Страница 18 из 182
— Нестандартный канал даст о себе знать только в ходе практики. Два года интенсивных занятий и у него крыша поплывет!
— Вряд ли, — не поддержал коллегу капитан, — Ларкес смотрел кристалл, сказал — конфигурация вполне стабильна.
Маг хмыкнул:
— Я ничего не хочу сказать, сэр, но мне кажется, что координатор Ларкес — заинтересованное лицо.
— Поживем — увидим!
Студент из кучковавшейся у ворот группы, внезапно обнаружив присутствие полицейских, обратился в стремительное бегство. Капитан Бер с трудом подавил в себе желание преследовать убегающего человека. Надо усилить агентурную работу в районе Университета! Столько дел сразу закроется…
Глава 8
Поверьте мне, не всякий маг может стать инструктором по боевой магии! Надо иметь особый талант, чтобы заставить банду молодых черных магов работать в поте лица, до обморока, до тошноты. Именно банду, потому что индивидуальных занятий программа Университета не предусматривает, и именно до тошноты, потому что первые опыты с Источником требуют невероятного усилия. Я, слава предкам, эту стадию уже прошел. Причем, в моем случае добрейший дядюшка для стимуляции мозгов использовал морскую гальку, а инструктор не мог позволить себе избивать учеников (ибо в этом случае живым из аудитории не вышел бы). Но мистер Ракшат справлялся: он ругался, как строевой сержант, со всей дури лупил тростью о парты, производя немыслимый шум (внезапно, над ухом — незабываемое ощущение), стращал Оковами и сиплым шепотом рассказывал, какая участь постигнет нас при малейшей ошибке. Признаюсь, после трех часов таких занятий у меня начинали дрожать пальцы.
Вот почему черных магов так мало! Ни один человек в здравом уме не согласится на такое издевательство (если у него есть выбор, конечно). Из этого умозаключения следовал печальный вывод: все присутствующие, кроме меня, безумны.
Меня самого мистер Ракшат особо не гнобил, но настроения это не улучшало, наверное, я был единственным за всю историю черным магом, впавшим в осеннюю меланхолию. Это все потому, что листья, облетавшие с деревьев, были золотые, шуршали, а еще — их становилось все меньше и меньше. Вот и мои сбережения тоже таяли — как бы строго я не экономил, в отсутствии дохода деньги умножиться не могли. Прибавьте к этому траты на принадлежности, необходимые начинающему колдуну, оплату «болтушки», штраф за нарушение общественного порядка (угораздило меня напиться с Четвертушкой!) и вам станет понятно, что я оказался на мели гораздо раньше, чем облетела листва.
Ослиное упрямство не давало мне попросить помощи у семьи. Я уже успел одолжиться у Рона и еще нескольких приятелей под клятвенные заверения «в конце месяца вернуть» — денег после лета у студентов было мало, и ссужали они их неохотно. Но, с неизбежностью смены сезона, наступил день, когда я (впервые в жизни!) лег спать голодным. Это произвело на меня сильное впечатление. Возможностей для маневра не оставалось, скрепя сердце, я назначил дату похода к Гугенцольгерам и теперь прикидывал, на сколько они меня обуют. Так и так выходило, что верну я вдвое больше, чем возьму.
И тут появился первый клиент.
«Болтушка» передала мне листок с записанным на нем адресом и именем заказчика.
— Я сказала, что твой ближайший свободный день — суббота, они не возражали. Не знаю, что ты собираешься делать, но удачи тебе.
Всю пятницу я изучал по карте путь, который мне предстояло пройти, и составлял детальный план компании: к походу через поля и контакту с клиентом нужно было тщательно подготовиться. Из еды у меня были только два пирожка, тиснутые из сумки первокурсника (стыд-то какой!), так что к делу я подходил предельно серьезно.
Горький опыт подсказывал, что черным магом мало быть, им надо еще и выглядеть. Поэтому, когда я подошел к воротам фермы, на мне был черный блестящий плащ-дождевик (это в совершенно ясную погоду), черные модельные туфли (подарок мамы к поступлению в Университет, который я ни разу не надевал), и строгий деловой костюм, взятый на прокат. Именно так и должен выглядеть классический черный маг! При этом одной рукой я поигрывал связкой новеньких ключей (от шкафчиков в раздевалке) с блестящим никелированным брелком в виде автомобиля, а другой сжимал рукоять вместительного кожаного саквояжа, позаимствованного из реквизита университетской самодеятельности. Пусть лучше думают, что я приехал сюда на автомобиле, чем догадаются, что я пер пешком от самой станции пятнадцать км.
Перед воротами, прямо в траве сидела маленькая девочка и играла тряпичной куклой.
— Добрый день, — холодно процедил я, — как я могу найти мистера Ларсена?
Она пискнула и убежала, а через минуту из дома вышел господин средних лет в традиционной одежде фермера (клетчатая рубашка, домотканый комбинезон) и явными признаками неинициированного белого. Он разглядывал меня по-детски наивными глазами, со смесью страха и восхищения. Ну, как же! Натуральный черный маг.
Я улыбнулся ему строго и снисходительно, подражая самой противной учителке, какая была у меня в школе, а потом продемонстрировал отливающую серебром визитную карточку с инициалами и невнятным логотипом (у меня таких было целых пять штук!):
— Это вы обращались в нашу фирму?
— Да! — обалдело выдохнул он.
— «Неклот и сыновья» — мы решим все ваши проблемы! — гордо объявил я. — Насколько я понял, вы считаете, что ваш дом проклят. Могу я взглянуть на причину беспокойства?
— Да, да, конечно! Вы позволите? — он протянул руку к саквояжу.
Я, с наслаждением, всучил ему тяжеленный багаж, не забыв строго добавить:
— Будьте осторожны! В нем инструменты.
Одного взгляда на внутренности дома было достаточно, чтобы понять — зря я в это дело ввязался. Нежить здесь, определенно, был: все углы оплетала тонкая черная паутинка, местами выступавшая на стенах и просвечивавшая на стекле. Фома — одно из простейших стихийных проявлений потустороннего, безмозглая плесень, но если дать ей укорениться, то дом будет проще сжечь — любой, кто надолго задержится внутри, рискует жизнью и здоровьем. До того момента, когда отдельные очаги сомкнутся в смертоносный черный кокон, оставалось всего ничего.
— Кто-нибудь уже умер? — как можно более равнодушно поинтересовался я.
— Нет-нет, — он отчаянно замотал головой.
Ну, это ненадолго. По-хорошему, надо было мило улыбнуться и отваливать, но денег, потраченных на аренду костюма, было жалко до слез. И потом, фома — это примитивно, все необходимые для его изгнания ритуалы я знал (правда, ни разу не использовал — шеф Харлик учил меня основам, он был не настолько глуп, чтобы преподавать юнцу что-либо серьезное).
— Наши расценки вы знаете? — поинтересовался я, чтобы выиграть время и собраться с мыслями. — Изучите! Ваш случай под номером пять.
Он принял из моих рук листок, заполненный буквами изящного, готического шрифта.
— Триста крон?
Я пожал плечами, внутренне ликуя: если он откажется, мне удастся отступить без потери лица.
— Если сумма вас не устраивает, рекомендую вызвать местную службу очистки.
Фермер тряхнул головой:
— Они уже были здесь и ничего не сделали. Пусть будет триста! А вы справитесь?
Если местный черный здесь был и ничего не нашел, его надо сжечь — не как колдуна, а как шарлатана. Значит, если что, моих ошибок он не заметит и отследить меня не сможет.
И — триста крон…
Я изобразил самую гадостную улыбку, на которую был способен.
— За кого вы меня принимаете? Наша фирма дает гарантию на изгнание вредоносного феномена и отсутствие рецидивов потустороннего. Разумеется, если вы умудритесь проклясть свой дом дважды, то за это мы ответственности не несем.
Он быстро закивал:
— Это понятно! Когда вы сможете приступить?
— Я хотел бы все сделать сегодня — очень не хочется ездить два раза в такую даль. Да и спирт нынче не дешев…
— Замечательно! Вам что-нибудь надо?
Я кивнул:
— Необходимо вывести из дома всех людей, домашних животных и растения. Я начну работать с наступлением темноты, так что время у вас есть. Будет лучше, если вы проведете эту ночь где-нибудь у знакомых.