Страница 89 из 116
— Не крякну.
— Тогда иди сюда…
Он встал, подошел ко мне. Протянулся и отключил конфорку, на которой я готовил нам запоздалый обед и так и оставил руку у меня на бедре, поглаживая через ткань новых брюк. Переодеться после прибытия из императорского дворца я так и не удосужился.
— В этой одежде ты выглядишь презентабельнее, чем обычно, — заметил мерцающий, не отрывая взгляда от моих губ.
— А мне мой старый классический прикид больше нравится.
— А мне этот…
Обед пришлось разогревать вместо ужина. Мы с Иром увлеклись и забыли поесть. А на утро в сопровождении командоров отправились прямиком во дворец. Оказывается, приглашенным вменялось явиться в столицу за сутки до самих торжеств. Так что моим потенциальным посетителям снова придется подождать. На этот раз до понедельника.
Как особо приближенных гостей, нас разместили в самом дворце. В разных комнатах, разумеется. Правда, они были смежными, и между ними имелась дверь, спрятанная за портьерой. Где обосновались командоры, я в тот день так и не узнал, так как стоило нам только заселиться, как ко мне зачастили гости.
Первым ко мне наведался местный маршал — папочка той малютки, которую мы с Клёмой еле уговорили вернуться из грез в реальный мир. Что ему от меня было нужно, я так и не понял. Перекинулись парой ничего не значащих фраз, эльф (понятно, что мерцающий явился ко мне в своем светлом мерцании) сухо поблагодарил за спасение дочери и удалился. Чего хотел? Зачем приходил? Непонятно.
Почти сразу за ним, я даже свои временные апартаменты обследовать толком не успел, меня посетила фаворитка императора. Та самая, которой императрица в компании приемыша и Учителя мерцающих собралась сделать большой сюрприз, причем моими руками. Мне пришлось, не моргнув глазом, ей солгать. Леди Таниэль пришла просить меня помочь её сестренке. Я весь внутренне подобрался и отказал. Думал, что эта миловидная, на первый взгляд, эльфийка после этих слов меня просто растерзает, но она совладала с собой, потушила почти безумный взгляд вмиг пожелтевших глаз и с достоинством удалилась, напоследок громко хлопнув дверью. А что еще я мог ей ответить? Потом сюрприз будет? Думаю, за это она бы меня точно прибила. А не она, так императрица с Пестрым за компанию тоже по головке бы не погладили. Так что я с горем пополам избежал членовредительства, и Ир, примчавшийся на грохот, никого кроме меня в комнате не застал. Увидел, что я с усталым видом сижу на кровати, подошел и сел рядом.
— Ну, ты как? — спросил он меня, пристально всматриваясь мне в лицо.
— Стремно мне как-то.
— Нехорошее предчувствие?
— Не совсем. Просто я на балах никогда не был и не уверен, что у меня получится адекватно себя вести.
— Раньше тебя мало заботило, соответствует ли твое поведение общепринятому этикету.
— То было раньше.
— Что изменилось?
Я повернулся к нему и, глядя в глаза, честно ответил:
— Все. Раньше я и предположить не мог, что все будет так серьезно…
Ир тяжело вздохнул, он понял меня. Мы помолчали. Потом мерцающий, сидевший до этого практически неподвижно, медленно откинулся на спину. Я обернулся на него и последовал его примеру. Теперь мы оба, как последние придурки, лежали рядом и пялились в потолок. Чувство беспокойства не проходило, только усилилось. Что же это такое? Предчувствие беды или обычный мандраж? И тогда я вдруг рассказал Иру о непонятках с предсказаниями Лии. Мерцающий лег на бок, чтобы смотреть на меня, придерживая голову ладонью. Я же все так же смотрел в потолок. Мы долго думали, каждый о своем. Ир первым нарушил молчание.
— Это может быть что угодно, — сказал он, явно рассуждая о предсказании Вейлы, словно сам с собой, — Например, война.
— А не круто берешь?
— Или дворцовый переворот…
— Ты сказал это так, словно еще неизвестно, что хуже.
— Если это повлечет смещение или смерть императора, то, безусловно, хуже.
— А как насчет иномирного вторжения?
— Из твоего мира?
— Почему сразу из моего? Других, что ли, мало?
— Как бы там ни было, если Вейла не видит, что конкретно нас ждет, нам тем более нет смысла гадать.
— А если хоть как-то подготовиться?
— Она же не видит смертей, только серьезные жизненные трудности. Так что пока рано паниковать. Да и как тут подготовишься? Только силы зря потратишь.
— Согласен. Я вообще не уверен, что сейчас себя так странно ощущаю именно из-за этих предсказаний.
— В таком случае, можно попробовать тебя отвлечь, — тяжелая рука мерцающего легла мне на грудь и медленно заскользила вниз к животу.
Я закрыл глаза и с улыбкой пробормотал:
— Тебе не кажется, что ты входишь во вкус и становишься ненасытным?
— Не кажется, — отозвался Ир, задевая мои губы своими. Он очень своевременно помог мне отвлечься от невеселых мыслей.
Остаток дня пролетел незаметно. Ужин по просьбе Ира нам принесли в комнаты. Так что, в большой мир мы выбрались только на следующий день. Даже странно, что вчера нас больше никто не побеспокоил. Интересно, кому следует сказать за это спасибо? Что-то мне подсказывает, что Камю. Откуда такой вывод? Да, потому что, даже на самом приеме, кардинал, как оказалось, лично приглядывал на нами.
Торжественные речи и приветствия я пропустил мимо ушей, впрочем, как и не рассмотрел за чужими спинами взаимный обмен дарами. Из-за большого скопления в бальном зале народа я даже массивного Бахрому, по случаю облаченного в нечто более приличное, чем та набедренная повязка, в которой я видел его впервые, не говоря уже о его поджаром и сухом шамане, видел только пару раз, да и то издали и мельком. Сам я в первые ряды не лез. Ир меня в этом поддерживал. Мы устроились рядом с одной из колонн, задрапированных темной, с перламутровыми переливами, тканью. Ир, расшалившись, весело предложил выпить для храбрости. Ведь фактически после приема (и это он сообщил мне на ухо свистящим шепотом) мы собираемся похитить самого императора из святая святых — оплота императорской власти и т. д. и т. п. Я в шутку ткнул его локтем промеж ребер, мерцающий на это только фыркнул и ткнул меня в ответ. После чего с чистой совестью удалился к столам с закусками и вином. В этот момент меня и подловил какой-то скользкий тип. Что примечательно, этот молодой на вид парень эльфом не был. По крайней мере, не выглядел таковым. Хотя, если для сокрытия внешности незнакомец применял магию, я бы этого все равно не понял. В целом, он выглядел совершенно непримечательно, что странно. Ведь в этом мире даже люди все, как на подбор, были красавцами по нашим скромным земным меркам. У этого же товарища даже ранняя плешь, уже обозначившаяся в области лба, имелась.
— Не вы ли тот новый специалист по связям, о котором все только и говорят?
— Наверное, я. А что говорят? — проявил я живую заинтересованность, при этом, ища глазами Ира. Что-то мне не улыбалось один на один общаться с этим типусом.
— Что вы работаете в Харьюсском университете…
— Это так.
— Что родом из другого мира…
— И это не тайна.
— Что водите шашни с мерцающими…
— Простите, что делаю?
— Возможно, ваш переводчик просто не так перевел… — начал этот гаденыш с неприятной улыбочкой. Но тут, словно из ниоткуда возле нас материализовался серый кардинал собственной персоной.
— Господин Рахманин, прошу вас, следуйте за мной. Вас желает видеть император. Лорд Годриль, — эльф едва заметно наклонил голову и круто развернулся к нам спиной. Я поспешил за ним, не заставлять же ждать самого императора.
Отойдя на приличное расстояние от облюбованной мной колонны и того типа, что все еще стоял там и буравил нас с кардиналом тяжелым взглядом (я специально обернулся), попытался расспросить Камюэля о нем:
— Не знал, что среди ваших лордов могут быть люди.
— Полукровка.
— Да? А внешне непохож. Вон, в Корешеле отчетливо видно, что всего понемножку намешано.
— Слабая кровь.
— Камю, да что с тобой? — возмутился, устав терпеть такое к себе обращение: — Я ничего такого не сделал, чтобы так со мной…