Страница 20 из 28
А также капризной, ненадежной и истеричной. Чтобы она всегда сияла подобно зеркалам и мрамору в ее любимом доме, Нику приходилось ежемесячно перечислять астрономическую сумму на ее кредитную карточку.
— Ты очень по ней тоскуешь?
— Нет, — без промедления ответил Ник.
Глаза Кендейс расширились, рот принял форму буквы «о».
— Ты бы хотела, чтобы я тебе солгал?
— Когда Джилли говорила о тебе, у меня создавалось впечатление, что ты все, о чем она когда-либо мечтала.
Отвернувшись, Ник медленно снял с пальца обручальное кольцо.
— Мне уже давно следовало это сделать. Наши отношения с Джилли браком можно было назвать с большой натяжкой.
Кендейс резко вдохнула:
— Ник…
— Джилли мертва, — ответил он, не глядя на нее. — Я не хочу вечно оплакивать брак, который был с самого начала обречен на неудачу.
Кендейс провела ладонью по его руке. Еще одно ее прикосновение, и он не выдержит. Хуже всего то, что она даже не подозревает, как действует на него.
Наконец он посмотрел на нее:
— Мне не следовало жениться на Джилли.
Ее мягкий взгляд говорил о том, что она понимает, что он сейчас чувствует. Смущение. Чувство вины. Сожаление о потерянных годах. Желание связать свою жизнь с женщиной вроде нее.
Убрав руку, Кендейс взяла свой бокал и сделала глоток. Она даже не подозревает, как сильно он ее хочет. Даже если он выпил бы всю бутылку вина, это желание не ослабело бы. Напротив, вино бы его только распалило, а он не имеет ни малейшего намерения терять самоконтроль, которым всегда гордился.
Пора уходить, пока он не сделал что-нибудь, о чем бы потом жалел. Поднявшись из-за стола, он произнес:
— Завтра мне рано вставать. Думаю, мне пора закругляться.
— Ник…
Его пульс участился.
— Что?
Она покачала головой:
— Ничего.
— Скажи мне.
После небольшой паузы она спросила:
— Ты все еще хочешь, чтобы я в воскресенье пошла на праздник с тобой и Дженни?
Он был уверен, что она хотела сказать что-то другое, но не стал допытываться.
— Конечно. Элисон, ее муж Ричард и их сыновья тоже там будут. Уверен, мы хорошо повеселимся, — небрежно произнес Ник, не желая, чтобы Кендейс догадалась, как он рад, что она приняла его приглашение.
Глава 10
Сводчатый вход в «Валентайнз гарден сентер» украшал баннер с приветствием и гирлянда из сердечек.
— Как тебе удалось сделать так, чтобы к сегодняшнему празднику расцвело столько роз? — спросила Кендейс Ника, когда они проходили под аркой.
— Хорошее планирование — залог успеха. Я все готовлю заранее.
Прищурившись, Кендейс посмотрела на него. Неожиданно к ним подплыло облако из красных шаров в форме сердца. Из-за него показался подросток в футболке с логотипом «Валентайнз гарден сентер» и протянул ей один шарик.
Она взяла его и, наклонившись, привязала к коляске. Глаза Дженни загорелись. Она дотронулась до шарика и завизжала, когда он покачнулся на ниточке.
Ник рассмеялся. Выпрямившись, Кендейс встретилась с ним взглядом. На мгновение ее охватила радость, затем она вернулась к реальности и, отдав ему коляску, пошла дальше.
Она не должна забывать о том, что Ник хочет убрать ее из жизни их дочери. Битва еще не закончена. Ник просто выбирает подходящий момент, чтобы нанести очередной удар. Она не должна ему позволить усыпить ее бдительность.
Внутри садового центра царит праздничная атмосфера. Зона кафе расширена, и в ней стоят дополнительные столы и стулья. Повсюду висят кашпо с красной и белой петунией. На игровой площадке множество детишек лазают по веревочным лестницам и деревянным конструкциям. За ней стоят красные, синие и желтые палатки. В ближайшей из них три молодые женщины разрисовывают лица детям, а остальные оборудованы для игр и других праздничных развлечений.
— Боже мой, это действительно карнавал!
— По крайней мере, очень на него похоже.
Он взял одной рукой Кендейс за локоть и, продолжая вести другой коляску, пошел дальше, ловко маневрируя в толпе.
Для них освободили столик в дальнем углу, и Ник, поставив коляску с притихшей Дженни подальше от прохода, выдвинул стул для Кендейс.
— У пруда можно покататься на пони, — сказал он. — Там есть еще палатки. Одна из них предназначена для поцелуев.
Кендейс не хотелось говорить с ним о поцелуях. Ее кожу все еще покалывало в том месте, где он недавно прикасался к ней. Она поспешно сменила тему:
— Посмотри, здесь столько всего интересного, а Дженни почти спит.
Рассмеявшись, Ник подозвал проходящую мимо официантку и, взяв у нее два меню, протянул одно Кендейс.
— Я очень рекомендую коктейль из молока и йогурта с ягодами.
— Звучит аппетитно, — ответила Кендейс, радуясь, что он не вернулся к предыдущей теме.
Официантка приняла у них заказ и удалилась.
Она огляделась по сторонам. Неподалеку от них на небольшой эстраде играет трио музыкантов. Пожилые люди и несколько молодых пар сидят на скамейках и наслаждаются музыкой. Ее матери здесь бы тоже понравилось, но для Кэтрин Моррисон подобные удовольствия остались в прошлом. Прогнав грустные мысли, Кендейс сказала Нику:
— Ты уже много лет даришь людям радость.
Он кивнул:
— Некоторые постоянные клиенты приходят семьями на наш карнавал из года в год. Среди посетителей много пожилых людей, но с каждым годом появляется все больше молодых пар с детьми. Наши клиенты — это люди, для которых семья, любовь и домашний уют не пустые слова.
Вот такой Ник Валентайн ей больше нравится. Сейчас он совсем не похож на холодного расчетливого бизнесмена, помешанного на контроле, каким обычно предстает перед внешним миром.
— Звучит так, будто ты сам в это веришь, — сказала она.
— Разумеется, верю. Наши центры дают каждому человеку возможность построить сад его мечты, чтобы он мог проводить там счастливые минуты со своей семьей.
То, о чем с таким воодушевлением говорит Ник, никак не ассоциируется у нее со сплошным зеленым газоном и живой изгородью из подстриженного самшита возле его дома.
— А как насчет сада твоей мечты? — не удержавшись, спросила она.
— Что ты име…?
— Ник! Вот ты куда забрался. — К их столику подошла сухощавая пожилая женщина с обветренным лицом и волосами цвета соли с перцем.
Поднявшись, Ник крепко ее обнял:
— Здравствуй, Берта.
Когда он от нее отстранился, она пристально посмотрела своими зелеными глазами на Кендейс, затем перевела взгляд на коляску:
— Это та самая малышка, которую я видела, когда ей было всего несколько недель от роду?
— Да, это моя дочь Дженни.
В его голосе слышалась гордость или Кендейс показалось?
— Как она выросла! — удивилась пожилая женщина. — Я бы взяла ее на руки, но не хочу ее будить. Сколько раз я просила тебя принести ее на работу, чтобы я могла на нее посмотреть.
— Прости, Берта, — виновато произнес он.
Кто эта женщина? Видно, что их с Ником связывают теплые отношения. Кендейс поняла, что пожилая женщина смотрит на нее с любопытством.
— Меня зовут Кендейс, — представилась она. — Я няня Дженни.
Это не совсем так, но она не может сказать правду постороннему человеку.
— Кендейс, познакомься с Бертой Уильямс.
— Когда-то этот молодой человек косил мои лужайки.
— Берта и Генри взяли меня на работу в свой садовый центр. Они научили меня выращивать овощи и цветы, делать обрезку кустарников. Привили мне любовь к садоводству и убедили меня, что моя мечта выучиться на ландшафтного дизайнера может осуществиться, если я приложу для этого усилия.
— Мы владели этим садовым центром сорок лет, прежде чем потерять. Нику пришлось забирать его у бизнесмена, который хотел сровнять все с землей и построить дома. Мы с Генри были хорошими садоводами, но не умели рационально распоряжаться деньгами. К счастью, Ник все уладил. Он выкупил наш центр вместе с домом, в котором мы жили, пока нас не выгнали. — Берта тепло улыбнулась ему. — Поэтому, после того как он семь лет назад вернул нам дом, я настояла на том, чтобы он меня нанял.