Страница 4 из 68
– Какую информацию вы принесли? – спросила Одрианна.
– А сколько у вас денег?
– Достаточно.
– Что, по-вашему, означает «достаточно»?
– Я не настолько глупа, чтобы подставить себя саму, – сказала Одрианна. – Назовите вашу цену.
– А если вам не хватит денег? – Он кивнул на пистолет. – Вы тогда силой постараетесь заставить меня открыть свои карты?
Внезапно он оказался еще ближе к ней. Его тело оказалось на расстоянии дюйма от дула пистолета и чуть дальше – от нее самой. Одрианна удивленно посмотрела на незнакомца. У нее перехватило дыхание. Теперь он казался ей очень опасным, и она поняла, что пистолет едва ли спасет ее. Взгляд и улыбка незнакомца были нацелены на то, чтобы очаровывать и соблазнять, но сейчас от него исходила какая-то невидимая сила, которую Одрианна сразу не ощутила. Она подумала, что не найдется женщины, которая оказалась бы невосприимчива к его шарму. Чувство было такое, будто его мужественность сама заявляет о себе самым примитивным образом, причем его разуму даже не нужно принимать участия в этом разговоре.
Одрианна почувствовала, что ее тело тянется к нему, хоть она и пыталась спрятаться за щитом разума. Но, облетая его, к ней устремились крохотные озорные стрелы возбуждения. Одрианна пыталась держать себя в руках, не замечать впечатления, которое производил на нее незнакомец, ведь она же была настоящая леди, но эти хитрые стрелки находили к ней дорожки, и их прикосновения были такими приятными.
– Было бы лучше, если бы вы опустили пистолет, – спокойно произнес джентльмен. – Мы встретились для того, чтобы стать союзниками, а не противниками. Друзьями, а не врагами.
Слово «друзьями» он произнес бархатным голосом. Одрианна крепче сжала рукоятку пистолета.
– Дайте мне ваш пистолет. – Он сказал это ласковым, но приказным тоном. Его глаза излучали уверенность в том, что он своего добьется или сделает то, что захочет.
Отчаянно силясь показать себя женщиной уверенной, Одрианна взвела курок.
– Два щелчка, – кивнул он, поморщившись. – Вы действительно умеете стрелять? – О «друзьях» больше речи не было: он казался теперь суровым и сердитым. – Вы ведете себя глупо. По крайней мере хотя бы не цельтесь в меня, вы можете случайно выстрелить.
– Я выстрелю, если в этом возникнет необходимость, – заверила его Одрианна. – И не надо испытывать мою решимость.
– Честно говоря, я что-то не чувствую в вас решимости, – заметил он.
– Что ж, в таком случае ваши чувства вас обманывают.
– Когда дело касается женщины, я никогда не ошибаюсь. По крайней мере когда речь идет о решимости, – уточнил незнакомец.
Он явно намекал на эти нелепые стрелы, на ее страх, от которого у Одрианны перехватывало дыхание, и даже на ее странное возбуждение. Он знал. Хуже того, он практически описал ее состояние.
Незнакомец задумчиво смотрел на Одрианну. Его взгляд одновременно манил и пугал ее.
И снова на его лице мелькнула эта улыбка, целью которой было успокоить ее и заставить сдаться без слов.
– Я не могу раскрыть вам свою тайну, пока не узнаю, какова ваша роль в этом деле, – проговорил он. – Вы – неожиданный игрок.
– Если вам платят, какая вам разница, кто услышит вашу историю? – спросила Одрианна.
– Сомневаюсь, что у вас достаточно денег для того, чтобы купить ее, если бы я вдруг задумал ее продать.
Одрианна забеспокоилась: она опасалась, что он не ошибается. Все в нем говорило о том, что этот человек не привык считать мелочь. Золотая цепочка, выглядывающая из кармашка жилета, со вкусом украшенного вышивкой, наверняка была пристегнута к золотым часам. Похоже, десять фунтов и золотой медальон, спрятанные в ее сумочке, не произведут на этого человека никакого впечатления. Она могла проделать весь этот путь, терпеть чьи-то домогательства, рисковать своей добродетелью – и все напрасно, потому что ставки Домино слишком высоки.
Незнакомец смотрел на нее с таким видом, словно слышал все, что она думала.
– Вам очень нужна эта информация? – спросил он. – Вы так хороши, что я мог бы отдать ее вам бесплатно, в обмен на поцелуй.
– На поцелуй?! – воскликнула Одрианна. – Я начинаю думать, что вы – шарлатан, если вы согласны лишь на эту небольшую плату.
– Вы так дешево цените поцелуи?
– Ценность любого поцелуя условна независимо от его цены.
– Какая печальная мораль! И я надеюсь, что вы в действительности так не считаете. Поэты говорят, что есть такие поцелуи, которые могут вечно поддерживать душу.
– Поэты – идиоты, -заявила Одрианна. Разговор становился все любопытнее.
– Боюсь, что вы правы, но надеюсь, это не так. Вот что я предлагаю: душа подсказывает мне, что вы можете быть той самой женщиной, поцелуй которой имеет вечную ценность.
Что за нелепая чепуха! Они оба прекрасно понимали, что привело его сюда, и поцелуй даже не был его целью. И все же он вступил в игру, причем играл в нее абсолютно бесстыдно.
Одрианна чувствовала, что должна поставить его на место, дать ему понять, что она – не какая-нибудь глупая простушка, готовая упасть в обморок и восторженно охать лишь от того, что красивый мужчина бросает на нее выразительные взгляды и улыбается соблазнительными улыбками.
Правда, несмотря на то что разумом Одрианна все это понимала, голова у нее все же немного кружилась, что скрывать. И она была очень близка к тому, чтобы восторженно охнуть. От его заигрываний ее кровь закипала и искрилась.
– Конечно, я должен выяснить, действительно ли вы такая женщина, – промолвил он. – И поскольку вы не хотите продать то, что мне нужно, я вынужден украсть это. – Его голова склонилась к ней. Его губы погладили ее губы.
Шок парализовал Одрианну. Сердце неистово забилось в груди. Настойчивых маленьких стрел, которые так волновали ее, стало больше, и теперь они покалывали уже все ее тело. Роджер несколько раз целовал ее, более того, его поцелуи ей нравились, но ощущения оказались несравнимы. К тому же Роджер не был незнакомцем, и его поцелуи не были скандальными, опасными и восхитительно запретными.
Его губы не просто прикоснулись к ее губам и замерли на них. Они дразнили, двигались, прижимались. От этих чувственных и порочных прикосновений ее сердце билось все быстрее.
Новое прикосновение привело Одрианну в смятение, удивило ее. Новая сочность, ошеломляющая влажность. Святые небеса! Кончик его языка прикасался к чувствительному уголку ее нижней губы, от чего по телу волнами пробежала дрожь.
Словно сквозь сон Одрианна почувствовала, что незнакомец нежно поглаживает ее запястье. Он повернул ее руку в сторону, так что теперь дуло пистолета указывало на стену справа от нее.
Оружие больше не разделяло их и не защищало ее. Его рука, сжимавшая ее руку, контролировала и ее, и оружие. Однако его поцелуй интересовал ее куда больше, чем голос разума, который в панике призывал Одрианну остановиться. Незнакомец придвинулся ближе. Сердце Одрианны подскочило к горлу.
Его правая рука медленно скользнула по ее шее. Ощущение было потрясающим, удивительным, ведь никто никогда так не прикасался к ней. Прикосновение было ласковым, но властным. Теплым, но не совсем нежным и даже чуть грубоватым. Голова Одрианны шла кругом, когда она чувствовала, как его кожа соприкасается с ее кожей. Волнующая дрожь сотрясала ее тело, и вот наконец его ладонь легла ей на затылок. Незнакомец снова поцеловал ее.
На этот раз поцелуй был более сильным, требовательным и более агрессивным. Он играл с ее уязвимостью, устанавливая свое господство над ней. Помогите ей небеса! Она даже придумать не могла, как воспротивиться ему, хотя, признаться, и не желала этого.
Его рука крепче обхватила ее руку, державшую пистолет, а затем умелые пыльцы ловко высвободили оружие.
Ощущение пустоты в руке стало постепенно возвращать Одрианну в реальный мир.
Что она делает?!
Одрианна в прямом и переносном смысле открыла глаза. Открывшееся ее взору зрелище поразило ее до глубины души.
Дверь в комнату была открыта. Они больше не были наедине! За Домино стоял какой-то человек.