Страница 14 из 18
— Бэйн.
— Да, — пробормотал он, его язык наткнулся на ее сердцевину и он стал дразнить ее языком.
Она открыла рот, чтобы запротестовать, но слова застылиу нее на губах. О, мой бог, как она могла испытывать столь…чудесные ощущения? Ее бедра поднялись над матрасом, чтобы нежно кормить его, ее мягкие стоны заполнили дом. Его руки обхватили ее бедра, продолжая доставлять ей невероятное удовольствие, подводя ее к краю снова и снова.
Задыхаясь от необходимости, которую она даже не понимала, она передвинулась, чтобы схватить его за шелковистые волосы.
— Бэйн… пожалуйста.
К счастью, поняв, что она действительно больше не может терпеть, Бэйн поднялся, чтобы накрыть ее дрожащее тело, его бедра разместились между ее ногами.
— Изобелла, ты уверена? — тихо прошептал он.
Она подняла взгляд на человека, оказавшегося над ней. В темноте он казался опасными и диким, с его длинными волосами, спутанными вокруг невероятно красивого лица, и блестящими от внутреннего голода глазами. Даже его клыки были видны в лунном свете.
Она должна была быть испуганной.
Вместо этого, она провела рукой по его гладкой груди, зная, что она желает это больше всего на свете.
— Я уверена.
— Благодарю богов, — пробормотал он, опустив голову, чтобы наброситься на ее губы. С уверенным медленным движением он начал направлять свою мужественность к самому центру ее жара.
Изобелла инстинктивно напряглась. Она очень мало знала из того, что происходит между мужчиной и женщиной, но она была наслышана о той боли, которую должны вынести девственницы.
— Расслабься, дорогая, — прошептал Бэйн около ее уха, его голос был странно напряженным, в то время как он обхватил ее бедра. — Мои силы гарантируют, что ты не почувствуешь боли.
Она было открыла рот, чтобы спросить о каких силах он говорил, но смогла только вздохнуть, потому что чувство невероятного возбуждения пронеслось через ее тело, и его толстое естество ворвалось в нее.
Ее ногти вонзились в его спину, она застонала от восторга. Как он и обещал, она не почувствовала боли, когда он вошел в нее. Только… что?
Не существовало таких слов, которыми она могла бы выразить то удовольствие, которое она почувствовала, когда он глубоко погрузился в нее. Она чувствовала себя наполненной, и не могла этого объяснить.
Он осторожно поддался назад, и ногти Изобеллы еще глубже погрузились в его кожу.
Конечно, это не может быть все? Она все еще не достигла той чудесной вершины, которая оставалась удручающе неуловимой.
— Нет, — простонала она.
— Терпение, любимая, — попросил он, согнув ее ноги, чтобы глубже погрузиться в нее. — Я обещаю, в рай мы войдем одновременно.
Ее дыхание участилось, когда он стал двигаться над ней с ровным ритмом, его грудь касалась ее сморщенных сосков при каждом толчке. Инстинктивно она обхватила ногами его бедра, встречая его толчки, когда скапливающееся давление уже было готово ее поглотить.
И в тот момент, когда она уже была уверена, что распадется на мелкие частички, она достигла этого удивительного пика.
Мир остановился, когда ее тело напряглось, а затем начало сотрясаться с шокирующей силой.
Она вскрикнула, Бэйн обхватил ладонями ее лицо, его бедра с отчаяньем толкались в нее, пока он не издал свой собственный крик и не рухнул на нее, содрогаясь.
Перекатившись на свою сторону, Бэйн крепко обнял Изобеллу. Снова и снова он прижимался губами к ее растрепанным волосам, позволяя ее сладкому запаху заполнить его.
Часть его знала, что он должен отпустить ее, чтобы она могла одеться. В отличии от него, она могла чувствовать холод воздуха.
Но большая его часть не позволяла ей покинуть его объятья.
Что, если она была сном? Что, если он разожмет объятия и она исчезнет во тьме?
Потребовалась вечность, чтобы встретить женщину, которая заполнила его сердце такой любовью. Он действительно умрет, если сейчас потеряет ее.
Долгое время они лежали молча, чтобы оправиться от мощной силы своего желания. Затем, с явной неохотой, Изобелла отстранилась, чтобы взглянуть на него с явным беспокойством.
— Бэйн, ты должен идти.
Руки инстинктивно сжались вокруг нее.
— Нет, я не оставлю тебя.
Она провела пальцами по его щеке, ее нежность залечивала раны, которые болели вечность.
— Скоро рассвет. Ты должен вернуться к долине реки.
Черты лица Бэйна напряглись. Конечно, она была права. Он уже мог чувствовать приближение рассвета. Но на этот раз ему было все равно. Он не вернется в свой замок в одиночестве. Не после того, как он попробовал то счастье, что могла предложить Изобелла.
— Пойдем со мной, — резко потребовал он.
Не удивительно, что она заморгала, шокированная его словами.
— Что?
— Пойдем со мной, — обхватив ладонями ее лицо, он смотрел на нее с той любовью, которая сжигала его сердце. — Я нуждаюсь в тебе, Изобелла. Я нуждаюсь в твоих прикосновениях, в твоей улыбке, в твоей теплоте. Я больше не вынесу одиночества.
Укрепив его тревогу, черты ее лица отразили пораженное выражение.
— Бэйн,… это невозможно.
Что-то, очень близкое к панике, охватило его.
Он знал, что он — эгоист. Она заслужила то, чего желала каждая женщина. Мужчину, который мог бы предложить ей семью, друзей и обещание состариться вместе. Все то, что он не мог ей дать.
«И все же, она поклялась, что никогда не выйдет замуж», — с яростью напомнил он сам себе. Конечно, любовь и преданность, которую он предложил бы ей была предпочтительнее, чем стать старой девой, уязвимой перед сильным характером ее отца.
Если этого не достаточно, то он мог бы предложить все богатства, о которых другие женщины могли бы только мечтать.
— Почему? Ты не будешь ни в чем нуждаться, — заметил он. — Я клянусь, что могу предложить тебе больше, чем ты когда-либо мечтала.
Печальная улыбка скривила ее губы.
— Возможно, ты уже дал мне больше, чем я когда-либо мечтала.
— Изобелла, я ждал целую вечность, чтобы найти тебя, — он поднял руку, чтобы погладить нежную кожу ее щеки, точно зная, что никогда не сможет сполна насладиться этой женщиной. Он был потерян и был так долго один в темноте. Она была его спасением. — Не проси, чтобы я позволил тебе уйти. Я не могу.
— Я…
— Я попрошу, если я должен, — прервал он ее, запинаясь. — Я останусь здесь, пока поднявшееся солнце не сожжет меня до пепла, если это именно то, что я должен сделать, чтобы убедить тебя, в том что я не могу существовать без тебя.
Карие глаза расширились от ужаса.
— Нет. Никогда не говори так.
Он прижался губами к ее лбу.
— Тогда вернись со мной ко мне в дом. Будь моей женой.
Она издала полузадушенный стон, сжав его руку дрожащими пальцами.
— Пожалуйста, я должна вернуться прежде, чем они будут меня искать. Моя сестра будет волноваться.
Отстранившись, он пальцами приподнял ее подбородок, заставляя ее посмотреть вверх.
— Изобелла, посмотри на меня, — он терпеливо ждал, пока густые темные ресницы не поднялись, открыв ее глаза. — Ты меня любишь?
Он почувствовал, как она напряглась, услышав его вопрос, ее сердце стучало так громко, что он опасался, что оно может разорваться. Он молчал, желая, чтобы она сказала правду. Чтобы призналась в том, в чем она и так уже открылась каждым своим нетерпеливым прикосновением.
— Да, я люблю тебя, — наконец, прошептала она.
— Ты присоединишься ко мне?
Их взгляды скрестились и удерживали друг друга. Бэйн был недоволен, понимая, что она прячет от него свои самые сокровенные тайны.
Было что-то, что тревожило ее. Что-то не касающееся будущего, предложенного ей Зверем МакДонелла.
— Прежде чем я оставлю свою семью, я должна увидеть свою сестру. Я должна сказать ей до свиданья.
Бэйн прикрыл глаза. Будь все проклято.
Не зависимо от того, как сильно они будут любить друг друга, это всегда будет оставаться между ними. От этого ему хотелось завыть от сожаления.