Страница 72 из 78
— Вздор! Мой муж никогда не женился бы ради столь презренной цели. Его не интересует пропавшее сокровище.
Ему оно не нужно. Он достаточно богат. , — Неужели вы не понимаете? Чиллхерста интересуют только деньги. Он никогда не насытится ими, ему всегда будет мало.
— С чего вы взяли?
— Я провел в его доме целый месяц! — Джиффорд почти кричал. — Я многое узнал о нем, но главное, он ни к кому не испытывает ни теплоты, ни чувства привязанности. Его интересуют только деньги. Это не человек, а замороженная рыба.
— Чиллхерст не замороженная рыба, и вы меня очень обяжете, если перестанете оскорблять его. Уверяю вас, он женился на мне вовсе не для того, чтобы завладеть секретом дневника. Я буду вам крайне признательна, если вы прекратите повторять досужие слухи и сплетни.
— Но должна же быть какая-то причина! Ради чего же тогда ему жениться на женщине без состояния?
— Ни слова больше. Иначе вам придется горько пожалеть о сказанном.
Джиффорд схватил ее за руки и с мрачным участием заглянул ей в глаза.
— Леди Чиллхерст. — Он сделал паузу.
Его голос перешел на фальцет, он не мог сдержать эмоции:
— Моя дорогая леди Олимпия, если мне будет позволено называть вас так!
Вам предстоит нелегкая жизнь. Вы пешка в этой игре. Я почту за честь, если вы когда-нибудь решите обратиться ко мне за помощью. Я сделаю вес, что в моих силах, — Убери руки от моей жены! — Голос Джареда был холоден, как сталь Гардиана. — Или я убью тебя на месте. Ситон, вместо того чтобы перенести поединок в более подходящее место.
— Чиллхерст! — Джиффорд выпустил руки Олимпии, и та бросилась к Джареду:
— Джаред, ты все-таки пришел! Я так рада!
Джаред словно не слышал ее слов.
— Я предупреждал тебя, чтобы ты держался подальше от моей жены, Джиффорд, — очень мягко произнес он.
— Подлый ублюдок! — с отвращением выплюнул оскорбление Ситон. — Решил-таки приехать. Все с ума сходили от любопытства, соизволишь ли ты почтить нас лицезрением вашей милости. Неужели до тебя наконец дошло, что твое отсутствие унижает твою бедняжку жену?
— Ничего подобного! — возмутилась Олимпия. — Я нисколько не считаю себя униженной и оскорбленной.
Ее слова не были приняты во внимание. На лице Джареда появилось выражение крайней скуки, но в глазах его Олимпия разглядела опасный огонек.
— Я разберусь с тобой позже! — пригрозил Джаред Ситону, беря Олимпию за руку.
— Буду ждать с нетерпением! — Джиффорд склонил голову в насмешливом поклоне. — Но мы оба прекрасно знаем, что в вашей деловой книге вряд ли найдется для меня время. В прошлый раз, во всяком случае, у вас не было времени.
Олимпия видела, что терпение Джареда подходит к концу.
— Мистер Ситон, замолчите. Умоляю вас, ни слова больше. Моего мужа очень трудно разозлить по-настоящему, но вы делаете все, чтобы он вышел из себя.
Ситон презрительно скривился:
— На этот счет можете не беспокоиться, леди Чиллхерст.
Дуэли не будет. Ваш муж не считает, что его честь стоит такого риска, не правда ли, Чиллхерст?
— Олимпия впала в панику.
— Мистер Ситон, вы не ведаете, что творите!
— Нет, он прекрасно отдает себе отчет в том, что делает, — ответил Джаред. — Пойдем, дорогая, мне надоел этот разговор.
— Да-да, дорогой. — Олимпия обрадовалась, что не последовало вызова, и, подобрав свои изумрудные юбки, буквально бегом поспешила прочь.
Джаред удивленно смотрел на нее:
— Вы так торопитесь потанцевать со мной, мадам? Я польщен.
— Ох, Джаред, я испугалась, что ты позволишь Ситону втянуть себя в дурацкую дуэль, — дрожащими губами попыталась улыбнуться Олимпия. — Я так беспокоилась.
— У тебя нет повода для беспокойства, моя дорогая.
— Слава Богу. Я, наверное, никогда не перестану удивляться твоей способности сдерживать свои страсти. Я просто потрясена.
— Благодарю. Я очень стараюсь. Почти всегда.
Олимпия извиняющимся взглядом посмотрела на мужа:
— Я боялась, что тебя больно заденет та чушь, которую нес Ситон.
— Можно полюбопытствовать, чем вы занимались в саду?
— О Господи, я совсем забыла. — Олимпию вновь охватило возбуждение. — Мы пошли туда, потому что мистер Ситон хотел поговорить со мной наедине.
— Я так и подумал! — Джаред остановил ее перед входом в бальную залу. — То же самое пришло в голову и всем здесь присутствующим. Когда я сюда явился, все перешептывались.
— О Боже!
— Не соблаговолишь ли ты просветить меня, о чем шла речь? «
— Конечно, слушай! Джаред, ты не поверишь, я такое узнала! Джиффорд Ситон и Деметрия — прямые потомки Эдварда Йорка. У них недостающая часть карты.
— Матерь Божья! — Джаред ожидал услышать все, что угодно, но только не это. Он уставился на жену в немом изумлении. — Ты уверена?
— Совершенно! — Олимпия горделиво улыбнулась. — Я давно заподозрила это, как только узнала короткую историю его семьи и выяснила, что он тоже интересуется Вест-Индией. Потом я увидела его часы, и мотив рисунка показался мне знакомым.
— Какой мотив?
— Морская змея. — Олимпия не смогла сдержать своего триумфа. — Та самая, которая была на носу корабля на втором форзаце дневника Лайтберн. — Герб корабля Йорка?
— Совершенно верно. Сегодня я сказала ему о своих подозрениях, и он подтвердил, что Йорк его прадед, об этом мы и говорили.
— Черт возьми, кто бы мог подумать!
— Он и Деметрия — дети дочери Йорка, поэтому у них другое имя.
Джаред погрузился в раздумья:
— Значит, все это время за дневником действительно шла охота.
— Да. — Олимпия взяла его руку в свою. — Джаред, не обижайся, я не хочу делать тебе больно, но ты должен знать, что Деметрия подстроила вашу встречу три года назад для того, чтобы ее брат мог беспрепятственно заняться поисками пропавшей половины карты.
— Она уговорила Хартвелла, чтобы он нас познакомил, только для того, чтобы этот придурок разыскал карту? — В голосе Джареда звучало нескрываемое отвращение.
— Я уверена, что Хартвелл ничего не знал о ее истинных намерениях, — торопливо сказала Олимпия.
— Наверняка он все знал и рассчитывал воспользоваться этим знанием в будущем. А может, он был просто пленен ее красотой, как и все. Но теперь это уже не имеет никакого значения.
— Совершенно верно, — поспешила согласиться Олимпия. Ей вовсе не хотелось, чтобы Джаред слишком долго размышлял о красоте Деметрии. Все уже в прошлом.
Джаред окинул ее восхищенным взором:
— Жаль, что я не смог сопровождать тебя сегодня, любимая.
Олимпия мгновенно растаяла в свете восхищенных лучей, струящихся из его глаза.
— Не надо извиняться, Джаред. Я знаю, ты получил срочное послание. Мне Грейвз сказал.
— В послании говорилось, что Хартвелл никуда не уезжал из Лондона.
Олимпия задохнулась от неожиданности:
— И ты отправился на его поиски?
— Да. Я пошел к его дому, потому что мне сообщили, что он может там объявиться. Но Хартвелла не было в доме, и вообще я не обнаружил каких-либо следов его пребывания. Короче говоря, я пришел к выводу, что сведения оказались ошибочными.
— Слава Богу, — с облегчением вздохнула Олимпия. — Вот и хорошо. Надеюсь, этот подлец навсегда покинул Англию.
— Я тоже, дорогая. — Джаред взял ее за руку и повел к стеклянным дверям. — Но поскольку мы с тобой на балу, может быть, ты согласна танцевать со мной вальс, любимая?
Олимпия грустно вздохнула:
— Я бы хотела… Джаред, мне ужасно жаль, но я не умею танцевать.
— Не беспокойся, дорогая, я умею.
— Ты?
— Три года я посвятил этому занятию, когда понял, что мне предстоит ухаживать за будущей женой. До сих пор мне не представилось случая проверить полученные навыки, но я надеюсь, что еще не забыл уроки танцев окончательно.
— Вот как! —» Он учился танцевать, чтобы ухаживать за Деметрией «, — уныло подумала Олимпия. — Как бы я хотела потанцевать с тобой. Вальс — это так прекрасно!
— Сейчас мы вместе посмотрим, действительно ли это так прекрасно, как ты говоришь. — Джаред провел ее сквозь толпу любопытных зрителей.