем тебе марать руки моей кровью? — я понимала безнадёжность этой попытки, но всё-таки я не могла не попытаться.
— Боже, Энн, оставь это…Мне на тебя абсолютно плевать! Я получу твой дар, а когда верну к жизни Филиппа, то получу и власть, получу столько способностей сколько захочу! — её голос был алчным. В самом деле. Она думала только о себе. Но вот что меня начало беспокоить…если все истории о кланах и братьях правда, то получается Филипп средний брат, который был основателем кланах пожирателей. Ну конечно! Тиффани хочет оживить его, надеясь, что он придёт к власти в пожирательских кругах (если конечно я не ошибаюсь и таковые существуют), и она получит в благодарность кучу полезных сверхъестественных способностей. Ах, я была бы рада избавиться от своей способности (и конечно же остаться в живых), а Тиффани стремилась к превосходству.
— Ты уверена что родоначальник такого зла отблагодарит тебя? — пробормотала я, снова пробуя освободиться.
— Разумеется, что-что, а преданность пожиратели ценят, — уверенно ответила девушка. Она, наконец, закончила рисовать что-то на полу и теперь склонилась тёмной фигурой надо мной. — Ты послужишь великой цели, Энни! И в этот раз ты действительно умрёшь, уж поверь мне…
— В этот раз? — с ужасом прошептала я.
— Ох, долго объяснять, да тебе и не зачем всего этого знать. Что ж, расслабься пока это возможно, потому что вскоре будет очень больно, поверь мне, — и снова её голос звучал вполне спокойно.
— Ты часто убивала, ведь так? — догадалась я.
— Убивать приходилось не часто, а вот калечить…Выживает сильнейший, Энни, выживает сильнейший! — она снова рассмеялась и направилась в сторону двери, оставив меня одну.
Раньше я думала, что моя способность максимум может свести меня с ума, но оказалось всё куда хуже. Существуют старинные кланы, специализирующиеся на этих самых способностях и самое интересное состоит в том, что почти все мои новые (да и старые, судя по Тиффани) знакомые относились к этим кланам. И скорее всего Эван тоже…значит ли, что его близость обусловлена лишь преданностью клана, которому я понадобилась? Или может это случайное стечение обстоятельств? Но теперь я уже мало верила в подобные случайности.
Тиффани решила убить двух зайцев одним выстрелом. Она решила забрать мой дар неведомым мне способом, который убивает, и тем самым принести мою жизнь в жертву, чтобы вернуть основателя клана пожирателей, который, получается, убивает людей, когда отбирает у них силы. Кто знает, какой силой обладал Филипп и что может случиться с его возвращением в этот мир? Но интуиция подсказывала мне, что лучше бы ему не возвращаться сюда. Для благополучия многих людей.
Но как остановить бывшую подругу, когда я сама себе помочь не в состоянии? Верёвки затянуты слишком сильно, а моя сила…она была совершенно бесполезна, потому что я не умела ей пользоваться. Из слов Тиффани можно было понять, что я могу не только читать мысли, но и делать что-то большее. Случай в парке сам пришёл на ум. Та палка…силой мысли я, скорее всего, притянула её к себе. Это, кажется, называется телекинезом. Но то была критическая ситуация…Стоп, так почему же нельзя назвать эту ситуацию критической?
Я повернула голову влево и стала смотреть на своё левое запястье, на котором была затянута верёвка, привязанная к кольцу, приваренному к столу. На этой веревке было несметное количество узлов, которые мне и двумя руками не развязать. Что уж говорить про мысленную силу…
И снова меня захлестнуло отчаянье, нужно было бороться, но не было никаких условий для этой самой борьбы.
Смерть…как часто я о ней задумывалась. Она всегда была рядом со мной, но никогда напрямую не подходила ко мне. Словно между нами всегда была стена. И вот сейчас я с ней встретилась лицом к лицу. Скоро меня не станет, а вместо меня на земле будет жить мужчина, который умер много лет назад, много веков назад. И скорее всего никто так и не узнает, что со мной произошло.
Больше всего меня гложила одна мысль: я так и не призналась одному собирателю в любви. А я ведь действительно его любила…Это теперь я знала точно, я была не в силах объяснить себе эти чувства. Но я знала что они есть. Я знала, что я хотела быть с ним.
— Я люблю тебя, — прошептала я тихо-тихо. — Жаль, ты этого не услышишь, — вздохнула я, закрывая глаза. Мне хотелось чтобы это закончилось как можно быстрее, я не хотела выйти из себя, не хотела впадать в истерику, плакать, кричать о том, что я не хочу умирать. Я не хотела показывать свои страхи этой алчной, лживой твари, которую когда-то я считала подругой и просто милой девушкой.
Не знаю сколько прошло времени, прежде чем я почувствовала прикосновение прохладных пальцев на своей коже. Через всё тело прошёл мощный разряд и я распахнула глаза. Присмотревшись, я увидела над собой тень. Это был он, несомненно. И пускай я практически не видела его лица, пуская всё расплылась перед глазами, я чувствовала его рядом. В такой ситуации было глупо радоваться, но я буквально воспарила до небес.
— Ох, — только и смогла выдавить я. Эван склонился надо мной, и наши взгляды пересеклись, его глаза излучали беспокойство, но вместе с тем серьёзный и сосредоточенный. Я ни у кого не видела таких глаз. И я была несказанно рада что мои глаза смогли сфокусироваться в этой тьме.
— Ты в порядке? — спросил он тихим голосом, от которого мурашки по коже. Его взгляд скользнул вдоль моего тела, проверяя цела ли я. Ну а во мне этот взгляд разжёг огонь, наверное, это всё было из-за выброса адреналина в критической ситуации. Я смогла только лишь кивнуть, не отрывая от него глаз, не моргая. Я боялась он раствориться как прекрасное видение. Пока я смотрела и смотрела, Эван каким-то ножом освобождал мои руки, затем верёвки на талии…Но ему не удалось до конца выполнить работу. Моё сердце упало вниз, разбилось на тысячи кусочков, в горле застрял крик.
Неожиданно Эван схватился за горло, и я поняла, что с ним происходит тоже самое, что и со мной, перед тем как я отключилась. Я как могла, повернула голову и увидела раздражённую Тиффани, сжимающую руку. Она душила его, лишала воздуха.
— Перестань! — закричала я, стараясь распутать верёвки на талии, но руки не слушались, а глаза отказывались смотреть куда-то кроме как на Эвана. — Прошу, перестань! — снова закричала я, наконец сумев перевести взгляд от Эвана.
— Сейчас же ляг обратно на стол! — холодно приказала девушка, я и не думала ослушаться. — Вижу у нас гости, — промурлыкала девушка, подойдя к Эвану, который уже практически ушёл во тьму. Я боялась что он из неё не вырвется. Тиффани схватила его за волосы и подняла его голову вверх.
— Оу, так наш музыкант оказывается тоже "особенный"! — фыркнула девушка. И тут я заметила, что расстояние между нами минимальное, руки мои были свободны, а веревки на талии ослаблены. Не раздумывая ни секунды, я резко вскочила и рывком потянула Тиффани на себя. Девушка ахнула, но я уже крепко придавила её горло рукой. Эван тут же закашлялся, его лёгкие снова имели доступ к кислороду.