Страница 18 из 27
— Она ничего не знает. Я никогда не хотела нагружать ее историями об отце.
— Она должна знать.
Тара помедлила с ответом, потом покачала головой:
— Да, я думаю, ты прав.
— Я хочу поговорить с ней, когда она вернется из Лос-Анджелеса.
— Нет, я сама поговорю с ней, когда она приедет ко мне на следующей неделе. Как бы мне ни было больно, мы все должны знать правду о себе.
Зайяд кивнул, полностью соглашаясь с ней. Правда может оказаться горькой пилюлей, но от нее никуда не денешься, ее придется проглотить.
— А что по поводу моей второй дочери? — спросила Тара.
Зайяд удивленно поднял брови:
— Мэрайи?
Тара грустно улыбнулась:
— Ты нравишься ей все больше и больше. Она уже давно так ни на кого не смотрела. Если честно, то это сильно пугает меня.
— Ей не нужно бояться меня.
— Ты ведь вернешься в Эманд, не так ли? Назад к своей жизни, к своей стране?
— Да.
— И ты собираешься оставить ее здесь одну с разбитым сердцем. Я уже прошла через это, Зайяд. Влюбленная и одинокая. Это совсем не то, чего бы я хотела для Мэрайи.
— Мэрайя не испытывает таких чувств ко мне.
— Может быть, пока нет, но это случится очень скоро. Я вижу это.
— Вы видите…
Она улыбнулась:
— Я чувствую это. Пожалуйста, будь осторожен. С обеими моими девочками, хорошо?
— Хорошо, обещаю.
Попрощавшись с Тарой, Зайяд чувствовал себя совершенно сбитым с толку. Он хотел возненавидеть эту женщину, хотел сказать ей, что совершенно невозможно, чтобы отец любил ее, и посмеяться над ее историей и признаниями. Но он не смог, потому что это было бы лишь реакцией обиженного ребенка.
Зайяд слишком круто забирал на поворотах холма. Он начал чувствовать что-то новое, что-то совершенно неподконтрольное ему самому, и это беспокоило его. Его охватило чувство досады, он почти ненавидел себя за это чувство. Когда это случилось, когда он почувствовал, что женщина волнует его слишком сильно?
Зайяд увидел океан.
И понял, когда именно это случилось. Это случилось после полудня, несколько дней назад, когда Богом посланная ему адвокатша ударилась головой в его грудь.
Зайяд удивил ее.
Мэрайя думала, что после нескольких волшебных процедур в этом салоне они отправятся домой, но это было не так. После последней процедуры к ней пришла женщина и провела в гостиницу, находившуюся в том же здании. Женщина оставила ее в великолепных апартаментах с прекрасным видом на маленькое озеро, в котором плавали утки.
Она объяснила, что все это организовал Зайяд. Он хотел, чтобы Мэрайя расслабилась, а он вернется сюда через час к ужину.
Мэрайя думала, что должна быть шокирована такой щедростью или почувствовать беспокойство по поводу всего происходящего здесь, но она не чувствовала ничего, кроме предвкушения, полностью охватившего ее.
Единственное, что расстроило ее, — это то, что она была одета в повседневную одежду. Мэрайя собирается ужинать в таком прекрасном месте с великолепным видом на озеро в лучах заката, а на ней будут лишь джинсы и футболка.
Конечно, выбор вечерних платьев у нее был небольшой. И что может подойти к забинтованной ноге в домашнем шлепанце?
Но когда она прошла в ванную комнату, то увидела, что Зайяд приготовил ей еще несколько сюрпризов. Ее туалетные принадлежности лежали на полочке, а рядом висели два самых лучших ее вечерних платья и с ними еще одно, которое она видела впервые. Это было прекрасное шелковое платье светло-желтого цвета на бретельках, выглядевшее невероятно дорогим.
Она точно знала, что Зайяд купил его специально для нее и что сегодня вечером она обязательно его наденет.
Быстро приняв душ, Мэрайя тщательно уложила волосы и нанесла легкий макияж, потом она впустила в номер шеф-повара, который доставил ужин, а затем прилегла на кушетке и стала ждать Зайяда. Пока она ожидала его, ее ноздри тревожил соблазнительный запах жареного ягненка и свежего хлеба с розмарином. Мэрайя думала о прошедшем дне… При воспоминании о массаже ее охватило желание, но были и совсем другие чувства, с которыми ей пришлось бороться, — впервые за несколько лет она позволила мужчине тронуть не только ее тело, но и душу.
Она вновь раскрылась навстречу чувствам, чтобы снова ощутить боль.
Возможно, если бы она не рассматривала эти отношения так же серьезно, как и свое замужество, то могла бы не бояться вновь испытать душевные муки. Потому что здесь никто никому не давал никаких обещаний и не произносил слов любви. Ей не надо было чего-то ждать от него, кроме удовольствий… И не важно, как долго они продлятся.
Когда открылась дверь и вошел Зайяд, Мэрайя подумала, возможны ли эти удовольствия?
В черном костюме и белоснежной рубашке он выглядел умопомрачительно прекрасным. Зайяд остановился перед ней:
— Ты выглядишь великолепно, Мэрайя. Это платье цвета солнечных лучей очень идет тебе.
— Спасибо, и спасибо за платье.
— Не за что.
Он просто не мог этого знать. Ни один мужчина никогда не дарил ей таких подарков.
— Как ты провела остаток дня? — спросил Зайяд.
— Прекрасно.
— А как твоя лодыжка?
Мэрайя подняла ногу так, чтобы он мог видеть.
— Гораздо лучше.
Зайяд взглядом окинул ее ногу от стопы до середины бедра.
— Ты проголодалась?
Смотря, о чем ты.
— Да, немного.
— Шеф-повара этого ресторана мне очень рекомендовали. — Зайяд помог ей встать и проводил к накрытому столу, на котором горели свечи, а в вазе стояли розы. — Налить тебе немного вина?
— Да, спасибо.
В номер вошел шеф-повар, разложил по тарелкам ягненка, хлеб и салат, потом поклонился и вышел из комнаты.
Когда Мэрайя повернулась к Зайяду, он улыбался.
— Я подумал, что будет лучше, если мы поужинаем вдвоем. Это правильно?
В ответ она тоже улыбнулась:
— Конечно. — Выпив глоток белого вина, Мэрайя спросила: — Ну, а чем ты занимался, пока я наслаждалась процедурами в салоне?
Он протянул ей хлеб.
— У меня было несколько неотложных дел, одно из которых — заказ нашего ужина.
— Ты проделал грандиозную работу. Ужин просто великолепен.
И ты тоже.
Мэрайя смотрела на него.
И я не знаю, могу ли я притвориться, что все это для меня не больше чем просто секс.
— Все просто прекрасно.
Поднеся бокал вина к губам, Зайяд изучал девушку.
— Что-то не так?
Он пристально посмотрел на нее.
— Ты о чем-то сожалеешь?
— О чем? — спросила она, будто не понимая, что он говорит.
— О том, что ты позволила мне быть твоим массажистом вместо этого шведа. — Он взял ее за руку. — Понимаешь, я просто не мог вынести того, что он будет прикасаться к тебе.
Мэрайю охватила приятная дрожь.
— Почему?
— Потому что мне этого не хотелось.
— Я думаю, что мне бы это тоже не понравилось.
— Значит, я ошибался? Ты ни о чем не сожалеешь?
Мэрайя согласно кивнула головой.
Зайяд ласкал ее пальцы.
— Мэрайя, я должен кое-что сказать тебе.
О господи, что? Что ты на самом деле женщина? Что у тебя есть жена? Или что ты хочешь, чтобы сегодня в нашей постели была еще одна женщина?
Она точно сходит с ума.
Зайяд глубоко вздохнул:
— Я приехал в Калифорнию ненадолго.
Ну, в этом нет ничего извращенного или пугающего, но хорошего тоже мало.
— Хорошо.
— Я хочу быть предельно честным с тобой.
— Я очень ценю это.
В некотором роде.
— Понимаешь, вся моя жизнь — в Эманде, там моя работа, мой сын и…
— Зайяд, я все понимаю, правда.
Она больше не хотела слушать его. Мэрайя поняла, что этим отношениям пришел конец и не будет никакого продолжения. Зная об этом, она может просто наслаждаться жизнью, не волнуясь о будущем. Его честность подействовала на Мэрайю отрезвляюще. Хотя бы раз в жизни мужчина не лгал ей. Она мягко улыбнулась ему:
— Давай поговорим о чем-нибудь другом, ладно?