Страница 101 из 112
Я не сводил глаз с Ридли. Она улыбнулась и ласково потрепала Линка за волосы.
— Давай, малыш, заступись за меня. Ты же любишь свою плохую девочку.
Я не имел понятия, какими силами она обладала. После ее небольшого шоу в Равенвуде мне было ясно, что она могла убить любого из нас. Я никогда не относился к ней как к милой девушке с вечеринки. Она была существом, намного превосходящим меня по силе. Но я только теперь начинал понимать, как далеко распространялась эта сила.
Линк перевел взгляд на меня. Он не знал, чему верить.
— Я не шучу, Линк. Вспомни мои прежние слова. Клянусь, они были и остаются правдой. Иначе почему она хочет убить моего отца?
Линк отступил назад. Он не поверил мне. Наверное, он подумал, что я сошел с ума. Я и сам иногда находил свои объяснения безумными.
— Ридли, это верно? Ты применяешь ко мне какие-то силы?
— Нехорошо, Короткая Соломинка. Пытаешься настроить его против меня? Давай посмотрим, что из этого выйдет.
Мой отец опустил одну руку с ограждения. Он вытянул ее в сторону, стараясь удержаться на узком выступе.
— Папа, не делай этого!
— Рид, прекрати.
Линк медленно приблизился к ней. Я услышал, как звякнула цепочка на его поясе.
— Разве ты не слышал, что сказал твой друг? Я ведьма. Я плохая.
Ридли сняла солнечные очки, показав нам свои золотистые кошачьи глаза. Линк задохнулся. Похоже, он впервые увидел ее в настоящем облике. Но его замешательство длилось только миг.
— Может, ты и ведьма, но не плохая. Я знаю, ты классная девчонка. Мы с тобой провели вместе кучу времени. У нас теперь много общего.
— Таков был план, Горячий Стержень. Мне велели подобраться к Лене. Я решила сделать это через тебя.
Лицо Линка помрачнело. Что бы Ридли ни делала с ним, какие бы чары ни навевала, его чувства к ней оставались прежними.
— Значит, ты считаешь, что у нас все несерьезно? Я не верю тебе.
— Верь во что хочешь, но это правда. Почти.
Я увидел, как мой отец начал раскачиваться вперед и назад. Его рука по-прежнему тянулась в пустоту. Он словно опробовал новые крылья, желая увериться, что действительно может летать. Неподалеку от здания, взметнув шлейф грязи в воздух, упало пушечное ядро.
— А как же твои рассказы о Лене? Ты говорила, что вы вместе росли и называли друг друга сестрами. Почему ты хочешь навредить ей?
Ридли болезненно поморщилась. Мне показалось, что на ее лице промелькнуло сожаление. Хотя я мог и ошибаться. Вряд ли ей было знакомо такое чувство.
— Это не моя прихоть. Не я заказываю музыку. Моя задача простая: убрать Итана подальше от Лены. Мне его старик вообще до лампочки. Но его ум ослаблен. Он легкая мишень.
Она лизнула леденец.
«Убрать Итана подальше от Лены».
Значит, вся эта затея с моим отцом была отвлекающим маневром. Они хотели разлучить нас с Леной. Мне вспомнились слова Арелии: «Лену спас не дом, а ее парень. Ни один чародей не может встать между ними».
Каким же я был глупым и самонадеянным! Мое воздействие на Лену объяснялось не магической силой. Я никогда не обладал ничем подобным. Нас поддерживала и защищала взаимная связь — та сила, которая всегда струилась между нами. Она заставила меня найти ее на трассе номер девять под проливным дождем. Она помогла мне отыскать нужный поворот на развилке дороги. Нам не требовалось никаких связующих чар. Мы представляли собой единое целое. И теперь, когда нашим недругам удалось разлучить нас, я чувствовал себя бессильным. А Лена осталась одна — в самую опасную ночь, когда она больше всего нуждалась во мне.
Я не знал, что мне теперь делать. Сейчас я мог потерять двух последних людей, которых любил. Я метнулся к отцу, прорываясь сквозь пелену уплотнившегося времени. Ноги вязли в воздухе, как в зыбучем песке. Ридли пригнулась вперед. Ее волосы развевались на ветру, словно змеи горгоны Медузы. Линк схватил ее за плечо.
— Рид, не делай этого. Пожалуйста!
Я не знал, что случится дальше. Все происходило как в замедленной съемке. Мой отец обернулся и посмотрел на меня. Он разжал пальцы второй руки, сжимавшей ограду. Я видел, как извивались в воздухе розовые и белокурые локоны Ридли. Линк стоял перед ней, глядя в ее золотистые глаза, и что-то шептал. Она взглянула на него и молча отбросила в сторону вишневый леденец. Тот полетел по дуге к земле и взорвался, словно ядро со шрапнелью. Чары исчезли.
Отец повернулся к ограде балкона и протянул ко мне руку. Я схватил его за плечи, перетащил через ограждение и помог опуститься на пол. Он прижался спиной к стене, глядя на меня, как испуганный ребенок.
— Спасибо, Ридли, что смогла удержаться.
— Мне не нужно твоих благодарностей, — презрительно ответила она.
Оттолкнув Линка, она поправила свой узкий топик.
— Я не делаю услуг безмозглым смертным. Мне просто не хотелось убивать больного старика. Во всяком случае, сегодня.
Она старалась нас запугать, но в ее голосе звучали какие-то детские нотки. Она намотала на палец розовую прядку волос.
— Хотя кое-кто будет очень недоволен моей добротой.
Она не стала называть имен, но я заметил страх в ее глазах. Возможно, пожалев моего отца, Ридли обрекла себя на месть Сэрафины. Фактически ради нас она пошла на огромный риск. Поднимая отца на ноги, я почувствовал жалость к этой девушке. С таким телом и способностями Ридли могла очаровать любого парня на планете. Но я видел, какой одинокой она себя чувствовала. У нее не было той силы духа, которой обладала Лена.
О господи! Лена!
«Ты в порядке?»
«У меня все хорошо. Как у тебя?»
Я посмотрел на отца. Его зрачки закатывались вверх. Он не мог стоять на ногах.
«Нормально. Ты с Ларкином?»
«Да. Мы возвращаемся в Равенвуд. Что с твоим отцом?»
«Он в безопасности. Потом расскажу подробности». Я просунул руку под плечо отца. Линк подхватил его с другой стороны.
«Не отходи от Ларкина. Возвращайся к семье. Тебе угрожает большая опасность. Ни в коем случае не оставайся одна».
Когда мы прошли через балконную дверь и оказались в демонстрационном зале музея, Ридли обогнала нас и направилась к выходу. Да! Какие ноги! Просто десятимильной длины.
— Ладно, парни, — произнесла она через плечо, — Извините, если что не так. Мне придется вернуться в Нью-Йорк на какое-то время. Нужно залечь на дно. И знаете... Это было круто.
Ридли печально вздохнула. Возможно, она была чудовищем, но Линк смотрел на нее как на чудо.
— Эй, Рид?
Она остановилась и обернулась, чтобы взглянуть на него. В ее глазах мы увидели печаль. Конечно, она не могла изменить своей природы — так же, как акула не может перестать быть хищницей. Но если бы она могла...
— Что, Мятая Банка?
— Ты не плохая.
Она улыбнулась ему.
— Люди не могут ошибаться. Ты же знаешь, что они говорят обо мне. Хотя, возможно, я просто притворяюсь плохой.
Нам пришлось передать отца в руки медиков, которые обслуживали историческую реконструкцию битвы на Медовом холме. Это задержало нас, и я вернулся на вечеринку не слишком скоро. Я пробирался сквозь толпу джексоновских школьниц. В грязных куртках, топиках и детских гольфах, они извивались под музыку «Святых роллеров». Линк — нужно отдать ему должное — почти не отставал от меня. Гитарные соло сопровождались раскатами пушечных залпов. Среди этого шума и гама я едва расслышал оклик Ларкина.
— Итан, беги быстрее сюда!
Он стоял среди деревьев у желтой светоотражающей ленты, которая отделяла безопасную зону от территории военных действий. Что он делал в роще, находившейся под обстрелом гэтлинских воинов? Почему не вернулся домой? Я помахал ему рукой, и он, поманив меня, исчез за невысоким холмом. В другое время я остерегся бы перепрыгивать через желтую ленту, но не сегодня. У меня не было выбора. Я последовал за ним. Линк, спотыкаясь, так и бежал за мной.
— Эй, Итан!