Легко

Я кинула взгляд на Эрин, когда она толкнула меня коленом.

— Офицер на парковке? Господи, сколько же у него работ? — пробормотала она.

— Ни говори, — пробормотала я в ответ. И она даже не знала о репетиторстве.

— Возбуждающе… — прошептала она. — Особенно если он носит форму. И если имеются наручники.

Я вздохнула.

Оглянувшись вокруг нашего полукруга раскладных кресел, я заметила, что нас было всего около десятка — смесь студентов, профессоров и администрации. Самой старшей была седоголовая афроамериканка, которая по возрасту выглядела, как моя бабушка. Я сказала себе, если она может приходить сюда, чтобы научиться, как надрать потенциальному насильнику задницу, я тоже это смогу.

Даже если Лукас стоит на другом конце комнаты и поочередно, то пялится на меня, то избегает мой взгляд.

Первые полтора часа мы обсуждали азы самозащиты. Ральф сказал нам, что, прежде всего, 90 % самозащиты включают снижение риска нападения.

— В идеальном мире мы все можем делать, что хотим, безо всякого страха нападения. К сожалению, этот идеал не реален.

Я вспомнила, как Лукас отчитал меня за то, что я шла по пустынной парковке, позади здания братства и писала смс сообщение, вместо того, чтобы обращать внимание на обстановку вокруг, и мое лицо запылало. Я снова и снова обводила контуры 90 % синими чернилами, что в итоге, их перестало быть видно с обеих сторон. Но затем я вспомнила последнее, что он сказал мне той ночью: "Это не было твоей виной".

Нас попросили предложить варианты того, как мы могли бы предотвратить подвержение риску нашей безопасности, и записать их все — закрывать двери на замки, ходить куда-то или заниматься спортом с другом, носить обувь, не мешающую бегу. Большой популярностью пользовалось предложение Эрин "Избегать придурков".

— Для нападения необходимы три вещи: нападающий, жертва и возможность. Уберите возможность, и вы практически сможете избежать атаки. — Ральф хлопнул в ладоши. — Ну, хорошо. Давайте ненадолго прервемся и затем вернемся, на этот раз, чтобы вы, дамы, могли приступить к надиранию задницы Дона или Лукаса, на которое вы подписались.

Глава 11

— Многие из вас уверены, что без какого-то оружия вы абсолютно беспомощны против агрессивно настроенного мужчины. — Ральф говорил с противоположной стороны матов, на которых сейчас стояли лицом к лицу Дон и Лукас. Мы распределились по внешнему их краю, в предвкушении того, что нам сейчас покажут. Лукас так и ни чем и не выдал нашего с ним знакомства. — Дело в том, что на самом деле у вас есть оружие, и мы собираемся вам показать, как им лучше всего пользоваться. Здоровяк — Дон, будет нападающим, а Лукас, со всей этой шевелюрой, будет вынужденной жертвой.

От нескольких девушек, стоящих рядом с Лукасом, раздалось хихиканье, а он сжал губы, наиграно изображая раздражение, и откинул темные пряди с лица.

— Ваше оружие — ваши руки, ноги, колени, локти и даже ваша голова — и я не имею в виду только то, что внутри, хотя это тоже играет свою роль. Ваш лоб и затылок также могут заставить вашего нападающего видеть звезды, если вы попадете ими по восприимчивым частям его тела. — Используя Дона в качестве примера, он указал на очевидные уязвимые места ("Да", — прошептала Эрин, когда он указал на пах), а затем, менее очевидные места, как, например, стопа и предплечье.

Ральф давал названия защитным движениям, исполняемым Лукасом, пока он и Дон показывали нам несколько приемов, намеренно выполняя их как можно медленнее, чтобы нам хорошо было видно, что они делали. Пока я наблюдала за ними, я почувствовала себя еще более безнадежно. Мускулистое тело Лукаса было натренировано, чтобы осуществлять эти защитные и нападающие движения, чтобы абсорбировать удары нападающего. Я видела, как он выбил дух из Бака — тогда как я смогла еле-еле его подвинуть, только чтобы закричать, не то, чтобы нанести ему какой-либо вред.

— Целью этого не является избить противника, — Ральф улыбнулся разочарованному вздоху Эрин. — Наша цель, это заработать достаточно времени для побега. Побыстрее выбраться из такого рода ситуаций, вот то, к чему вам надо стремиться.

Мы разделились на пары и начали практиковать увертку от блокировки запястий. Трое инструкторов ходили по кругу, помогая и давая советы. Я с облегчением вздохнула, когда подошел Дон, чтобы понаблюдать за мной и Эрин, пока мы в замедленном действии пытались дать друг другу пощечину.

— Держи свой взгляд на нападающем, — напомнил он мне и повернулся к Эрин. — Добавь немного больше силы к своей атаке. Она сможет ее отразить.

Меня шокировало то, что он был прав. Второй раз Эрин почти ударила меня, потому, что я была так удивлена, что смогла отразить ее первую попытку.

Дон кивнул.

— Хорошая работа.

Мы обменялись глупыми улыбками и поменялись ролями нападающего и жертвы.

— А когда мы приступим к пинкам в промежность? — спросила Эрин.

Дон покачал головой и вздохнул.

— Клянусь, в каждом классе есть одна. Пинки будут на следующем занятии. — Он указал на нее. — И я удостоверюсь, чтобы ты попала в очередь к Лукасу.

Ее лицо превратилось в маску невинности.

— Вы разве надеваете те мягкие защитные костюмы?

— Да… но они блокируют не все ощущения.

— Хе-хе, — сказала Эрин, и Дон приподнял бровь.

Пока они разговаривали, я оглянулась вокруг и наблюдала, как Лукас работал с двумя хихикающими девчонками.

— Вот так? — спросила одна из них, моргая ему, как будто не знала, что она неправильно поставила свою руку.

— Нет… — Он перевернул ее ладонь и поправил позицию локтя. — Вот так. — Со всеми ударами, блокировками и смехом, разносящимся по комнате, его голос было почти не слышно. Но, тем не менее, я могла чувствовать его слова, как мягкое прикосновение по позвоночнику. Я с трудом связывала этого парня — его беспорядочные волосы, татуировки, чистую сексуальность того, как он двигался и низкий тембр его голоса — с Лендоном, выпускником инженерного, который сказал — или писал — что мой бывший был мудаком, и подкалывал меня о влюбленности в меня моих четырнадцатилетних студентов оркестра. И в то же время, помогал мне пройти предмет, который я бы точно завалила без его помощи.

Он привлекал меня целиком — каждой, из противоречащих друг другу, сторон. Но целиком, он также был лгуном. Меня еще озадачивал тот факт, что наш профессор звал его одним именем, а Помощник Начальника Полиции другим. Адрес его электронного почтового ящика тоже мало чем помогал, он начинался на ЛМаксфилд.

Он поднял глаза и поймал меня, пялящуюся на него, но первый раз за это утро ни один из нас не отвел взгляд до тех пор, пока Эрин не сказала:

— Ж — сфокусируйся! По крайней мере, попробуй ударить меня! — Я повернулась к ней и разорвала контакт. Она встала лицом ко мне и спиной к Лукасу, и закатила глаза. — Неужели определение недоступности совсем не имеет для тебя смысла? — прошептала она. — Пускай. Он. За тобой. Бегает.

— Я больше не играю в эти игры.

Она глянула через плечо и обратно.

— Подружка, я не думаю, что он об этом знает.

Я пожала плечами.

Мы практиковались защитные стойки и простые удары руками, и хотя сначала я чувствовала себя глупо, скоро Эрин и я вовсю кричали "НЕТ!" вместе с остальными, и очень медленно практиковали удары кулаком в нос и запястьем в подбородок.

— Последнее, что мы захватим сегодня, это защита на земле. Мы посмотрим, как Дон и Лукас покажут нам первую позицию и защиту, а потом каждая пара возьмет по мату и попрактикуется.

Лукас лег лицом вниз на мат и Дон сел на него сверху, прижимая его своим весом. Только от наглядного примера мое сердце забилось чаще и дыхание сбилось. Мне не хотелось снова оказаться в этой позиции. Я не могла это делать в классе полном народу. Я не могла это делать перед Лукасом.

Эрин пальцами раскрыла мой кулак и сжала мою руку.