Вторая попытка

Но с другой стороны, если она его любит, то как она может требовать от него невозможного? Если он с таким же азартом отвечает на брошенный природой вызов, как это делал Стюарт, как она может лишать его этого? Это его жизнь, его выбор. И она так же жизненно необходима для него, как борьба с наркотиками была важна для Грега. Она должна найти в себе силы и мужество, чтобы не лишать Чеда любимой работы, не превращать его жизнь в рутину.

—

Любовь ко мне вызывает у тебя желание плакать? — с улыбкой спросил ее Чед.

Ли шмыгнула носом и смахнула с ресниц слезы.

—

Я плачу потому, что стою с моим женихом под омелой, а он так и не додумался меня поцеловать.

—

Каков нахал! — притворно-возмущенно воскликнул Чед и приблизил свои губы к ее губам.

После обильного и шумного обеда старшие мужчины отправились в гостиную смотреть футбол. Лоис и Амелия скрылись на кухне, чтобы обсуждать кулинарные рецепты и появление на свет будущих внуков. Ли и Чед поднялись наверх, чтобы уложить Сару спать.

Малышку снова уложили в бывшей комнате Чеда. Как только она уснула, Чед повернулся к Ли, раскрыв объятия.

—

Женщина, как я смогу прожить без тебя целую неделю? — спросил он, распуская ее волосы, собранные ради торжественного случая в высокую прическу, украшенную заколкой из слоновой кости. — Давай поиграем в доктора?

—

Нет, твоя мама может подняться наверх и посмотреть, чем мы тут занимаемся.

—

Именно так и ответила первая девочка, которой я предложил поиграть в доктора.

Ли отпрянула и осуждающе посмотрела на него.

—

И кто же это был? И сколько лет прошло с тех пор?

—

Лет двадцать пять, не меньше. Малышку звали Марджори Клейтон. Она жила по соседству. Она пришла ко мне поиграть, и я предложил играть в больницу. Я собирался быть тогда врачом, — с лукавой улыбкой добавил Чед.

—

Ну конечно! Так я тебе и поверила!

—

Увы, она не согласилась, — вздохнул Чед. — Что и определило мой дальнейший выбор.

—

Неужели ты и в самом деле считаешь, что я тебе поверю? Женщины бросаются на тебя, как мухи на мед. Какая-то Хелен со своей подругой Донной, официантка Сью, целая когорта дам из загородного клуба во главе с женой неизвестного мне Буббы… Мне не хватит пальцев на руках и ногах, чтобы перечислить их всех! Я ужасно ревнива, Чед, я серьезно говорю, имей это в виду. Я не позволю всем этим особам охотиться на моей территории.

—

Тебе и не придется этого делать. Ты единственная женщина, которую я хочу. — Чед взял Ли за руку и подвел к письменному столу, стоявшему в углу комнаты. Он сел в кресло, а ее усадил к себе на колени. — Ты сегодня невероятно красива, моя будущая жена, — он поцеловал уголки ее губ.

—

Тебе нравится мое платье?

—

Очень, — ответил Чед, даже не взглянув на наряд из красного плотного шелка, с длинными пышными рукавами, белым воротником и черным атласным бантом. — Как бы мне под него пробраться? — поинтересовался он, нашаривая перламутровые пуговицы на спине. — Если у меня это получится, твое платье понравится мне еще больше.

—

Ты неисправим!

—

Неужели ты думаешь, что этим словом можно описать мое состояние? Я знаю куда более красочное.

-Чед!

Его рука легла ей на затылок, и он привлек Ли к себе, чтобы поцеловать. Она без колебаний обвила его шею руками. Его рот сохранил вкус вина, которым миссис Диллон угощала гостей за обедом, и Ли с удовольствием ощутила этот вкус снова на губах Чеда.

—

Черт побери! — выругался Чед. Крохотные пуговки не желали сдаваться, и он с досадой отстранился от Ли. — Мне не удастся освободить тебя от этой кольчуги, так?

—

Это довольно сложная задача, боюсь, она тебе не по силам.

Чед состроил зверскую гримасу и угрожающе зарычал.

—

Тогда мне придется довольствоваться воспоминаниями. У тебя еще осталось то детское масло?

—

Тс-с, — зашипела на него Ли и смущенно оглянулась на дверь.

Он рассмеялся.

—

На ком я женюсь, на тайной извращенке? Разве не ты сама занималась этим при свете дня?

—

Я не извращенка! — возмущенно запротестовала Ли. — Это был лечебный массаж. Ты сам сказал, что у тебя напряжены мышцы на плечах.

—

К тому моменту, когда ты проявила чудеса сноровки, не говоря уж о чудодейственном масле, у меня были напряжены не только плечи.

Ли погрозила ему кулачком.

—

Ты просто ужасен и невыносим!

—

Но ты все равно меня любишь. — Чед схватил ее за руки и прижал их к груди. — Правда? — теперь он говорил серьезно.

-Да.

Их поцелуй стал печатью, скрепившей ее слова.

—

Я давно хотела тебя кое о чем спросить, — оторвавшись от его губ, сказала Ли. Ее голова лежала на плече у Чеда, а тот задумчиво играл ее атласным бантом.

—

Давай, спрашивай.

—

В тот день, когда родилась Сара, ты ведь решил, что у меня никогда не было никакого мужа, правда?

—

Да, — откровенно признался Чед.

—

Но в твоих глазах я не увидела ни осуждения, ни презрения.

—

Я все равно любил тебя, Ли. Мне было безразлично, что происходило с тобой раньше, что ты делала, чем занималась. Твое прошлое не имело для меня значения. Я полюбил тебя в ту самую секунду, когда открыл дверцу твоей машины и увидел твои глаза. Я мог простить тебе все, что угодно.

—

О, Чед! — выдохнула Ли. Прозрачная слезинка повисла на ее ресницах.

—

Эй, хватит, малышка! Если я отдам тебе твой рождественский подарок сейчас, ты перестанешь плакать?

—

Мой рождественский подарок? Сейчас? — Ли оживилась.

—

Но он не завернут. Я специально носил его с собой весь день, ожидая удобного случая. Мне кажется, сейчас самое время преподнести его тебе. — Чед вынул из кармана небольшой конвертик. Он внимательно смотрел, как Ли аккуратно поддевает ногтем бумагу и достает оттуда два тонких золотых кольца, усыпанных сапфирами.

—

Это дополнение к обручальному кольцу. Между ними будет широкое кольцо из белого золота. Но тебе придется подождать неделю, прежде чем ты сможешь их надеть. Тебе нравится?

—

Какие красивые! — прошептала Ли. — У сапфиров цвет твоих глаз.

—

А я думал, что они под цвет твоих.

—

Нет-нет, — Ли протестующе покачала головой. У нее на глаза снова навернулись слезы, и камни заиграли всеми цветами радуги. — Твоих. И не спорь со мной!

Чед надел ей кольца на безымянный палец левой руки. Они оказались точно по размеру. Ли вопросительно взглянула на него.

—

Я просто угадал, — он смиренно пожал плечами, отвечая на ее немой вопрос.

—

Ты просто чудо! Не могу дождаться, когда надену еще одно кольцо.

—

Я не знал, какое кольцо у тебя было раньше. Я надеялся, что сапфиры тебе понравятся. Если ты хочешь что-нибудь другое, например, бриллиант…

—

Нет! У меня было обручальное кольцо с несколькими бриллиантами. Мне пришлось его снять, когда во время беременности у меня начали отекать руки. Я никогда его больше не надевала. Но эти кольца… Они от тебя. Это…

Ей не хватило слов, и она просто поцеловала Чеда. Его язык проскользнул между ее зубов, лаская ее рот. Ли отвечала ему, пока не почувствовала его возбуждение.

Она медленно, неторопливо встала, подошла к двери и закрыла ее на крючок. Ли повернулась к Чеду лицом, сбросила туфли, расстегнула пуговицы на длинных рукавах. Потом настал черед широкого кожаного пояса на талии.

—

Знаешь, чем я хочу заняться? — голосом искусительницы поинтересовалась она.

—

Чем? — хрипло спросил Чед.

—

Я намерена поиграть в доктора.

Он сидел не шевелясь, словно прирос к стулу, пока Ли расстегивала пуговицы на спине. Одним движением она скинула платье с плеч и выступила из него, как Афродита из морской пены. Ли положила платье в ногах широкой кровати. Красная шелковая комбинация мягко обрисовывала все соблазнительные округлости ее тела. У Чеда расширились глаза, он шумно вздохнул, и Ли поняла, насколько велико его нетерпение.