Страница 80 из 116
— Кто пробрался? И что гном измеряет на твоей кухне?
Но Андрей ответил мне не сразу. Ни намека на приличное воспитание, что с человека взять? Сначала он обратился к гномам:
— Ну, что, ребятки, дальше сами?
— Ага, — ответил самый старший из них, — А ты это… лучше поговори с темной леди, а то обидится и закончить не даст, — последнее он добавил свистящим шепотом, сделав страшные глаза. Потом глянул на меня и тут же снова уткнулся носом в свои деревяшки.
Я прищурилась. Гномы застучали своими инструментами еще усерднее.
— А с чего тебе на меня обижаться? — поинтересовался Андрей. В целях привития ему хотя бы начальных представлений о правилах хорошего тона в присутствии темной леди, я пояснила:
— Сначала ты должен был ответить мне, а потом уже заговаривать с ними. А еще лучше…
— Вообще, все бросить и заниматься только тобой? — с улыбкой спросил он.
Вот что мне с ним сделать? Придушить? Только вряд ли это его исправит. Даже Великие Матери быстро поняли, что выгоднее оставить этого человека таким, каков есть. Так он может быть куда полезнее. Но не удержалась, чтобы не подтвердить очевидные для большинства обитателей нашего мира вещи:
— Вот именно!
— Иля, но я же не темный, — с укором обронил он.
— А жаль. Не пришлось бы терпеть твою невоспитанность.
— Ты чего это с утра такая злая?
— Отойдем, — постановила я, посмотрев на гномов, которые от работы не отвлекались, но явно к нашему разговору прислушивались.
Надо будет в самое ближайшее время провести с новичками разъяснительную беседу, когда ни Андрея, ни Ира не будет рядом. Мерцающий слишком много перенял от него.
— Что ты его сказал про меня? — спросила, когда мы отошли к окну и я накинула на нас сферу безмолвия.
— Ну… — то, что он сразу понял, о ком речь, окончательно убедило меня, что я не ошиблась. Психолог выдавил из себя, — Чтобы почаще с тобой соглашался.
— И зачем бы это?
— Ты же ему спокойно жить не даешь: все время свою волю насаждаешь… Нет! Подожди! Дай закончу. Для вас, темных, это нормально. Было бы странно, если бы ты вела себя как-то иначе. Вот об этом-то я ему и сказал. И он, похоже, внял и проникся.
— А если меня это не устраивает?
— Да, ладно, Иль. Я не претендую на лавры перевоспитывателя драконов. Просто ты бы никогда не снизошла до внятных объяснений. А ему именно это было нужно. Драконы ведь живут довольно обособленно, ему было неоткуда узнать, как себя с тобой следует вести.
— И для чего же ему это понадобилось?
— Чтобы как-то уживаться с тобой.
— Вот как?
— Да не злись ты! По-моему, не смотря ни на что, ты ему даже нравишься.
— Даже?
— Иль, ну не смотри ты на меня так. Сама же понимаешь, что любая из вас откровенно не подарок.
— Мне вот интересно, ты вообще отдаешь себе отчет, сколько раз ты сейчас меня оскорбил?
— Иль, ну не начинай, а? Я в этом вашем темноэльфийском этикете ни в зуб ногой. Просто называю вещи своими именами.
— Довольно.
Он даже вздрогнул от моего тона. Мелочь, а приятно, как Андрей сам говорит. Даже полезно иной раз ему напомнить, кто я на самом деле.
— Иля, — психолог попытался сказать что-то еще, но я больше не стала его слушать.
Развернулась и ушла. Мне нужно было переговорить с драконом. Узнать на практике надолго ли хватит его покладистости. В то, что он сам решил укротить свой нрав, верилось с трудом.
Елесионис нашелся не сразу и в такой компании. Из которой его было бы не просто забрать. Я обнаружила его в одной из учебных аудиторий башни факультета экспериментальной магии. Он что-то увлеченно доказывал Камарэлю Лучистому и Ириргану. Причем все трое ожесточенно спорили и что-то чертили огненными линиями прямо в воздухе. Чем им не угодила классная доска? Скорей всего тем, что маги были слишком поглощены спором, чтобы прерваться и добраться до нее. Чтобы отвлечь их, пришлось обозначить свое присутствие стуком. Все трое тут же прервались и повернулись ко мне. Самой действенной тактикой было примерить на себя типично светлый образ:
— Прошу прощение, будь мы в наших темных землях, мне бы и в голову не могло прийти извиняться перед мужчинами, кем бы они ни были. — Могу я украсть у вас Елесиониса буквально на пару минут.
— Юная леди, мы… — начал Камарэль, но его дернул за рукав Ирирган. Если бы не это, не знаю, надолго ли хватило бы моего терпения.
Я молча вышла за дверь, даже не сомневаясь, что дракон пойдет за мной. Андрей ведь его убедил, что мне от него нужно только послушание. Ну что ж, посмотрим, что он сам мне на это скажет.
Елесионис не заставил себя ждать, уже хорошо.
— Ты что-то хотела? — спросил он, прикрыв за собой дверь.
Мимо нас прошла группа студентов. Некоторые, проходя, косились в нашу сторону. Я открыла портал, и мы оказались в моей комнате. Я опустилась в кресло. Дракон остался стоять. Неужели и правило приватной беседы с темной леди ему кто-то объяснил?
— Я разговаривала с Андреем.
Стоило это сказать, как дракон переменился в лице и весь напрягся. Просто никуда не годиться. Даже самые никчемные из наших мужчин никогда бы так откровенно себя не выдали. А ведь я не применяла к нему ни одного известного метода давления.
— И что он тебе сказал?
— Что ты влюблен.
Взгляд парня стал колючим.
— Что, прямо так и сказал?
— Нет. Но вряд ли ты, мужчина не нашего рода, пошел бы на такие жертвы ради нелюбимой женщины.
— Не такие уж это были и жертвы, — дракон отвел глаза в сторону, — Просто ваш психолог кое на что открыл мне глаза.
— И на что же?
— Например, на тебя! — воскликнул он и посмотрел на меня с вызовом.
Неисправим — это мой окончательный вердикт. Зато быстро учится, что немаловажно. Но, что еще важней, не злопамятен. Неплохой задел на будущее, чтобы кто не говорил. Опять же генофонд отменный. Я легко поднялась из кресла и почти мгновенно оказалась рядом с ним. Когда я резко подняла руку, дракон не отшатнулся и не опустил взгляд. Плохо. В чертогах Темного королевства такое неуважительное поведение может ему дорого обойтись. Я прижала ладонь к его щеке, потом медленно, не разрывая контакта с его кожей, переместила её ему на шею. Сдавила, выпустила когти. Он не отвел взгляд. Застыл, стиснул зубы. На щеках дракона заиграли желваки. Я улыбнулась и разжала пальцы. Втянула когти. Руку не убрала. Интересно, поймет ли он намек?
Как не странно, но он понял. Склонился ко мне. Выдохнул в лицо:
— Теперь можно?
Я опустила ресницы: теперь да. И позволила ему себя коснуться.
Алиэль
Я шел по коридору в сторону зала для гневотерапии, когда почувствовал, что кто-то крадется следом. Свернул за угол и резко вжался спиной в стену. Но никто так на меня и не выскочил. Решил украдкой выглянуть из-за угла и встретился с бесстыжим взглядом красный глаз. Неугомонный!
— Попался! — весело воскликнул Машмул, плотно прижимающийся лопатками к стене, как и я.
Я покачал головой, развернулся и пошел своей дорогой. Я был не в том настроении, чтобы адекватно реагировать на его шуточки.
— Эй! — догнал меня темный и пошел рядом, — Ты что, обиделся?
— Нет — пожал плечами. Обида тут точно была совершенно не причем. — На супруга не обижаются.
Я попытался выделить голосом слово 'супруг', но Машмул, судя по всему, так и не понял, зачем я это сделал. У него от удовольствия аж уши покраснели, но спросить, что именно я имею в виду, он не удосужился. А сам я, кажется, был еще не готов к тому разговору, который должен был состояться между нами в самое ближайшее время. Иначе завтра будет уже поздно.
— А ты вообще куда? — беззаботно поинтересовался темный, проведя пальцами по моему запястью и убрав от меня руку.
— На гневотерапию.
— С кем?
— Один.
— А смысл?
— Просто хотел побыть в одиночестве и излишки энергии скинуть.
— И откуда же у тебя столько излишков?