Страница 81 из 91
А потом она увидела Антона.
Он выглядел потерянным; казалось, он чувствует себя чужим. Она вспомнила, как несколько месяцев назад сама вписала сегодняшнюю дату в его дневник.
Но теперь его появление не произвело на нее ни малейшего впечатления; во всем она была виновата сама. Антон никогда не любил ее. Она все выдумала.
Президент очень тепло отозвался о своих выпускниках.
— Чтобы закончить курс, им пришлось пожертвовать развлечениями и общественной жизнью. И они хотят поблагодарить вас, свои семьи и друзей, за поддержку, которую вы оказали им в этом нелегком деле. Каждый из выпускников, что стоят здесь, прошел долгий путь. Они стали другими по сравнению с теми людьми, которые много месяцев назад шагнули в неизвестность. Они приобрели намного больше, чем просто буквы с указанием ученой степени после своей фамилии. Они испытывают удовлетворение, знакомое только тем, кто начал заведомо трудное дело и довел его до конца. И от имени всех вас я искренне поздравляю их.
Голос его потонул в громе аплодисментов, и новые выпускники заулыбались и замахали руками, стоя на сцене. А потом началась торжественная церемония…
Они решили устроить праздничный ужин у Эннио: Ноэль, его семья, Эмили и Хэт, Деклан, Фиона, Джонни и родители Кэрроллов. Фэйт должна была привести отца и троих братьев. Лиззи взяла на себя обязанности координатора и заказала для них большой столик; Эннио обещал выставить счет по специальному тарифу; обслуживать гостей должны были Марко и близнецы. Лиззи даже собиралась присоединиться к ним за столиком.
Работа очень помогла Лиззи. Случалось, что она была настолько занята, что у нее не было времени присесть. Исчез пустой остановившийся взгляд, устремленный перед собой, от которого у ее соседей разрывалось сердце. А здесь царила рабочая суета и постоянное оживление. Со всех сторон раздавались громкие голоса, не оставляя времени для скорби о том, кого она потеряла. И в нужный момент рядом всегда оказывался Эннио со словами ободрения или чашечкой кофе. Она познакомилась с новыми людьми; людьми, которые не знали Матти. Ей не стало легче, просто боль утраты притупилась. Лиззи и сама чувствовала это, да еще и близнецы не оставляли ее своим вниманием. Она была верующим человеком. Она благодарила Господа каждое утро и каждый вечер за то, что Он сделал так, что Мод и Саймон с нею рядом.
Эннио предложил повесить над столом огромный транспарант с надписью: «FELICITAZIONI — TANTI AUGURI — FAITH LISA NOEL» [17]в алфавитном порядке, чтобы никто не чувствовал себя обиженным.
— И что это означает?
— Поздравления, наилучшие пожелания, — взволнованно ответил Марко.
Компания собралась весьма разношерстная, среди них были двое маленьких детей, но все быстро нашли общий язык, и общий разговор не смолкал ни на минуту. На столик подавали все новые и новые блюда и вино. Наконец, настала очередь огромного торта, на котором кремом и сахарной глазурью была нарисована квадратная академическая шапочка и свиток.
От других столиков к ним подошли посетители, чтобы взглянуть на такое чудо.
— Глазировку делала Мод, — с гордостью сообщил Марко.
— Мне помогали, — с деланной небрежностью отмахнулась от похвалы Мод.
— Но Мод была главной, — стоял на своем Марко.
Им подали игристое вино, чтобы поднять тост, а Ноэлю вручили бокал с соком бузины. Гости выпили за здоровье каждого из трех студентов, и ресторан содрогнулся от приветственных криков.
К удивлению собравшихся, Ноэль поднялся со своего места и попросил слова.
— Как сказал наш президент, мы в неоплатном долгу перед своими семьями и друзьями и, думаю, теперь самое время нам троим выпить за всех вас. Без вас и вашей помощи мы бы не смогли добиться успеха, а выпускной вечер и праздник так и вообще не состоялся бы. За родных и друзей, — закончил он.
Лиза и Фэйт встали рядом с ним и хором повторили тост.
— За наших родных и друзей.
Глава четырнадцатая
Ребенок Ани почти родился в кардиологическом центре; не совсем, но почти. Он появился на свет раньше срока.
Воды отошли внезапно во время очередной выставки здорового питания, и ее немедленно увезли в родильное отделение Святой Бригитты. Ближе к вечеру стало известно, что на свет появился недоношенный мальчик, и что его поместили в палату интенсивной терапии для новорожденных.
Все понимали, что Карл и Аня оказались в трудном положении; для обоих родителей вновь настали нелегкие испытания. Во время беременности им пришлось пережить немало тревожных минут, а теперь возник очередной повод для беспокойства. Родители оставались с малышом возле его инкубатора, но позже Карл обещал приехать в клинику и сообщить последние новости.
Клара Кейси позвонила бывшему супругу и попросила его приехать.
— Мне это не нравится, — заявил Алан.
— Послушай, я сделала все так, как ты просил: родила тебе двоих детей, а потом позволила тебе последовать велению твоего сердца. Я дала тебе развод, когда ты пожелал его получить. При этом сама я ни разу не потребовала у тебя ни пенни.
— Ты получила мой дом, — заявил Алан.
— Нет. Нели помнишь, первый взнос за дом мы сделали из денег, которые оставила мне мать, а ежемесячный ипотечный кредит выплачивала я. Он всегда был моим домом, так что давай больше не будем возвращаться к этому вопросу.
— О чем ты хочешь поговорить, если я приеду? — Ну, вот, теперь он обиделся.
— О всяком разном… О будущем… О девочках…
— О девочках? — Алан фыркнул. — Ади умотала в Перу, где занимается Бог знает чем…
— В Эквадор, если быть точным.
— Какая разница? Что же касается Линды, то она не станет разговаривать со мной, даже если я припаду к ее ногам.
— Это потому, что когда она сказала тебе, что они с Ником собираются усыновить ребенка, ты заявил, что никогда не стал бы воспитывать сына другого мужчины. Это было очень любезно с твоей стороны…
— Тебе не угодишь, Клара. Когда я говорю правду, это плохо; если лгу, это — еще хуже.
— До завтра, — откликнулась Клара и повесила трубку.
Она отметила про себя, что он постарел и поизносился. После череды женщин сейчас он явно без очередной партнерши. Алан, который всегда гордился тем, что его пассии гладят ему рубашки, выглядел жалко и неряшливо.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, повторяя слова, которые твердил при встрече почти каждой женщине. Клара пропустила комплимент мимо ушей.
— Кофе? — предложила она.
— А нет ли чего-нибудь покрепче? — поинтересовался он.
— Нет, выпивки ты не получишь, не надейся. После пары бокалов вина ты начнешь приставать ко мне, а я хочу этого избежать любой ценой.
— Когда-то тебе это нравилось, — пробормотал он.
— Да, действительно, но в те дни я верила всему, что ты мне говорил.
— Не придирайся, Клара.
— Нет, конечно, нет. Я оказываю тебе любезный прием. Фрэнк переезжает ко мне на следующей неделе.
— Как ты можешь? — Он был шокирован.
— Могу и хочу. Я просто подумала, что будет лучше, если ты услышишь это от меня, вот и все.
— Клара, ты уже слишком стара для этого, — возразил он.
— Подумать только, а когда-то я считала тебя очаровательным и бравым парнем, — заметила Клара.
Эмили украсила свободную комнату в доме доктора Хэта и запланировала несколько развлекательных мероприятий для Бетси и Эрика. Ее одолевало нелепое желание — ей очень хотелось, чтобы они полюбили Ирландию так же сильно, как и она сама. И еще она надеялась, что дождь не зарядит, что на улицах не будет мусора, и что прожиточный минимум не окажется чрезмерно высок.
Эмили и Хэт были в аэропорту задолго до прибытия самолета.
— Кажется, только вчера ты приезжал сюда, чтобы встретить меня, — сказала Эмили, — и устроил мне пикник в машине.
17
(итал.)ПОЗДРАВЛЯЮ! — МОЛОДЦЫ! — ЛИЗА — НОЭЛЬ — ФЭЙТ (примеч. пер.).