Страница 85 из 124
Стрелка часов ползла так медленно, будто двигалась сквозь вязкий сироп. Юдифь наморщила лоб, недовольная тем, что Стивен тянет время из-за каких-то двух минут, но Стивен точно знал, что если он позвонит хоть за одну минуту до десяти часов, то застанет на другом конце только автоответчик.
Наконец-то пять часов. Откуда-то издалека послышались сигналы точного времени – видимо, у кого-то в номере работало радио. Десять часов на американском Восточном побережье. Стивен взял мобильный телефон.
– Десять часов. Мисс Джонс только что села за свой письменный стол и отключила автоответчик. Сейчас она заглядывает в большой, переплетённый в кожу календарь с расписанием, а после этого приступит к обработке почты.
Он вызвал номер общества из памяти телефонной книжки своего мобильника и стал слушать гудки.
Мисс Джонс подняла трубку после второго гудка и назвалась с обычной обстоятельностью и точностью:
– Добрый день, это Исследовательское общество, Нью-Йорк. Вы говорите с Джессикой Джонс.
Стивен назвал своё имя, и она тотчас вспомнила о том, что он сейчас находится в Израиле. Она спросила, что может для него сделать.
– Мисс Джонс, я хочу вас попросить заглянуть в вашу картотеку, – сказал Стивен. Картотекой была, естественно, компьютерная база данных. – Мне нужен кто-нибудь, сведущий в подводном исследовании пещер.
Вилларда и Элиаха Райан отослал. Они закончили обыск, но больше ничего интересного не нашли. Теперь он сидел в машине один напротив дома Иешуа, положив дневник рядом с собой и держа в руках записи, которые он сделал, когда Элиах закончил свой перевод.
Все подозрения Райана получали подтверждение. Стивен Фокс и его подруга начали расшифровывать письмо ещё в пятницу вечером. В первый вечер они успели прочитать только один фрагмент фразы, и единственная ультрафиолетовая лампа в их лаборатории испустила дух. На следующий день, в субботу утром, Иешуа купил в большом магазине электротоваров, который держал христианин, не подлежавший предписаниям шаббата, лампу на замену и продолжил исследование на свой страх и риск. Он прочитал начатую фразу до конца, потом принялся за второй лист, но с ним ничего не получилось: в отличие от первого листа шрифт второго не воспринимал флюоресцирующий раствор. Тогда Иешуа догадался предварительно обработать бумагу химикалиями, которые могли бы растворить полиэтилен, перешедший за тысячелетия из пластикового пакета на бумагу, и эта мысль оказалась удачной: хотя бы в нескольких местах он смог расшифровать текст. Почти первый же участок, сделавшись видимым, описывал место, где спрятана камера.
Райан смотрел через дорогу на голый, безликий доходный дом, в котором снимал квартиру Иешуа. Вечернее низкое солнце отражалось в нескольких окнах. Правду ли сказал Элиах? Этот израильтянин во время перевода несколько раз поглядывал на него вопросительно, как будто ждал, что Райан объяснит ему, о чём тут, собственно, идёт речь и почему эта дневниковая запись так важна. Разумеется, Райан игнорировал все его взгляды. Пусть думает, что хочет.
Если Элиах перевёл правильно, то Иешуа в своём дневнике не назвал место, где спрятана камера. Он только описывал во всех подробностях, какой ужас его охватил, как он пытался осмыслить, можно ли допустить, чтобы об этом месте узнал Стивен Фокс. Единственное, но более чем отчётливое указание на это место содержалось в дневнике в такой форме:
«Стивен всегда добивается того, чего хочет. С него станется и Стену плача продолбить».
Исследователя подводных пещер звали Джон Хардинг, это был американец, родившийся на Гавайях, сорока с небольшим лет. Он был востребован по всему миру как аквалангист, исследователь пещер и затонувших кораблей, инструктор подводного плавания и консультант подводных работ. Стивен смутно припоминал, как их знакомили в нью-йоркском клубе, но то был большой праздник, и у него осталось лишь общее впечатление о крупном медведе-подобном мужчине с пепельной бородой викинга и самыми могучими лапами, какие ему только приходилось видеть. В настоящий момент Хардинг был в Мехико, и Стивен застал его за завтраком. На заднем плане слышался гул голосов, за столом явно сидела большая весёлая компания, и ещё примешивался шум, похожий на морской прибой. Стивен как можно короче объяснил ему, что он собирается предпринять.
– Подземный ход, затопленный водой, хм? – переспросил аквалангист. – Какой ширины?
– Примерно с метр.
– Ты не знаешь, нет ли в каком-нибудь месте обвала или сужения?
– Нет, не знаю.
Хардинг издавал цокающие звуки, как будто высасывал из зубов застрявшие остатки пищи.
– Тебе когда-нибудь приходилось нырять с аквалангом? С кислородом, я имею в виду.
– Да, – ответил Стивен. – Один раз, на Большом Барьерном Рифе. Это был курс подводного плавания.
– Хм-м. Ну ладно, слушай. Критические точки, если ты где-нибудь застрянешь, это шланг лёгочного автомата и шланг-финиметр. Если можно, достань компакт-аппарат с перевёрнутыми баллонами и нижними вентилями. Следи за тем, чтобы все соединения шлангов были закреплены на поясе. Маска должна быть полная, на всё лицо. Смотри, чтобы тебе не впарили обыкновенную. Я всегда беру «Ди-ватор», но и другие приборы тоже ничего.
Стивен торопливо записывал. Вместе с тем его не покидало чувство недостоверности происходящего. Неужто и правда завтра он спустится в этот подземный ход, чтобы преодолеть под Старым городом полмили в затопленной штольне?
– Дыхательная трубка тебе не понадобится. А вот путеводный канат – да, достаточной длины, лучше немножко длиннее расчётной, – как минимум шестимиллиметровый, плетёный, люминофор, а ещё лучше десятимиллиметровый, какие используют альпинисты.
– При длине в пятьсот метров это будет изрядная катушка, а?
– Да, конечно. Прежде всего тебе нужен человек, который будет постоянно держать канат слегка внатяг, чтобы сразу почувствовать твой сигнал. Окей, что ещё? – Хардинг соображал. – Детекторы. Тот предмет, который ты ищешь, металлический?
– Да.
Камера, хоть она и в пластмассовом корпусе, без сомнения, имеет достаточное количество металлических частей.
При этом ему пришло в голову, что он должен прихватить с собой герметичную ёмкость, чтобы пронести камеру под водой назад в целости и сохранности. Он записал советы Хардинга и чуть ниже: пластиковый герметичный пакет.
– Есть два вида детекторов: либо VLF-TR-детекторы, либо пульс-индукционные приборы. VLF – означает very low frequency, низкочастотный, a TR означает trasmitting and receiving, приёмно-передающий, и действие его основано на том, что низкочастотное поле нарушается, если в него попадает металлический предмет. Нарушение можно померить, в этом вся соль. Поэтому важно взаимное расположение катушек. Идеальная катушка имеет форму «два D» и расположена co-planar. Пульс-индукционные приборы работают по другому принципу: они генерируют короткие импульсы постоянного тока, которые на какой-то момент создают сильное магнитное поле, а оно в свою очередь вызывает в искомом объекте вихревые токи, которые держатся дольше, чем импульс самого прибора, и поэтому поддаются измерению. Пульсовики отличаются огромной глубиной проникновения, до четырёх метров, если объект достаточно крупный, но, в отличие от VLF-TR-детекторов, не могут различать металлы.
– Объект, который я ищу, скорее мелкий. Граммов сто металлической массы, самое большее. Что бы ты мне посоветовал в этом случае?
Хардинг снова засмеялся.
– Скорее всего, у тебя не будет большого выбора, скажи спасибо, если прокатчик тебе вообще хоть что-то выдаст. Во всех средиземноморских странах они ужасно ревниво относятся к иностранцам, которые собираются повытаскать у них все сокровища из глубин. Но если у тебя будет выбор, возьми прибор, который можно переключать с Motion на Slow-Motion.
– Записал. Правда, я понятия не имею, что это такое.
– Slow-Motion означает, что прибор покажет металл только в том случае, если ты держишь его неподвижно. Motion означает, что прибор покажет металл, если ты будешь двигать им туда-сюда. Чтобы прозвонить большую область, лучше Motion, а при более подробном поиске переключишься на Slow-Motion. Я много работал с Silver Turtle, это ходовой прибор. Самое приятное в нём то, что его можно применять как Hipmount.