Страница 68 из 87
— Есть полный стоп, — объявил Фред.
— Сэр, мы же стоим абсолютно неподвижно, — произнес лейтенант Хаверсон, нервно проводя рукой по зачесанным назад рыжим волосам. — Традиционная тактика рекомендует прибегать в космических дуэлях к маневрированию на предельной скорости.
— Только не в поле астероидов, — возразил адмирал Уиткомб. — Но вот с замечанием насчет маневренности я согласен. Разверните нас носом к центру тяжести этого планетоида и уводите задним ходом на половинной тяге. Нужно как можно дольше оставаться вне досягаемости вражеских орудий.
— Задействованы маневровые двигатели. Уходим на половинной тяге, — доложил Фред.
Спаренный корабль развернулся и начал медленно пятиться, уходя от астероида.
— Кортана? — окликнул Уиткомб. — Так у нас есть оружие или нет?
— Есть, сэр, — откликнулся ИИ. — Но электромагнитный блок, отвечающий за наведение торпед, перегружен.
Адмирал тяжело вздохнул.
— Мастер-Шеф, удалось найти что-нибудь на первом орудийном?
— Пусковые комплексы «Лучник» полностью разряжены, — ответил Джон. Он еще раз посмотрел на экран, надеясь, что что-то пропустил. — К ОМУ больше нет боеприпасов. И «Шивы» тоже израсходованы. В пусковых шахтах остались только три шпионских дрона «Кларион».
— Ни плазмы, ни торпед, — констатировал адмирал Уиткомб. — Хоть открывай люк и начинай швыряться камнями.
Швыряться камнями? Мастер-Шеф задумался над тем, не могут ли они зарядить ОМУ астероидом. Эти орудия обладали мощными электромагнитами, способными разгонять объекты до скоростей, близких к сверхзвуковым…
Электромагниты.
— Сэр, — сказал Сто семнадцатый, — возможно, мы все-таки сумеем дать залп из плазменных орудий. ОМУ «Геттисбурга» оборудовано семнадцатью мощными электромагнитными катушками. Может, Кортана сумеет их использовать для направления плазмы?
— Вероятно, — кивнул адмирал.
— Стоит попробовать, — признала Кортана, и ее взгляд задумчиво устремился в пустоту. — Провожу подсчет необходимой мощности поля. — Плотность математических символов, бегущих по ее телу, трехкратно увеличилась. Кортана нахмурилась. — Все было бы проще, если бы «Геттисбург» оказался присоединен дном к верхней части флагмана. В нашей же ситуации придется еще учитывать интерференционное взаимодействие двух кораблей. Но это все равно возможно. Шеф, активируй орудие. Мне необходимо откалибровать импульсный генератор для управления плазменным потоком.
— Магнитная установка ОМУ активирована, — доложил Джон, вбивая команды. — Переправляю на нее энергию с реакторов «Восхождения правосудия».
— У нас не остается резервов, чтобы набрать скорость, если это понадобится, — предупредил Фред, глядя на то, как иссякает поток энергии, поступающей на двигатели.
— Это уже не важно. — Адмирал с отсутствующим видом покрутил кончики усов. — Мы бы не сумели убежать от крейсера, даже если бы могли двигаться на полном ходу. Единственный наш шанс — уничтожить его раньше, чем он разделается с нами. Мастер-Шеф, запускай разведывательные дроны. Направь их к планетоиду так, чтобы мы могли «заглянуть за угол».
Вполглаза присматривая за флуктуациями электромагнитного поля, создаваемого сверхпроводящими электромагнитами, Джон запрограммировал шпионские радиоуправляемые модули. Разместив их по разные стороны от огромного астероида, он создавал что-то вроде дополнительной пары глаз, позволяющей увидеть все, что происходит с противоположной стороны каменной громады.
— Дроны ушли, — сказал он, нажав на кнопку запуска.
Модули скрылись во тьме космоса, оставляя позади слабый дымчатый след.
— Кортана, — приказал адмирал Уиткомб, — используй видеопоток, поступающий от дронов, для наведения. Нам необходимо выполнить точный выстрел до того, как крейсер обойдет эту глыбу и уничтожит нас.
— Выполняю, — ответил ИИ. — Получаю данные по вариациям магнитного поля совмещенного энергетического потока фрегата и флагмана.
— Дроны выведены на позиции и передают видеосигнал, — доложил Мастер-Шеф, выводя полученное изображение на общий дисплей.
На экране возникло сразу два изображения ковенантского крейсера. Вдоль его раздутых бортов мерцали плазменные контуры и сверкали от переполняющей их энергии готовые к стрельбе плазменные орудия. Лазерные батареи непрестанно вели огонь, уничтожая крупные астероиды, оказавшиеся на пути корабля, но позволяя более мелким отскакивать от его щитов. Крейсер набирал скорость, входя в гравитационное поле планетоида.
— Они собираются совершить рывок за счет притяжения астероида, — произнес адмирал. — Кортана, рассчитать огневое решение. Стреляй, как только представится возможность!
Кортана прищурилась, и по ее телу стремительно промчался ураган чисел.
— Вычисляю курс и скорость, — на одном дыхании выпалила она. — Попались.
Стоящий за орудийным терминалом Мастер-Шеф увидел, как электромагниты ОМУ «Геттисбурга» запульсировали. Их энергетический уровень поднялся до красной отметки. Линии магнитных полей выгибались, накладывались друг на друга и асимметрично разбегались. Щиты «Мьольнира» зашипели, а через секунду вся электрика на мостике заискрила, когда силовое поле распространилось и вытянулось к плазменному орудию «Восхождения правосудия».
Единственная работающая турель нагрелась; струи плазмы, собирающейся в сопле пушки, завихрялись протуберанцами, становясь вначале ярко-оранжевыми, а затем — синевато-белыми.
— Уже почти! — крикнула Кортана. — Потерпите!
Шар сжатой до предела плазмы сорвался с места. Он мгновенно испарил тридцатиметровый участок брони «Восхождения правосудия» и на долю секунды исчез из виду, а затем, закручиваясь винтом, устремился к краю планетоида.
Ковенантский крейсер вынырнул из-за каменной громады, наводя орудия на «Геттисбург», и дал залп.
Единственная торпеда, выпущенная Кортаной, врезалась в носовую часть вражеского судна. Вспыхнувшие серебром щиты противника продержались лишь долю секунды. Сверхплотная плазма вспорола корпус крейсера, молниеносно превращая в пар все, к чему прикасалась. Пламя ветвилось и рвалось вперед, словно отчаянно желая как можно скорее охватить каждый отсек корабля. По судну прокатилась серия вторичных взрывов.
Внешняя обшивка подбитого крейсера замерцала вначале красноватым огнем, а потом стала ослепительно белой, когда наружу ударили струи раскалившейся атмосферы. Торпеда пробила инженерный отсек, уничтожила реакторы, и ковенатский корабль исчез в огне, отблесках статических разрядов и разлетающихся искрах.
Пять зарядов, выпущенных по «Геттисбургу», распались багряной дымкой. Их существование более не поддерживалось электромагнитным полем, и некому было вести торпеды к намеченной цели.
Все собравшиеся на мостике наблюдали за тем, как догорают последние огненные всполохи на обзорных экранах.
— Доложить обстановку, — приказал адмирал.
Фред дотронулся до дисплея инженерной консоли и произнес:
— Двигатели и реактор выведены из строя. Похоже, их спалил электромагнитный импульс.
Мастер-Шеф отвернулся от все еще искрящегося орудийного терминала.
— Катушки ускорителей ОМУ уцелели. Один дрон уничтожен, второй — возвращается, сэр.
Голограммы Кортаны не было видно, но из громкоговорителей мостика донесся ее полный триумфа голос:
— Третья турель полностью уничтожена. Но если удастся вернуть в строй хотя бы одну из оставшихся шести — мы уже будем обладать солидным арсеналом.
— Такого шанса может и не представиться, — заметил лейтенант Хаверсон, склоняясь над навигационной консолью. — Многочисленные контакты. Малые корабли. Несколько десятков. Вывожу на основной дисплей.
На экране возникли бронированные «Пеликаны», одноместные ремонтные модули, горстка «Длинных мечей» и странного вида «Нетопырь».
— Это флот Джайлза, — сказал лейтенант. — И мы именно в том состоянии, которое им наиболее выгодно: беспомощно дрейфуем в пространстве.
— Получаю звуковой сигнал, — произнесла Кортана. — Вывожу.