Страница 5 из 30
Фиджи немного пришла в себя и почти без запинки выговорила фамилию негодяя Вулфа, включая все аристократические звания и титулы. Метрдотель одобрительно дернул бровью и величаво поплыл вперед, а Фиджи поплелась за ним, то и дело спотыкаясь об ковер.
В зале, куда сопроводил ее метрдотель, стало совсем нехорошо. Фиджи с тоской подумала, что бриллианты, как ни крути, необходимы практически любой женщине. Вокруг, по крайней мере, не наблюдалось ни одной женщины БЕЗ бриллиантов…
В полутьме загадочно мерцали свечи на столиках, покрытых крахмальными скатертями. Свет отражался в мириадах граней бриллиантов, сапфиров и изумрудов, украшавших шеи, плечи, уши, бюсты и пальцы дам различного возраста. Ароматы французских духов витали в душном воздухе, смешиваясь с запахами еды, дорогого вина, изысканно-вонючих сигар, мужского одеколона — и возникал один общий аромат: аромат богатства и власти…
Фиджи в очередной раз споткнулась — очень удачно, потому что метрдотель как раз отодвинул стул и вполголоса произнес, торжественно и негромко:
— Мистер Вулф, к вам дама…
Фиджи с размаху плюхнулась на стул и вскинула глаза, одновременно лихо сдувая упавшую на них челку…
Прямо перед ней сидел флибустьер. Властелин Карибского моря. Морской разбойник. Демон. Отец всех пороков и повелитель всех соблазнов.
Джордж Мортимер Вулф, граф Кентский, герцог Олдершот-и-Беркли.
Смуглое лицо флибустьера было невозмутимым и бесстрастным, только на красивых губах играла жестокая и ехидная усмешка. Высокие скулы, тень синевы на щеках. Волевой подбородок, высокий лоб, крупный, орлиный, но не массивный и не крючковатый нос. Черные густые брови вразлет, внешние концы чуть приподняты, что придает пирату еще больше сходства с дьяволом.
Густые черные волосы коротко подстрижены, и на висках серебрится первая седина, необыкновенно пирата украшающая. Но самое главное — глаза. Холодные сапфировые глаза, в глубине зрачков которых тлеют адские уголья. Насмешливые и равнодушные глаза демона, которому погубить бессмертную душу Фиджи Стивенс — раз плюнуть.
Демон наклонился вперед, отпил из высокого фужера шампанское и процедил сквозь зубы:
— С ума можно свихнуться! Блондинка по имени Ифигения, да еще и пьяная. Гениально! Идеальное прикрытие. Если ты еще и печатать на машинке умеешь, то цены тебе нет, малышка Фиджи.
Голова у Фиджи закружилась, но она решила взять себя в руки.
— Па-апршу без фамильярностей! Мисс Стивенс. И на машинке я печатаю очень быстро, равно как и на компьютере. Так что не хами, герцог вшивый.
— Понял, умолкаю. Шампанского хлопнешь? Или попросить чего покрепче, чтобы не снижать градус?
— Шампанское сойдет. Я вообще-то не пью…
— Ты знаешь, это видно. Это, я бы сказал, сразу бросается в глаза.
— Отстань! Я пришла, чтобы сказать тебе, что я тебя ненавижу…
— Давай говори.
— Ненавижу! Ик! Ой.
— Набери воздуху в грудь и подними руки над головой. Теперь медленно выдыхай и попутно слушай меня. Итак, мое предложение тебя устроило, и ты едешь со мной в Вегас… Говорить не надо, просто кивай!
— Угм…
— Ненависть твоя, как и все прочие чувства, меня мало интересует, но в агентстве поручились, что ты умеешь еще и соображать, так что начинай прямо сейчас.
— Хам!
— Цыц! Не груби работодателю. Прощаю, потому что знаю, каково бывает в твоем состоянии. Вечером, бывало, режешь правду-матку всем в глаза, а с утра удивляешься, почему это тебя уволили…
— Алкоголик!
— Заткнись, Ифигения. Так вот. Мы летим в Вегас под видом праздношатающейся парочки. У нас с тобой бездна пороков и узы брака за спиной…
— Уоу!
— …именно поэтому мы уже можем себе позволить жить в разных номерах. Ты предаешься одним низменным страстям, я — другим. По вечерам в баре обмениваемся впечатлениями. Понятно?
— У меня нет низменных страстей.
— Они у всех есть, но в данном случае это не важно. Я собираюсь купить этот отель. Он достаточно раскручен, чтобы не вкладывать в него ни цента, но меня вдруг зацепило за живое — не слишком ли дешево и торопливо мне пытаются его впарить?
— Может, им деньги нужны…
— Золотые слова. А может, им нужно просто отмыть деньги. У меня репутация, которой можно резать стекла. Моим именем прикрыться — соблазн достаточно большой. Вот я и решил проверить, насколько этот отель вообще хорош. Может, просто сарай на окраине Вегаса, в котором продают подержанные авто?
— Очень смешно.
— Как ты жила все это время, Стивенс? Не замужем, конечно?
— Почему — конечно?
— Не знаю, вырвалось. Мне кажется, редкий мужчина согласится заполучить жену по имени Ифигения.
— Вулф, это перестало меня веселить лет двадцать назад. Смени пластинку.
— Хорошо. Ты натуральная?
— Натуральная что?
— Не что, а кто. Блондинка.
— И этот вопрос меня уже давно достал. Натуральная. Все?
— Оригинально. Впервые со мной подобным образом разговаривает наемный работник.
— Ну да, обычно хамишь ты.
— Рад, что ты объективно оцениваешь собственное поведение. Ладно. Во всем надо искать прелесть…
— С нами еще кто-то поедет?
— А? Ах в этом смысле… Нет, что ты. Мне вполне достаточно одной Ифигении.
— Как мне тебя называть? Герцог, граф, ваше превосходительство?
— Строго говоря, я сиятельство, но ты будешь звать меня по имени и на «ты».
— Еще чего!
— А что такое? Сейчас ты, по-моему, отлично с этим справляешься.
— Сейчас мне море по колено, меня душит злоба, невысказанная обида и желание отомстить. Завтра утром я протрезвею и ужаснусь. После этого меня накроет комплекс неполноценности, а ты, как прирожденный негодяй и мерзавец, не преминешь этим воспользоваться…
— Фиджи! Ты с кем сейчас разговариваешь, а?
— Сама с собой! Вулф, можно, я не буду на тебя работать, а?
— Не-ет! Вот теперь точно нельзя. Я в кои веки заполучил говорящую блондинку и не отпущу тебя до окончания контракта.
— Я его еще не подписала.
— Подпишешь, подумаешь проблема.
— Ни за что!..
— Удвою гонорар.
— Во! Ты обалдел? За тридцать штук свозить блондинку в Вегас?
— Смотря какую блондинку. Тебя — стоит.
Фиджи торопливо схватила бокал с шампанским, который как раз материализовался у ее правого локтя. Голова у нее кружилась, кофейный ликер в сочетании с возбуждением творил чудеса. Сейчас она могла бы, например, запросто надеть Морту Вулфу на голову ведерко со льдом…
Впрочем, нет. Не ЭТОМУ Морту Вулфу.
Она шла сюда, ожидая увидеть все того же бледного красавчика-аристократа, высокого и худощавого Прекрасного Принца. С тем Мортом Вулфом она бы справилась одной левой.
Однако перед ней сидел совсем другой человек. Мощный, опасный и необыкновенно привлекательный… самец. Зверь. Мужчина, способный скрутить ее самое двумя пальцами, перекинуть через плечо и унести…
Стоп! Никто никого никуда не несет. И не надо думать об этом, надо принять совершенно независимый и одновременно соблазнительный вид…
— Фиджи, будь лапочкой, закрой рот и сфокусируй глазки. Я начал рассказывать тебе план нашего пребывания в Вегасе, но у тебя в мозгу, судя по всему, началась перезагрузка. Вернись в мир людей и побудь с нами.
— А! О! Да. Очень смешно, Вулф.
— Вот я же и говорю, ты все пропустила. Итак, мы прилетаем в Вегас и селимся в отеле «Сад Наслаждений». Я — воротила не пойми какого бизнеса, ты — моя недалекая подруга жизни. Мы — глубоко порочные и пресыщенные натуры, поэтому селимся в разных, но соседних номерах. Заметь, щажу твою нравственность.
— Вот и глупо!
— Я тоже так думаю, но мама с папой учили меня уважать женщин.
— Да я не об этом. Глупо и подозрительно селиться в разных номерах. Ты ведь собираешься разнюхивать, чего там происходит?
— Ифигения! Ты снова домогаешься моего тела, как мне кажется.
— Мистер Вулф, прощайте. Вы меня достали.
— Нет-нет, рыбка моя, прости, сорвалось… Фиджи, давай поговорим серьезно. Ты полагаешь, что раздельное поселение вызовет подозрения — в чем-то я с тобой согласен. Но тогда учти, что для пользы дела мне придется, возможно, снять пару-тройку девиц, и в случае нашего совместного проживания я приведу их к НАМ в номер.