Страница 21 из 24
Он любил отца, и Эрин не могла даже представить, что с ним будет, если случится худшее. За последние несколько дней Захир показал, что может быть добрым и терпеливым, даже нежным. Но это еще не значит, будто она в него влюбилась.
— Захир! — Эрин подбежала к нему и обняла за талию. — Очень жаль, что так случилось, но я уверена, все будет хорошо.
Как ей хотелось, чтобы у нее в руках в эту минуту появилась волшебная палочка! Один взмах — и султан был бы исцелен! Увы, она могла предложить ему лишь свою поддержку.
Он смотрел на нее, слегка нахмурившись, и Эрин показалось, что мысли его далеко отсюда, во дворце. Потом взял ее за подбородок и заглянул в глаза:
— У тебя очень доброе сердце, kalila. Мне бы твой оптимизм! Но отцу восемьдесят лет, и я прекрасно понимаю, что он не может жить вечно. Спасибо за беспокойство, — холодно добавил он, — но, боюсь, у меня нет времени уложить тебя в постель прямо сейчас.
Эрин вспыхнула и опустила руки, потому что он неверно истолковал ее жест.
— Я сейчас не об этом... Просто хочу, чтобы ты знал: я с тобой. — От обиды Эрин закусила губу. — Как вообще можно подумать такое, получив известие о болезни отца?
— Речь идет не про твой сексуальный пыл. Я имел в виду только время, — медленно произнес Захир.
Он видел, как побледнела Эрин, но удержался от порыва прижать ее к груди. Близости между ними за последние пять дней и так было предостаточно. Хотя то, что часы, проведенные с ней, оказались такими приятными, стало неожиданностью. Ему доставляло огромное удовольствие быть с ней и в постели, и вне ее. И когда пришло сообщение о болезни отца, к беспокойству по поводу его здоровья примешивалось смутное сожаление, что медовый месяц закончился.
Захир почувствовал раздражение. Каким образом Эрин завладела его душой и телом? Возврат к рутинной жизни во дворце пойдет на пользу. Он немедленно займется государственными делами, и мысли о ней отступят на второй план.
— Как только мы прибудем во дворец, мне необходимо будет встретиться со своими советниками. Скорее всего, совещания затянутся на целый день, — сообщил Захир. — Потом я зайду к отцу, а вечером будет прием.
Захир наклонился, быстро поцеловал ее и отошел.
— Нам обоим придется научиться сдерживать свое нетерпение, kalila. Все мои дни будут посвящены работе, но каждую ночь я буду ждать тебя в постели.
Неужели такая роль ей и отведена в его жизни?
— Ты говоришь так, словно кроме секса между нами больше ничего нет, — тихо произнесла Эрин.
— Так и есть, — нахмурив брови, холодно ответил он. — Что еще там может быть?
Как и предсказывал Захир, как только они вернулись во дворец, его ждала команда советников. Даже по пути во дворец он не выпускал из рук мобильного телефона. Эрин молча сидела рядом, погрузившись в свои мысли. Медовый месяц закончился. Захир ясно дал понять, что теперь у нее эпизодическая роль, или, точнее сказать, постельная. Но чего она ждала?
Но радость маленького Казима при виде Эрин стала бальзамом для ее израненной души. У нее есть сын, и ничто не разлучит его с ней, думала она, укладывая малыша спать. Она так скучала без этого маленького родного человечка, излучавшего радость и свет.
Эрин готовилась к приему, и все ее тревоги вернулись. Она была шокирована, когда Бисма, а потом две другие служанки обратились к ней «ваше королевское высочество». На Эрин было надето роскошное, облегающее фигуру платье до пола из кремового шелка, с длинными рукавами и расшитым лифом. Но она не чувствовала себя на высоте. Даже великолепное колье из жемчуга с бриллиантами, подаренное Захиром в день свадьбы, и обручальное кольцо с крупным бриллиантом не могли превратить ее в принцессу.
Она так дрожала от волнения, спускаясь на высоких каблуках по лестнице, что даже не заметила жаркого взгляда Захира, который ждал внизу. Хотелось, чтобы он улыбнулся, взял ее за руку, но он был суров и неприступен в своем шикарном черном смокинге и белоснежной рубашке. Эрин радовалась, что вернулась к сыну, но частица ее души осталась там, в пустыне, где они с Захиром впервые стали единым целым. Сегодня утром она решила, что не позволит обращаться с собой как с любимой наложницей из гарема и не будет приходить к нему по щелчку пальцами. Но одного взгляда на его божественно красивое лицо и чувственный рот было достаточно, чтобы понять, что она обманывает себя. И согласится на все, что он предложит.
Стараясь не показывать своего волнения, Эрин взяла Захира под руку и не смогла сдержать дрожи, когда он наклонился и прошептал:
— Ты сегодня прекрасна, kalila, боюсь, что вечер будет слишком длинным.
Захир оказался прав. Спустя несколько часов у Эрин сводило скулы от вежливых улыбок, пока она разговаривала с гостями. Когда же она заняла свое место в банкетном зале и уставилась на разложенные перед ней серебряные столовые приборы, от волнения у нее разболелась голова.
Вечер оказался сплошным мучением. Ко всему прочему Эрин случайно опрокинула бокал с вином, и красные ручьи потекли по скатерти. Она была чужой среди этих людей и ловила на себе насмешливые взгляды гостей, пока слуги ликвидировали беспорядок на столе. Потом обнаружила, что воспользовалась не той вилкой, и, покраснев, быстро поменяла ее. Тут она почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд и, незаметно обведя глазами сидевших, заметила, что одна гостья пристально рассматривает ее.
Эта женщина сидела чуть поодаль, между Захиром и пожилым мужчиной в арабском халате. Она была очень красивой. У нее были шикарные каштановые с медным оттенком волосы, а темные глаза смотрели на Эрин с нескрываемой ненавистью. Увидев, что Эрин заметила ее взгляд, дама отвернулась и о чем-то весело заговорила с Захиром. Она смеялась, а в ушах дрожали рубиновые серьги с бриллиантами, сверкая в свете люстр.
— Кто эта женщина рядом с Захиром? — поинтересовалась Эрин у Фатимы. К тому времени ужин закончился, и гости направились в Голубой зал, названный так из-за стен, украшенных лазуритом с золотом.
— О, это — Джамиля аль-Нассер и ее отец — шейх Фахад, — ответила Фатима, бросив взгляд в сторону гостей. — Аль-Нассер — очень влиятельная и уважаемая семья в Куббе, а шейх — один из самых верных и влиятельных советников моего отца. — Фатима вздохнула. — Джамиля красивая, правда? Она только что вернулась из Англии, где училась в университете. Захир собирался предложить ей место в совете, — шепнула она Эрин. —Но это надо сделать очень деликатно, чтобы не смущать старейших членов. Они до сих пор считают, что женщины не могут работать рядом с мужчинами. У моего брата большие планы в отношении Куббы, и Джамиля будет верным союзником.
— Она и умна, и красива, — пробормотала Эрин, и сердце ее упало.
Университет был несбыточной мечтой, ее основной заботой было заработать на жизнь, когда она вышла из приюта. И только благодаря своим приемным родителям снова смогла поступить в колледж и стать няней.
— Конечно, аль-Нассер надеялся, ждал, что Захир женится на Джамиле. Я думаю, тот факт, что он женился на тебе, мог вызвать некоторые трения между отцом и шейхом Фахадом. Но теперь все разрешилось, и ты не должна беспокоиться об этом, — добавила Фатима, заметив, как побледнела собеседница. — Прости меня, Эрин. Я не хотела расстраивать тебя, не надо было вообще говорить об этом.
Эрин улыбалась и поддерживала беседу, но в голове был полный разброд. Если семья Джамили ожидала, что она станет женой Захира, может быть, это с ней он был обручен несколько лет назад?
Смутившись, Фатима поспешила сменить тему разговора, удивившись, как быстро растет Казим. Возможно, об этой женщине говорила Бисма. Но почему они не поженились? Эрин посмотрела на Захира, который улыбался Джамиле и явно наслаждался ее обществом. Они могли поссориться и разорвать помолвку. Жалеет ли он теперь об упущенном шансе жениться на красивой арабской девушке, которая стала бы ему идеальной женой?
С какого-то момента вечер превратился в сплошной калейдоскоп лиц и напыщенных разговоров с людьми, которых она никогда не встречала прежде. Эрин казалось, что они смотрят на нее как на диковинку, потому что у нее светлая кожа и яркие волосы. Но она обязана играть роль хозяйки. И Эрин старалась изо всех сил, пока не проводили последнего гостя, а тех, что оставались на ночь, не устроили в крыле для гостей. Джамилю и ее отца, как сообщила Фатима, Захир пригласил погостить на неопределенный срок, чтобы шейх помог ему в государственных делах.