Страница 109 из 182
— П-привет!
Я прищурился. Ба, знакомые все лица!
— Здорово, Алех. Дефекты дикции?
Белый смущенно улыбнулся:
— С-сейчас л-лучше.
Я понимающе покачал головой. Говорят же, что встреча белых с нежитью к добру не приводит.
— А-а это кто?
— Мой брат-дебил.
Наверное, у Соркара было такое лицо, что уточнять имя белый не решился.
— Слушай, Нурсен здесь?
Он кивнул.
— А з-зачем т-тебе?
Я вынул из-за пазухи пухлый конверт с документами.
— Командировку отмечать буду!
«Пьяная камбала» по меркам Арангена оказалась весьма приличным заведением — тут было электричество. Никогда не думал, что буду воспринимать такую простую вещь как роскошь! Впрочем, даже здесь на алхимическую диковинку особо не надеялись — на стенах виднелись крюки для масляных ламп. И ведь не то, чтобы у здешних селян не было возможности приобщиться к цивилизации (в Краухарде народ ведь как-то обходился), скорее — недоставало желания что-либо менять, словно им в радость было выламываться в поле с рассвета до заката вместо того, чтобы приобрести один единственный трактор. В этом русле естественнее смотрелось решение властей отказаться от НЗАМИПС, типа, чтобы чужаки не отвлекали пейзан от работы. Лично мне выверты арангенской экономики были фиолетовы, но теперь я лучше понимал, почему отсюда слиняли все черные — было в этом какое-то ощущение паутины, что ли, словно тебя заталкивают в шкуру вьючного мула и непонятно, на кого злиться. Интересно, как воспринимают такую ситуацию белые?
Да пофиг! Мне еще белых на шею и я вообще свихнусь.
Проблемы с дикцией на разговорчивости Алеха не сказались, только на связности речи. Из всего потока ыков и гыков мне удалось уловить только то, что мой приезд очень своевременен — завтра они собирались куда-то уезжать и минимум на неделю. Белый вломился в комнату руководства даже не постучав (интересные у них отношения) и мы смогли лицезреть начальников в экзотической позе — они разглядывали мой мотоцикл, стоявший точно под окном.
— Здравствуйте!
От незнакомого голоса они дружно подпрыгнули. Знакомство состоялось.
Джим Нурсен оказался седоволосым джентльменом, белым магом скромных возможностей и членом Археологического общества Ингерники, второй, чуть более прилично одетый человек — мистером Барраем (не то — завхозом, не то — управляющим). Должность его я не запомнил, но пенка была в том, что Нурсен — руководил, а со всеми практическими вопросами следовало идти к Барраю. Шестая партия была, соответственно, археологической экспедицией. Спрашивается, нафига им некромант?
Уяснив, кто я такой, пожилой джентльмен безумно обрадовался (не часто увидишь белого, который радуется приезду черного мага), мне тут же отметили прибытие и объяснили, что к месту действия мы поедем завтра утром, на корабле. Выцарапать из них подробности не получилось — все шифровались как заразы. В качестве компромисса мне удалось договориться, что Соркар будет жить на берегу за казенный счет и присматривать за моим зомби и мотоциклом.
— Это правда, что ты н-н-н…
— Специалист по ретроспективной анимации, — поправил я Алеха.
Конспирация накрылась медным тазом почти сразу — взявшись помогать с разгрузкой мотоцикла, белый первым делом ухватился за мою собаку (каюсь, недосмотрел), после легкого обморока и потрясенного «что это?» ему пришлось рассказать все. Ну, почти все.
— Зачем тебе?
— Очень перспективная профессия. Редкая, денежная. Взял пару уроков, вроде пошло.
— Это же за-за…
— Только с людьми, про животных в законе ничего не сказано, — и эту тайну Сатал завещал мне хранить паче жизни. Кому-то в Ингернике дико повезло, что черные так мало читают. — Слышь, а у вас тут бумагу писчую раздобыть можно?
— З-зачем? — не понял он.
— З-заметки для отчета делать буду, — честно признался я.
Эта хорошая мысль, как водится, посетила меня с сильным опозданием. Только покатавшись по Арангену неделю, я понял, что забуду все нафиг прежде, чем вернусь в столицу. Алех немедленно подарил мне совершенно новый блокнот из дорогой линованной бумаги и карандашик (тоже нужен).
— Думали, в к-конце месяца.
— Что в конце месяца? — не понял я.
— Т-ты приедешь, — объяснил Алех. — Т-теперь з-закончим р-р-р…
— Работу раньше, — закончил я за него.
Алех радостно закивал. М-да, тяжко с ним придется.
Нет, то, что они хотят закруглиться, не могло не радовать — у меня на все про все оставалось три недели, а ведь еще до Редстона как-то надо добраться. Теперь, по крайней мере, не придется устраивать истерик организаторам работ. Хорошо! Только выспаться не получится — Макса вычесывать надо. И мыть… Во что превращается длинношерстная собака, если позволить ей путешествовать своим ходом, словами описать невозможно, скажу честно: в какой-то момент у меня появилось желание развоплотись его и прикопать целиком. И что обиднее всего, пока я возился с зомби, Соркар по-свински дрых. От желания разбудить его и припахать к делу меня удерживало только то, что Источник к нему, рано или поздно, вернется, а вот память при этом не исчезнет.
Надо ли говорить, что утром я был немного не в форме?
Алех жизнерадостно агукал, Соркар ухмыльнулся и исчез, члены экспедиции, брызжа энтузиазмом, скапливались на пирсе. Нурсен расщедрился и нанял единственное в Гиладе судно с мотором — шхуну китобоя. Флагман прогресса, однако, да. Того порченого алхимика, что присобачил к паруснику гребной винт, следовало утопить в море — у меня от одного взгляда на эту конструкцию слезы наворачивались. Ременная передача!!! В море, да при таком усилии на валу. Формой лопастей вообще никто не заморачивался, если бы они масштабировали обычный лодочный движок, и то вышло бы лучше. Пять минут я печально наблюдал, как команда готовится запускать масляный мотор (хорошо хоть не спиртовой) и осознал, что в Арангене не только черных нет, но и алхимиков тоже днем с огнем не сыщешь.
Появился Нурсен в компании капитана, и народ стал потихоньку втягиваться на борт судна.
— Э-э… ваш багаж? — кивнул он.
— Да!
Накануне вечером я переложил все необходимые вещи в мешок (портить чемодан морской водой не хотелось) и теперь представлял прямую противоположность Соркару — черного, путешествующего налегке.
Команда, с грехом пополам, завела двигатель. Из кормовой пристройки повалил чадный дым и все пассажиры, не сговариваясь, перекочевали в противоположенный конец судна.
— А это что такое? — меня заинтересовал торчащий на носу китобоя объект. Люблю диковинки!
— О, это чисто арангенское изобретение — метатель с химическим зарядом, — гордо объявил капитан.
— С каким-каким зарядом? — насторожился я.
— Сейчас мы используем смесь пироксилина с селитрой…
Я спал с лица и попятился назад. Свят, свят! Вот так и не знаешь, рядом с чем ходишь.
— Убери эту штуку отсюда нафиг! Ты что, убить нас всех решил?
— Не беспокойтесь, смесь совершенно безопасна!
— Ты бредишь…
— Три поколения моих предков пользовались этим устройством, и ни одного несчастного случая не было! — похвалился он.
— С магами на борту? — вкрадчиво уточнил я.
У всех членов экспедиции, прислушивавшихся к нашему разговору, на лице отразилась умственная работа. Вот что значит — не алхимики! А ведь тут пофиг, какая магия — белая или черная, залететь можно с любой.
— Вы свою значимость сильно преувеличиваете, — огрызнулся капитан.
— Слабоумный идиот в третьем поколении!!! — рассвирепел я. Ну, нету у меня сегодня чувства юмора, нету. — Одно неудачное проклятье и все нестабильное вещество детонирует разом! Хочешь сказать, что у тебя на ней защитный блок?
Озадаченные взгляды сменились шоком понимания. Еще бы нет! Из всех присутствующих гарантированно неинициированным был только Баррай.
— К-кстати, да, — вмешался Алех, — заклятья типа «флаттер»…
Ну не дебил?
— Откуда я помню, какое — «флаттер», а какое — не «флаттер», скажи, пожалуйста? С этой штукой — не поплыву!