Страница 51 из 69
— Понятно. И какое же у вас дело? — осторожно спросила Прюденс.
— Фамильное.
— Ах вот как?
Друцилла расправила и без того прямые плечи:
— У меня была продолжительная беседа с сыном. Он рассказал мне, что является жертвой зловещего стечения обстоятельств.
Прюденс едва удержалась, чтобы не вскрикнуть. Она надеялась, что Джереми не станет посвящать свою мать в это щекотливое дело. Интуиция подсказывала ей, что Себастиану было бы легче проводить расследование, если бы Друцилла ничего не знала.
— И что же Джереми рассказал вам, мадам?
— Что кто-то, скорее всего Эйнджелстоун, ведет жестокую игру. Ваш муж утверждает, что нашел доказательства причастности моего сына к смерти двух человек. Это, конечно, сущая чепуха. Эйнджелстоун наверняка лжет.
Прюденс нахмурилась:
— Уверяю вас, Эйнджелстоун говорит правду.
— Не может этого быть. Мне совершенно ясно, что он придумал какой-то дьявольский план мести нашей семье.
— Эйнджелстоун не изобретал улик против вашего сына, — сказала Прюденс.
— Не возражайте, мадам. Я много размышляла над этим делом. Есть только одно объяснение происходящему. Эйнджелстоун собирается сделать моего сына козлом отпущения — вызвать скандал и погубить нашу семью. Я этого не допущу!
Добрые чувства, которые Прюденс до последнего момента питала к тетке Себастиана, испарились. На смену им пришло негодование.
— Уверяю вас, Эйнджелстоун не несет ответственности за ситуацию, в которой оказался Джереми. Наоборот, он сделал все возможное, чтобы доказательства вины вашего сына не попали в руки властей.
— Ха!
— Но это правда! — Прюденс со звоном поставила свою чашку на блюдце. — Разрешите сообщить вам, мадам, что, если бы Эйнджелстоун вел себя по-другому, Джереми был бы уже арестован.
— Мой сын не имеет никакого отношения к гибели этих людей. Он даже не был с ними знаком.
— Ему пришлось бы изрядно потрудиться, чтобы доказать это, мадам. Потому что при нынешнем положении вещей Джереми грозит опасность запутаться в очень липкой паутине.
— Сплетенной вашим мужем, — повысила голос Друцилла.
— Это ложь! Зачем моему мужу нужно, чтобы Джереми арестовали за убийство?
— Чтобы отомстить. — Друцилла горестно поджала губы. — Он нас всех ненавидит и прекрасно понимает, что произойдет с нашей семьей, если Джереми обвинят в убийстве и разразится скандал.
— Мне известно, что Эйнджелстоун не собирается мстить Флитвудам за то, что было в прошлом. На сей счет можете быть спокойны, мадам.
— Это вы так говорите! — Друцилла бросила на Прюденс презрительный взгляд. — Но вы не были знакомы с его семьей! Никогда не знали его отца! — В глазах ее мелькнуло что-то странное. — А я его знала довольно хорошо.
Прюденс замерла. Она вдруг увидела, как в глазах Друциллы мелькнула боль.
— Знали?
— Да. — Друцилла яростно взмахнула рукой, затянутой в элегантную перчатку. — У этого человека полностью отсутствовало уважение к семейным традициям, не было никакого чувства ответственности. Жестокий, бессердечный… А сынок весь в него.
Неожиданно для самой себя Прюденс была потрясена глубокой горечью, прозвучавшей в словах пожилой женщины. Было в них что-то большее, чем просто возмущение поведением отца Себастиана.
— Это огульное обвинение, миссис Флитвуд. Вы не могли настолько хорошо знать отца Эйнджелстоуна, чтобы такое утверждать.
— Одно время, — холодно продолжала Друцилла, — поговаривали о моей свадьбе с отцом Эйнджелстоуна. Из этого, конечно, ничего не получилось. Он сбежал с дешевой актриской, а я вышла замуж за его брата.
Прюденс стояла как громом пораженная.
— Так вы были помолвлены с отцом Эйнджелстоуна?! Друцилла сердито поджала губы:
— Мы никогда не были помолвлены. До этого дело не дошло. Как я уже сказала, ходили разговоры о свадьбе, и только. Обе наши семьи считали, что это был бы отличный союз, но, повторяю, Джонатан Флитвуд просто наплевал на мнение семьи. Он вбил себе в голову, что любит эту актриску. Он хотел ее получить, и все тут!
— Но он и в самом деле любил ее!
— Что за вздор! — негодующе воскликнула Друцилла. — Люди его круга не женятся по любви. Если ему понравилась обычная девчонка, это еще не повод для того, чтобы убегать с ней. Он мог бы соблюсти приличия и выполнить свой долг перед семьей, а любовницу держать на стороне. Никто тогда и слова бы не сказал.
— Даже вы? Друцилла вздрогнула:
— А вот это не ваше дело.
— Может быть, и нет, — согласилась Прюденс. Она начала видеть непримиримую вражду семьи Флитвудов в новом свете. — Но тем не менее я не позволю вам оскорблять родителей моего мужа только потому, что его отец решил жениться на его матери.
— Она была актриской, — яростно прошептала Друцилла, сделав ударение на последнем слове. — Он мог бы жениться на мне, а предпочел профессиональную куртизанку. Это было невыносимо. Он, вероятно, сделал это назло своей семье.
— Вы слишком далеко зашли, миссис Флитвуд. И если не придержите язык, я буду вынуждена просить вас удалиться.
Друцилла не успела ничего ответить — дверь библиотеки резко распахнулась.
Прюденс чуть не выронила из рук чашку. Она мгновенно обернулась и увидела Себастиана. Он ворвался в комнату, клокоча от едва сдерживаемого негодования. В эту минуту его вполне можно было принять за Люцифера после грехопадения.
— Черт побери, что здесь происходит?! — раздался убийственно резкий голос.
Прюденс, вскочив, изобразила на лице улыбку:
— Ваша тетушка была так добра, что зашла к нам с визитом.
Взгляд, которым Себастиан одарил Прюденс, был холоден как лед.
— Вот как? Какое счастье, что я рано вернулся домой. — Он кивнул Друцилле:
— Добрый день, мадам. Вам бы следовало сообщить запиской о том, что вы собираетесь нанести нам визит. — Улыбка его была под стать глазам, такая же холодная. — А то я мог бы вас и не застать.
— Я хотела побеседовать с вашей женой, Эйнджелстоун, — сказала Друцилла. — У меня не было особого желания встречаться с вами.
— Вы меня обижаете. — Себастиан подошел к столу, где стоял хрустальный графин с кларетом. — Вы полагали, что Денси легче унизить, когда меня нет рядом?
Прюденс возвела глаза к потолку и взмолилась, чтобы Всевышний даровал ей терпение.
— Эйнджелстоун, нет никакой необходимости грубить. Миссис Флитвуд обеспокоена затруднительным положением, в которое попал Джереми.
— Ага! Значит, он побежал прямиком к своей мамочке? Мне как раз не терпелось узнать, сделает ли он это. — Себастиан отхлебнул из бокала и улыбнулся своей знаменитой улыбкой Падшего Ангела. — Очень тронут этим явным доказательством мужской зрелости. В чем дело, тетушка? Боитесь того, что Джереми арестуют за убийство и вас перестанут принимать в лучших гостиных?
— Эйнджелстоун… — предостерегающе начала Прюденс, но Друцилла, которая смотрела на Себастиана такими глазами, будто он сам дьявол из преисподней, прервала ее.
— Не воображайте, что вы сможете развлекаться своими дьявольскими шутками с моим сыном, — заявила она. — Не знаю, чего вы добиваетесь, пугая Джереми тем, что его в любой момент могут арестовать, но я настаиваю, чтобы вы немедленно прекратили преследование.
Себастиан поболтал вино в бокале.
— А что заставляет вас думать, что я это делаю? Друцилла с яростью воззрилась на него.
— Но даже вы наверняка не допустите, чтобы невинного человека вздернули на виселице за убийство, — продолжала она, не слушая его.
Себастиан сдвинул брови:
— Я в этом не уверен. В конце концов, этот человек один из Флитвудов.
— Боже милостивый, сэр, — прошептала Друцилла. — Неужели у вас нет ни капли стыда?
Прюденс попыталась выправить положение:
— Миссис Флитвуд, уверяю вас, Себастиан вовсе не запугивает Джереми. Нет у него такой цели, чтобы вашего сына арестовали. — Она сердито сверкнула глазами на Себастиана:
— Не так ли, милорд?
Себастиан сделал глоток кларета: