Страница 98 из 124
Они осмотрели алтарь, но это была всего лишь прямоугольная глыба камня, прикрытая тонким покровом. Камера, конечно, могла быть скрыта внутри, но с таким же успехом она могла быть спрятана и под любым другим камнем в стене монастыря. У них не было возможности проверить это.
– Окей, – сказал Стивен. – Клянусь на этом месте, что никогда больше не пойду на поводу у беспочвенных теорий. Лучше бы мы…
Выстрел хлестнул, словно резкий удар бича, заставив их вздрогнуть. Тишина, воцарившаяся вслед за тем, была похожа на крик. Три пары глаз испуганно переглянулись.
– О, shit!..
Они ринулись из капеллы наружу. Монахи медленно, словно загипнотизированные, пятились от ворот монастыря, не спуская с него глаз. Следующий пронзительный щелчок вспорол монастырскую тишину, словно удар топора, и с внутренней стороны ворот отлетели щепки.
Стивен почувствовал, как в нём поднимается горячая волна ярости и страха. Происходящее превосходило его худшие ожидания.
– Они прокладывают себе путь огнём, – вырвалось у него, – даже не тратя времени на разговоры!
Нападающие открыли шквальный огонь из самого разного стрелкового оружия, направленного на монастырские ворота. Старое, высохшее в пустынном зное дерево расщеплялось на куски, испускало струйки пыли, но оказывало стойкое сопротивление, хотя уже недалёк был момент, когда дверь развалится на части и рухнет внутрь.
– Брат Грегор исчез! – обнаружила Юдифь.
Стивен оглянулся. Действительно, монаха не было видно среди его братии, испуганно пригнувшейся за строением, в котором располагались их кельи. Стивен испугался, уж не задела ли брата Грегора пуля и не его ли это мёртвое тело лежит на одной из грядок – но нет, то была всего лишь куча серой земли. Монах, видимо, где-то укрылся.
Долго это продолжаться не могло. Выстрелом вышибло крепление железного кольца, прибитого к двери изнутри, и оно отлетело в огород. Сквозь какофонию выстрелов доносились отдельные выкрики – наверное, команды. Войско готовилось к штурму.
И вдруг выстрелы разом прекратились.
Стивен замер в ожидании сигнала к атаке, который несомненно должен был последовать. Или взрыва ворот.
Вместо этого в почти гнетущей после адского шума тишине возник отчётливый шум, который, если хорошо вспомнить, слышался уже давно, всё это время медленно нарастая, – низкий, грозный рокот мощных машин. Он становился всё громче и всё ближе.
– Я знаю, что это такое, – пролепетала Юдифь с самыми худшими предчувствиями.
И вот три огромные, тёмные тени пронеслись над их головами, взрывая небо, так что они непроизвольно пригнулись. Вокруг взметнулась поднятая пыль, затрепетали листья и ветки. Это были три военных вертолёта.
34
МОНАСТЫРИ на горе Небо были основаны С. Дж. Саллером по повелению Studium Biblicum Franciscanum. Первые монахи поселились в 4 в. в долинах, окружающих гору, тогда как большой монастырский комплекс возник в 5–9 вв. Особенно достойны упоминания церковь с мозаичными полами и зернохранилище.
Авраам Стерн. «Лексикон библейской археологии».
Стивен чувствовал, как его челюсть от безмерного удивления опускается вниз, но ничего не мог с этим поделать.
Его глаза, как загипнотизированные, были прикованы к трём мощным тёмно-оливковым вертолётам, которые, подобно огромным птицам, снова взмыли вверх и заложили большой круг, без сомнения нацеленный на возвращение к монастырю.
Внезапно Стивен ощутил себя маленьким и бессильным, как мышка, поглядывающая снизу на надвигающийся на неё паровой каток. Боже, какую он тут кашу заварил! Вертолёты разделились; было видно, как открываются боковые двери и мужчины в форме готовятся в высадке.
Кто это были – люди Кауна? Или тот уже наслал на них израильскую армию? Уже наверняка где-то поджидает наготове прокурор с длинным списком обвинений, составленным сворой каунских адвокатов.
Монахи, сбившиеся в кучку в своём укрытии, тоже дружно поворачивали головы, следя за разыгрывающимися в небе событиями, как подсолнухи за солнцем. Все, кроме одного, который то и дело поглядывал в сторону хранилища для костей, как будто боясь сам оказаться там в скором времени.
– Это армия. Теперь мы пропали, – сказала Юдифь, но он скорее угадал, чем услышал её слова, потому что она сказала их сама себе, а вертолёты начали снижаться над монастырём и над площадкой перед его стенами. Скоро и собственных слов не расслышишь в таком грохоте.
Да, без сомнения они пропали. Взгляд Стивена метнулся вокруг. Увидит ли он ещё когда-нибудь это место? Может быть, ближайшие недели, а то и месяцы он проведёт в тюремной камере. Разумеется, его отец не сможет взять на себя его защиту, но он всё равно прилетит, чтобы действовать сообща с израильским адвокатом, и всё это выльется в такие суммы, которые поглотят всё состояние Стивена, если его вообще хватит. Десантники, наготове ожидающие в вертолётах, ещё казавшиеся маленькими на большом расстоянии, но уже с различимыми лицами, – это солдаты израильской армии, которой не раз приходилось разбивать двадцатикратно превосходящие по численности силы противника. Против этих ребят у них не было даже тени шанса.
Один из монахов продолжал поглядывать в сторону хранилища останков. Нет, в выражении его лица не было испуга. Он не боялся, а скорее раздумывал, не поискать ли там укрытия.
Стивен замер, когда в его голове промелькнуло жуткое подозрение.
– Юдифь! – крикнул он сквозь пронзительный свист снижающихся винтов. – Иешуа!
Если у них и был шанс, то только этот. И они ничем не рисковали, поскольку терять уже было нечего.
– Что? – крикнула в ответ Юдифь.
– Кажется, я знаю, куда исчез Грегор! – крикнул Стивен ей в ухо.
– Что? – она помотала головой, указывая на уши. Грохот был слишком громким. – Я не понимаю ни слова!
Он дёрнул её за руку.
– Идём! – крикнул он, подкрепляя слова жестами.
Они побежали за ним, когда он метнулся в сторону хранилища останков – Юдифь с колебанием, Иешуа с недоумением, – но побежали. Ручка двери вибрировала под его пальцами от оглушительного грохота, когда он открывал её. Юдифь сообразила, чего он хочет, и отпрянула.
– Идём! – крикнул он ещё раз, схватил её за руку и потянул за собой. Потом втащил в склеп и Иешуа и закрыл за собой дверь. Их разом накрыла темнота, но грохот слышался всё так же оглушительно.
Он выхватил свой карманный фонарик и включил его, пустив луч по полкам с их жутким содержимым. Теперь важно было как можно скорее обнаружить то, что он искал, как можно скорее…
– Что ты задумал? – прокричал ему в ухо Иешуа. Судя по его взгляду, ему не вполне удавалось воспринимать лежащие вокруг кости лишь как археологические артефакты.
Стивен помотал головой. Это трудно было объяснить. Он осматривал полки, совал руку под деревянные ящики с костями, осторожно ощупывал канавки и отверстия от сучков. Как бы он сам поступил, если бы закладывал этот монастырь тогда, в четырнадцатом веке?
В четырнадцатом веке.
Очень давно.
Надо искать бороздки, которые неизбежно процарапали бы пол за такое длительное время! Он упал на колени, чуть не носом возил по половицам, обследуя их сантиметр за сантиметром, лихорадочно подсвечивая фонариком сбоку, чтобы все царапины и бороздки образовали тень. А грохот вертолётных винтов снаружи возвещал конец света.
– Вот она! – громко крикнул он, но даже сам себя не услышал. Он сунул фонарь в руку Иешуа, и тот послушно держал его, всё ещё ничего не понимая. Полка у задней стены помещения, много раз за сотни лет открываясь и закрываясь, пробороздила на полу дугообразное углубление. Где-то здесь должен быть рычаг, простейшая задвижка, с которой смогла бы справиться даже ревматическая рука старого монаха…
Только не надо бояться сунуть туда руку, прямо в гущу холодных, жутких, гладких фаланг человеческих пальцев. Стивен порылся в ящике и наткнулся на рычаг, за который нужно было потянуть, и тогда полка откроется, как дверца шкафа.