Страница 46 из 103
— Еще как, дружище.
Кухулин издал странный звук, похожий одновременно на смех и рыдание.
Бригид быстро сменила тему:
— Сиара считает, что нам не надо сторожить лагерь этой ночью. Она говорит, что единственное преступное намерение, которое она чувствует, исходит от Фаллон. Шаманка доверяет воинам замка Стражи.
— Тогда давай скажем, что будем поддерживать костер. Мы, конечно, внутри стен, но и тут довольно холодно. Я предпочитаю дежурить вторым, — предложил Кухулин.
Бригид взглянула на него с пониманием и сказала:
— Тогда я первая. Наш костер не погаснет.
— Согласен.
Пока они возвращались обратно в лагерь, Бригид чувствовала около сердца тепло бирюзового камня. Оно удивительным образом успокаивало ее.
24
Бригид не хотела видеть сны в замке Стражи, где произошло слишком много страшных событий. Охотница уютно устроилась на шкурах, еще хранивших тепло тела Кухулина, его запах, и стала твердой рукой управлять своими мыслями.
«Только не сегодня, — приказала она себе, сделала три глубоких очистительных вздоха и сосредоточилась. — Не этой ночью! — Кентаврийка усилила эту мысль, задействовала весь врожденный инстинкт шаманки, живущий в крови, и послала ее в иной мир, где пребывала разрушенная душа Кухулина. — Завтра, под открытым небом Партолоны, я буду готова иметь дело с харизматичной, но отсутствующей частью души Ку. Сегодня мне никак не удастся забыть трагическую историю жизни Бренны. К тому же в этом замке слишком много призраков прошлого».
Она заснула, надеясь, что счастье, которое маленькая знахарка нашла в конце своей жизни, компенсировало боль и трагедию ее молодости.
Сначала Бригид не поняла, что видит сон. Она просто была счастлива вернуться в замок Маккаллан. Домой! Все вокруг было реальным до боли в сердце. Стояло раннее утро, рассвет, главный внутренний двор оказался пустым. Статуя Рианнон, знаменитой прародительницы клана Маккаллан, изливала журчащую воду в изящный мраморный фонтан, окруженный скамьями и папоротником в горшках. Потолок, восстановленный совсем недавно, не был сплошным. Он частично открывал небо. Рассветные сумерки гармонично смешивались с огнем факелов, укрепленных на стенах, создавая мягкое розоватое сияние.
Все здесь было знакомо и дорого ей. Обычно Бригид просыпалась раньше, чем остальные обитатели замка, быстро перекусывала и сразу же отправлялась на охоту. Она улыбнулась, видя красоту массивных мраморных колонн внутреннего двора, вновь удивляясь изящным резным узорам на них, изображавшим мчащуюся кобылицу, символ клана Маккаллан, и животных, которые водились в близлежащем лесу. По привычке кентаврийка прошла через просторное сердце замка в Большой зал, служивший трапезной и местом общего сбора.
Его наполнял соблазнительный аромат свежеиспеченного хлеба. В это время здесь обычно бывало пусто, в отличие от кухни. Но Бригид привыкла завтракать одна. Она наслаждалась одиночеством, возможностью привести в порядок мысли, настроиться на предстоящую охоту. Через скошенные стеклянные окна, отделявшие Большой зал от главного внутреннего двора, Бригид с удивлением заметила, что кто-то уже завтракал. Наверное, какая-то кухарка решила передохнуть.
«Что ж, у меня хорошие отношения с ними. Я не буду возражать против такой компании».
Охотница вошла в зал и остолбенела. На своем обычном месте за гладким сосновым столом сидела Бренна. Бригид захлопала глазами. Ей очень захотелось их протереть, но знахарку нельзя было ни с кем перепутать. Ее густые темные волосы нависали над правым плечом, частично закрывая глубокие шрамы, уродующие правую сторону тела.
— Я сплю, — только и смогла произнести Бригид онемевшими губами.
— Конечно, подруга.
Бренна посмотрела на кентаврийку и улыбнулась. Охотница почувствовала, как сжалось ее сердце.
«Такая дорогая, знакомая кривая улыбка!»
Слезы наполнили глаза Бригид, вытекли и побежали вниз по щекам.
— Ой, не надо! Прошу, не делай этого.
— Прости, Бренна. — Кентаврийка поспешно вытерла щеки. — Я не ожидала… даже не понимала, что сплю, пока не увидела тебя. Я по тебе очень соскучилась.
— Я тоже соскучилась по тебе, Бригид.
Охотница снова вытерла лицо, глубоко вздохнула и подошла к призраку. Маленькая знахарка выглядела совсем как настоящая! Совершенно реальная!
Бригид мысленно встряхнулась.
«Она и есть реальная, просто это ее дух, а не тело».
— Не будешь больше плакать? — спросила Бренна.
— Не буду.
— Хорошо. У нас слишком мало времени, чтобы потратить его впустую. — Знахарка вздохнула и стала задумчиво осматривать Большой зал. — Он стал таким же красивым, каким я его себе представляла, когда Эльфейм описывала нам это место.
— Ты не была здесь с тех самых пор… — Бригид не знала, как задать вопрос, и замолчала, чувствуя неловкость.
— Ты думаешь, что я часто посещала замок Маккаллан? — Бренна рассмеялась негромким серебристым смехом. — Нет. Сегодняшняя ночь — особая. Я почувствовала, что должна прийти сюда и поговорить с тобой.
Глаза знахарки затуманились, словно она увидела что-то красивое сквозь каменные стены. Потом Бренна снова засмеялась, перевела взгляд на подругу и сказала:
— В замке Маккаллан уже есть один призрак. Другой здесь не нужен.
— Я не знала, что в этом смысле существуют ограничения, — отозвалась Бригид.
— Их нет. Но ни мне, ни клану Маккаллан не будет хорошо, если я задержусь здесь. Нам всем важно двигаться дальше.
— Ты говоришь о Кухулине?
— Да, о Кухулине. — Когда Бренна произнесла это имя, в ее голосе появилась неизбывная нежность. — Но не только. У Эльфейм, тебя и у меня — у всех своя судьба. Я приняла то, что было предначертано мне, и не должна мешать вам поступить так же.
Слова знахарки заставили Бригид похолодеть.
— Ты хочешь о чем-то предупредить меня?
— Я пришла в твой сон не как предвестник гибели. Тебе предстоит долгая жизнь, подруга. Я только хочу быть уверенной в том, что она будет еще и счастливой.
Кентаврийка удивленно заморгала. Бренна улыбнулась и спросила:
— Ты такого не ожидала, правда?
— Я думала, ты здесь ради Кухулина.
— В некотором смысле так оно и есть. Я хочу сказать тебе о том, что поможет вам обоим.
— Что же это, Бренна?
— Бирюзовый камень — мой дар тебе. Воспользуйся им, чтобы исцелить Ку.
— Хорошо. Кухулину уже лучше. Сегодня он приходил на могилу твоих родителей. Мастер Фаган рассказал ему о том, что случилось с твоей семьей. Ку поклялся, что не… — Бригид оборвала себя на полуслове, испугавшись, что чуть все не выболтала.
«Где мои мозги? Неужели я никогда не научусь сдерживать свой чересчур правдивый язык?!»
— Ты можешь сказать мне, подруга. — Тень знахарки потянулась и положила прохладную, почти невесомую руку на плечо охотницы. — Смерть излечила старую рану. Прошлое не может причинить мне боль.
— Ку поклялся, что исцелится для того, чтобы ты не несла ответственности за смерть еще одного мужчины, которого любила, — негромко проговорила Бригид.
— Хорошо. Если он узнал мое прошлое и решил поступить именно так, то мне очень жаль, что ему не стало все известно раньше. Возможно, Ку начал бы исцеляться скорее. — Она расправила плечи и отбросила волосы назад.
Бригид застыла. Ужасные шрамы, покрывавшие правую сторону лица знахарки, стали таять, исчезать, оставляя нетронутой кожу и удивительную красоту.
— Ой! — Бренна протянула руку к гладкой щеке. — Они исчезли. Странно. Я редко принимаю физический облик, но когда это происходит, шрамы иногда остаются, а иногда — нет. Вообще-то они совершенно не имеют значения.
— Вот почему Дананн вырезал твое изображение без шрамов, — поняла Бригид — Он сказал, что даже не задумался, почему поступил так. Просто Повелитель камней помнил тебя именно такой.
Бренна улыбнулась, засияла и заметила:
— Я всегда знала, что старый кентавр силен духом гораздо больше, чем телом.