Страница 17 из 86
— Тосинджи только что прибыл, — сообщил герцог Майеннский, выталкивая вперед темноволосого мужчину.
Тосинджи преклонил колено и поцеловал руку молодого герцога.
— Добро пожаловать, — сказал Гиз. — Кто-нибудь видел, что вы приехали в Париж?
— Нет. Я появился здесь в темноте, к тому же я изменил свой облик.
— Вы знаете, что от вас ждут? — спросил Гиз.
— Мы сказали ему, — вмешался кардинал, — что его жертва — важная персона.
— Верно, — подтвердил де Гиз. — Скажу вам больше. Человек, которого вы должны убить, — Гаспар Колиньи. У вас хватит на это мужества?
— У меня хватит мужества на любое дело, которое вы поручите мне.
— Хорошо. Мы тщательно готовим ваше бегство.
— Благодарю вас.
— Стрелять вам придется не из этого дома. Рядом находится пустое здание. Стоя у окна, вы увидите Колиньи, когда он будет идти по улице в сторону Рю Бетизи. Важно, чтобы первый выстрел оказался точным.
— Вам известна моя репутация.
— В Париже нет лучшего снайпера, — сказал герцог Майеннский. — Мы полностью доверяем вам, Тосинджи.
— Благодарю вас. Я проверю отсутствие посторонних в этом здании.
— В конюшне Шануана вас будет ждать оседланная лошадь. Сразу после выстрела вы должны как можно скорее добрался до задней стороны здания, перелезть через невысокую ограду и попасть в конюшню. А теперь давайте пройдем в пустой дом. Убедимся в том, что все в порядке и ничто не помешает нашему успеху.
Они спустились по деревянной лестнице и проникли в соседний дом.
Заседание совета завершилось, и король пожелал сыграть в теннис.
— Пойдемте со мной, отец, — сказал он Колиньи. — Проводите меня до корта, а затем отправляйтесь домой и отдохните; вы, похоже, устали. Гиз и Телиньи поиграют со мной, верно, друзья?
Де Гиз и Телиньи охотно согласились сыграть с королем.
Несколько джентльменов проводили их до кортов; понаблюдав немного за игрой, Колиньи выразил намерение вернуться к себе на Рю Бетизи. Около дюжины друзей адмирала последовали за ним.
Гаспар смутно слышал разговор мужчин, шагавших позади него; у адмирала не было настроения беседовать; он думал о том, что король готов удовлетворить его просьбы, но многие советники были настроены против адмирала. Он вспомнил сценки, высмеивавшие гугенотов. Было ясно, что новое дружеское отношение к гугенотам, которое разыгрывали католики во время свадебных торжеств, было насквозь фальшивым.
Он начал читать бумагу, которую держал в руке; Колиньи шел немного впереди своих друзей, полностью погрузившись в изучение документа. Один листок из пачки, которую он нес, упал на землю. Когда он нагнулся, чтобы подобрать его, пуля просвистела над головой адмирала. Колиньи повернулся и увидел в окне ближайшего дома фигуру человека. Адмирал указал на него друзьям; в это мгновение грянул второй выстрел; пуля оторвала Колиньи палец, задела руку и застряла в плече.
— Этот дом. Из этого окна, — крикнул адмирал.
Несколько его друзей бросились к дому; другие столпились вокруг Колиньи. Рукав камзола стал мокрым; от потери крови у Колиньи закружилась голова.
— Король… — промолвил он. — Сообщите ему… немедленно…
Мерлин, один из его соратников, поняв, что адмирал теряет сознание, обхватил Колиньи рукой.
— Доберемся до вашего дома, — сказал он. — Как можно скорее…
— О, — пробормотал Колиньи, прислонившись к Мерлину, — это дело рук де Гизов. Они замышляли это, когда герцог мирился со мной…
Медленно, превозмогая боль, в окружении нескольких друзей, не бросившихся искать убийцу, Колиньи вошел в свой дом на Рю Бетизи.
Когда королю сообщили новость, он еще играл в теннис.
— Ваше Величество, адмирал ранен. Это произошло, когда он шел домой. Стреляли из пустого дома.
Карл замер, сжимая ракетку. Он испугался. Он посмотрел на Гиза; лицо Генриха оставалось бесстрастным, оно не выдавало его чувств. Король заметил ярость в глазах Телиньи.
— Ваше Величество, отпустите меня к нему, — попросил Телиньи.
Карл ничего не сказал. Он продолжал смотреть в пространство перед собой. Нигде нет покоя. Каждому угрожает опасность. Мира нет.
— Неужели я не получу даже короткого покоя? — всхлипнул он.
— Ваше Величество, умоляю вас… отпустите меня к адмиралу.
— Иди, иди! — крикнул Карл. — О, Господи, что они сделали с моим другом?
Гиз шагнул к королю:
— Ваше Величество, необходимо послать за докторами. Вероятно, еще можно что-то сделать.
— Да, да, — почта завизжал Карл. — Отправьте их всех к адмиралу. Вызовите Паре. Он спасет Колиньи. Я сам пойду к нему. Я…
Плача, Карл побежал к дворцу.
Катрин невозмутимо сидела в своих покоях, когда Мадаленна вбежала в комнату с новостью.
— Мадам, в адмирала стреляли.
— Стреляли? — Катрин ликовала, но ее глаза изображали ужас. — Мадаленна, ты лжешь. Это невозможно.
— О да, мадам. Он шел в сторону Рю Бетизи от дворца; кто-то выстрелил в него из окна пустого дома.
— Но это ужасно.
Катрин не двигалась; она подумала: я пошлю в Рим его голову. Она прибудет почти одновременно с известием о бракосочетании.
— И… кто стрелял? Ты выяснила это, Мадаленна?
— Это еще не известно, мадам, но убийца прятался рядом с домом Шануана де Сент-Жермен л'Оксеруа, бывшего наставника де Гизов.
— Преступника поймали?
— Не знаю, мадам.
— Тогда иди и выясни, что сможешь. Ступай на улицу, послушай, что говорят люди.
Катрин уже была готова к встрече с королем, когда он явился во дворец. Его глаза сверкали от ярости; королева-мать заметила знакомое подергивание рта, пену на губах.
— Ты слышала? Слышала? — закричал Карл. — Моего дорогого друга адмирала, великого Гаспара де Колиньи пытались убить.
— Если попытка оказалась неудачной, поблагодарим за это Господа, сын мой. Если он не умер, мы должны спасти его.
— Мы должны спасти его. Паре! Паре! Где Паре? Карлик, не стой, уставившись на меня. Иди… иди и доставь ко мне Паре. Пойдемте все… найдем Паре. Нельзя терять ни мгновения. Когда ты найдешь Паре, отправь его в дом адмирала. Вели ему не терять время… или он ответит мне за это. Мама, я должен немедленно пойти туда. Должен попросить его выжить… остаться в живых…
— Мой сын, тебе надо успокоиться. Дорогой, ты не можешь идти в таком состоянии. Я должна проводить тебя. Подожди… дождись новых вестей. Обязательно отправь туда Паре, но сам пока не иди. Ты не знаешь состояние адмирала. Погоди, прошу тебя. Тебе ни к чему лишние потрясения.
Карл подергивал свой камзол, он отчаянно всхлипывал.
— Он был мне отцом. Я верил ему. Его убили. Он, верно, сильно страдал. О боже, как он страдает. Льется кровь… его кровь.
— Ты не должен видеть ее, — сказала Катрин. — Подожди, сын. А, вот и Паре. Паре, король приказывает вам немедленно отправиться в дом адмирала и… спасти его жизнь. Идите… как можно скорей.
— Да, Паре, идите… идите! Не теряйте время, ищите немедленно.
Катрин обратилась к карлику:
— Позови Мадлен и мадемуазель Туше. Пусть они тотчас придут в покои короля.
Они объединили свои усилия для того, чтобы успокоить несчастного короля.
Лидеры гугенотов собрались в доме на Рю Бетизи. Телиньи, Генрих Наваррский, принц Конде, герцог де Ларошфуко ждали в приемной. Никлас Мусс, старейший и самый преданный слуга Гаспара, а также его помощник Мерлин оставались в спальне адмирала. Было отправлено послание Монтгомери в Сент-Жермен. Возле дома собрались гугеноты; звучали возмущенные голоса, люди снова и снова повторяли имя де Гиза.
Увидев Амбруаза Паре, величайшего хирурга-гугенота, спешившего к Колиньи, толпа обрадованно зашумела. Люди расступились, пропуская врача.
— Да поможет вам Господь, месье Паре. Пусть вам удастся сберечь жизнь нашего великого лидера, которого хотели погубить злодея.
Паре заявил, что он сделает все возможное, и скрылся в доме.
Он застал адмирала обессилевшим. Рана сама по себе не казалась смертельной, но Колиньи потерял много крови; пуля, застрявшая в плече, могла быть отравленной.