Страница 60 из 67
— Вообще-то я склонен верить вам.
Его слова мгновенно разрядили обстановку. Суини откинулась в кресле, чувствуя себя победительницей, и гнев исчез бесследно.
— Правда?
— Вы показали, на что способны, — продолжал Аквино. — Сначала я не верил, но все ваши утверждения оказались правдой. На светофорах зажигаются зеленые огни, освобождаются парковочные места… и вы могли бы сколотить целое состояние, играя в «Шанс». Ваши фокусы выходят за пределы обычного. Если вы сумели сделать все это… — он пожал плечами, — …то, значит, и картину могли нарисовать.
Суини не знала, что сказать. На мгновение ей показалось, что она вот-вот разрыдается, но слезы тут же отступили. Девушка слишком устала, чтобы плакать.
— Скажите мне одну вещь. Почему вы не пригласили адвоката?
— Я бы так и поступила, если бы вы арестовали меня. Я ведь не арестована?
— Нет, но если бы не «Шанс»… кто знает?
— И тем не менее я хотела бы позвонить.
— Значит, все-таки решили вызвать адвоката?
— Нет, — ответила Суини. — Я хочу поговорить с Ричардом.
— Пожалуй, я сам наберу номер, — сказал Аквино.
Пока они дожидались Ричарда, в комнату вернулся Райтнер с копией отчета о расследовании гибели Илайджи Стокса. Описания одежды, черепно-мозговой травмы, позы и местонахождения тела полностью соответствовали рисунку Суини. По обвинению в убийстве был задержан девятнадцатилетний хулиган, под кроватью которого нашли рубашку, забрызганную каплями крови той же группы, что и у жертвы.
Точность, с какой Суини изобразила место преступления, внушала суеверный страх. У нее не было способа узнать подробности, кроме того, о котором она рассказала.
Прибыв в полицию, Ричард воздержался от сердитых замечаний и громогласных требований; он был слишком умен, чтобы поднимать шумиху. Ричард не привез с собой адвоката, хотя Суини не сомневалась, что он мог бы заполучить самого влиятельного юриста, стоило ему лишь шевельнуть пальцем. Ричард был в костюме и галстуке; в этот час суток подобная одежда свидетельствовала о том, что он посетил родителей Кандры и отдал последние распоряжения, либо принимал друзей, явившихся с соболезнованиями.
Ричард обменялся с детективами рукопожатием, ни на мгновение не спуская взгляда с Суини. Заметив, как она кутается в пальто, он не скрыл тревоги. Девушка стояла там же, где ее застал его приход, и Ричард шагнул к ней, незаметно расстегивая пиджак. Он обнял Суини, и она прильнула к нему, наслаждаясь теплом. Ее холодные руки обвились вокруг его пояса и прижались ладонями к его спине. Она зарылась лицом в плечо Ричарда, чувствуя неимоверное облегчение от того, что он рядом и согреет ее, от того, что она теперь не одна, хотя едва не лишилась сил.
— Надо было позвонить мне, — негромко сказал ей Ричард.
— А вам надо было еще вчера рассказать о картине, — вмешался Аквино.
— Я бы рассказал, если бы точно знал, что это избавит Суини от допроса.
— Вы подтверждаете, что видели картину в ходе ее создания, за несколько дней до убийства госпожи У орт?
— Да. Я наблюдал за работой над картиной с самого начала, когда Суини нарисовала только две туфли. — Ричард посмотрел на полицейских. — Я не был на месте преступления, но вам известно, в чем была Кандра в тот вечер, значит, вы можете сказать, правильно ли Суини изобразила ее одежду. Длинное черное платье, черные туфли-лодочки с маленькими золотистыми шариками в середине каблуков. Верно?
— Верно.
Суини подумала, что Ричард невольно подтвердил ее показания. Он не был в ее квартире после смерти Кандры, а значит, не видел картину после убийства. То, о чем он сейчас рассказал, было нарисовано до преступления, а полицейские знали, что Ричард не видел заранее одежду Кандры.
— Ладно, все в порядке. — Аквино протер покрасневшие глаза. — Если только вы не сговорились совершить убийство, хотя одному Господу ведомо, зачем бы вам это понадобилось. Поскольку нам не удалось найти мотив, госпожа Суини вне подозрений.
— Как насчет картины? — спросил Ричард. — Вы не хотите, чтобы она закончила ее? — При этих словах Ричард крепче обнял Суини, и она поняла: он очень обеспокоен тем, что ей пришлось выдержать, но не видит иного выхода.
— — Конечно, хотим, — сказал Раитнер, увидев, как Аквино кивнул. — Картина не может считаться фактическим доказательством, но послужит косвенной уликой, если нам удастся выяснить личность убийцы.
— А если мы не узнаем его в лицо? — спросила Суини.
— Имея детальный словесный портрет, мы сравним его с видеозаписью охранной системы, на которой зарегистрирован день и время суток. Зная точное время, мы непременно вычислим убийцу по записи в журнале привратника.
Ричард на мгновение задумался.
— Возможно, я бы узнал кого-то, если бы мне показали пленку, — сказал он.
— Нам не удалось, — отозвался Аквино. — Правда, мы добыли фотографии большинства людей из списка…
— Из какого списка? — удивилась Суини.
— …но привратник никого не узнал, и на пленке ни одного из них не оказалось, — продолжал Аквино, пропустив вопрос мимо ушей. — Мы продолжаем следить за всеми, кто был зарегистрирован в журнале посетителей, но до сих пор никто из них не вызывает подозрений.
— В настоящее время картина — наша единственная надежда, — добавил Раитнер. Ричард кивнул.
— Сегодняшнюю ночь я проведу с Суини. Не хочу оставлять ее одну. Кай наверняка разнес слух о картине по всему городу, и человек, убивший Кандру, вполне мог о ней узнать. Кроме того, я позвоню вам сразу, как только она закончит лицо преступника.
Должно быть, что-то в его голосе насторожило полицейских.
— Господин Уорт, — заговорил Аквино, — боюсь, вы намерены совершить героический поступок, но заверяю вас, что это ни к чему. Если над госпожой Суини нависнет угроза, ваша главная задача — обеспечить ее безопасность, а арест преступника предоставьте нам.
— Именно об этом я и думал в первую очередь, — отозвался Ричард. Суини оставалось только гадать, заметили ли полицейские двусмысленность его ответа.
В этот вечер за рулем сидел Эдвард.
— Мы отвезем мисс Суини домой, — сказал Ричард.
— Очень хорошо, сэр.
Полицейские отдали девушке оба холста, и Эдвард положил их на сиденье рядом с собой. Картины так напугали его, что он на секунду потерял самообладание, но потом его лицо приняло обычное выражение, и он посматривал на холсты вполне равнодушно, словно это были пейзажи.
Когда они уселись в машину, Ричард взял руку Суини и сплел ее пальцы со своими.
— Ты замерзаешь, — заметил он.
— Я перепугалась. — Суини стиснула его ладонь. — Сегодня было не так тяжело, как раньше. Пока полицейские приносили мне кофе, я держала себя в руках.
— Если бы ты сразу позвонила мне, многого удалось бы избежать.
— Зато, увидев, как я расправляюсь с «Шансом», полицейские стали доверять мне куда больше.
— При чем здесь «Шанс»? — Ричард озадаченно взглянул на нее.
— Это одна из моих новых способностей. Когда-нибудь я тебе покажу.
Их переплетенные ладони лежали на правом бедре Суини. Косточками пальцев Ричард легко поглаживал ее ногу.
— Сейчас у меня сидят родители Кандры и кое-кто из их друзей, — проговорил он. — Мы уже отдали распоряжения о погребении — старики решили похоронить Кандру поближе к своему дому, — и они собираются вернуться в отель. Эдвард отвезет их, а я прихвачу смену белья и приеду к тебе на такси.
Суини подумала, что будь у нее хоть капля благородства, она бы сказала Ричарду, что у него слишком много своих дел, и поэтому она прекрасно справится сама. Но девушка безумно устала от ночного одиночества. Ей страстно хотелось, чтобы Ричард был рядом, поэтому она не могла проявить великодушие.
Кроме того, от Суини не ускользнули слова Ричарда о том, что убийца Кандры уже пронюхал о картине. Девушка не вполне осознавала, что ей грозит опасность, но здравый смысл призывал ее исключить ненужный риск. Суини всегда спала очень крепко, поэтому едва ли она услышала бы, как кто-то входит в квартиру, разве что эти люди вломились бы, как в кино, в окно у ее кровати.