Страница 70 из 78
— Он сам выбирал их?
— Я хотел сказать, — Тадеуш медленно подбирал слова, — что купил — это образное выражение. На самом деле он не выбирал их лично, но выделил деньги на их приобретение.
— Ах вот как! — разочарованно протянула Олимпия, сразу потеряв к подарку всякий интерес.
— Но это же почти то же самое, как если бы он купил их сам, — настаивал Тадеуш. — Я очень люблю своего племянника, но он понятия не имеет о том, что сейчас носят.
— Это верно, — мрачно согласился Магнус. — Ни малейшего представления о моде. Зато он единственный в роду, не считая самого Капитана Джека, кто умеет делать деньги.
Тадеуш бодро кивнул:
— Чего таить, ни я, ни бестолковый Магнус, ни любой другой из нас ничего не можем, как только тратить Деньги, заработанные Чиллхерстом.
Олимпия с жаром заявила:
— В таком случае, мне кажется, вам следует относиться к Чиллхерсту с большим уважением.
— Да мы же все его очень любим! — заверил Тадеуш. — Можете не сомневаться. Но согласитесь, что он сделан из другого теста, чем мы.
]]]
Роберт, Хью и Итон застыли, словно пораженные молнией, когда увидели Олимпию, спускающуюся по лестнице.
— Какая вы красавица, тетя Олимпия! — восхищенно прошептал Хью.
— Вы самая красивая женщина в мире, — авторитетно добавил Итон.
— Как сказочная принцесса, — заявил Роберт.
Их неподдельный восторг тронул Олимпию. И не позволил ей окончательно пасть духом, когда выяснилось, что Джареда нет дома и что он не будет свидетелем ее чудесного превращения.
Она не могла скрыть разочарования, ведь она так надеялась произвести впечатление на своего мужа своим новым нарядом.
— А, вот и Парквилль, — заметил Магнус. — Конечно, он захочет, чтобы его представили, потом пригласит на танец, впрочем, как и все остальные. — Он посмотрел на Олимпию:
— Вы уверены, что не хотите танцевать, детка?
— Я же говорила вам, что не умею танцевать, — ответила Олимпия. Тетушки Ида и Софи, занимаясь образованием Олимпии, не считали танцы обязательным предметом. Они предпочитали греческий, латынь и географию.
— Надо разрешить это маленькое недоразумение, — прошептал Тадеуш, заметив, что к ним направился немолодой джентльмен с бакенбардами. — Завтра же я приглашу учителя танцев.
— А я тем временем разберусь со стариной Парквиллем, — одними губами произнес Магнус. — Он известный ловелас. — Магнус наклонил голову, приветствуя подошедшего.
— Добрый вечер, Парквилль, — прогудел Магнус — Сто лет вас не видел. Как поживает ваша очаровательная супруга?
— Прекрасно, спасибо. — Парквилль слащаво улыбнулся Олимпии. — Флеймкрест, вас можно поздравить с долгожданной невесткой. Ваш сын долго прятал ее от нас. Теперь, увидев ее, я понимаю, почему он так поступал. Вы представите меня?
— Разумеется. — С кислой миной Магнус представил их друг другу.
Лорд Парквилль взял руку Олимпии, затянутую в перчатку, и задержал в своей:
— Чаровница! Позвольте пригласить вас на танец.
Олимпия смятенно улыбнулась, тщетно пытаясь высвободиться.
— Благодарю вас, сэр, я не танцую.
На лице Парквилля появилось выражение обиды и разочарования.
— Может быть, позже?
— Вряд ли, — с ноткой удовлетворения произнес Магнус. — Моя невестка очень придирчива в выборе партнеров.
Парквилль разинул рот.
— Это ваше последнее слово?
— Разумеется, — снисходительно ответил Магнус. — Как вы могли заметить, она еще ни разу не танцевала.
— Я заметил, — упавшим голосом сказал Парквилль. — И все остальные. — Он восхищенно улыбнулся Олимпии. — Мы все с нетерпением ждем, на какого счастливца падет ее выбор.
— Сэр, я же сказала… — не выдержала Олимпия.
— Леди Чиллхерст! — Проталкиваясь сквозь толпу, показался лорд Олдридж. — Рад вас видеть.
На лице Магнуса появилось угрожающее выражение.
— Дорогая моя, ты знаешь этого человека?
— Да. — Она улыбнулась Олдриджу. — Рада нашей встрече. Ваша жена с вами?
— Да, она здесь. — Олдридж с надеждой улыбнулся. — Может быть, мне повезет и вы примете мое приглашение на вальс? Вы окажете мне большую честь, если свой первый танец отдадите мне.
— Благодарю вас, — начала Олимпия, — но дело в том…
— Олимпия, о простите, леди Чиллхерст! — Из толпы неожиданно возник Джиффорд Ситон и пробрался к Олимпии. — Я слышал, что вы будете сегодня. Все только об этом и говорят. — Он смотрел на нее с изумлением и нескрываемым восхищением. — Мадам, вы ослепительны!
Магнус сурово сдвинул брови:
— Вы молодой Ситон, да? Я видел вас на помолвке вашей сестры с моим сыном.
— Ого, да я тоже его помню, — ощетинился Тадеуш. — Но боюсь, Джаред не представил бы вас леди Чиллхерст, и мы тоже не собираемся делать этого. Отойдите, Ситон.
Джиффорд с раздражением посмотрел на Тадеуша.
— Мы знакомы. У нас с леди Чиллхерст общие интересы. — Он обернулся к Олимпии:
— Не правда ли, мадам?
— Совершенно верно. — Олимпия чувствовала, что воздух так напряжен, что его, казалось, можно пощупать. — Прошу вас, джентльмены, не ставьте в неловкое положение ни меня, ни вашего сына. Не устраивайте сцен.
Магнус и Тадеуш ответили ей недовольными взглядами.
— Как скажете, — пробурчал Магнус. — Меня удивляет, что Чиллхерст познакомил вас, прошу простить мою резкость.
— Чиллхерст не имеет к этому никакого отношения. — Джиффорд саркастически посмотрел на обоих мужчин:
— Я же сказал вам, что у нас с леди Чиллхерст общие интересы.
Мы оба состоим в Обществе путешествий и исследований.
Магнус скорчил гримасу, тогда как Тадеуш продолжал хмуриться.
Олимпия сурово оглядела свою новообретенную родню.
— Довольно. Мистер Ситон имеет такое же право, как и все, находиться здесь и беседовать со мной.
— Благодарю вас, мадам. К тому же я, как все, имею право пригласить вас сегодня на танец. — Джиффорд улыбнулся.
В ответной улыбке Олимпии сквозило сочувствие.
— Разумеется. Но к сожалению, должна отказать вам. — Она замолчала, так как ее взгляд упал на изысканный узор на крышке часов Джиффорда. — Не могли бы вы уделить мне пару минут, я хочу поговорить с вами.
Джиффорд усмехнулся, в его усмешке мелькнул триумф.
— С удовольствием, мадам, всегда к вашим услугам. Позвольте мне проводить вас к буфету.
Олимпия взяла протянутую Джиффордом руку. От нее не укрылось выражение сощурившихся глаз Магнуса. Тадеуш был мрачнее тучи. Она послала им успокаивающий взгляд. — Я сейчас вернусь, милорд, — обратилась она к графу. — Прошу извинить меня. Мне необходимо обсудить очень важный вопрос с мистером Ситоном.
— Так-так-так, — многозначительно бросил Парквилль вслед уходящей паре. — Интересное развитие событий, не правда ли?
Магнус и Тадеуш угрожающе обернулись на его голос.
Олимпия, не обращая внимания на предостерегающие возгласы и взгляды, увлекла за собой Ситона.
— Пойдемте, сэр, мне весьма важно поговорить с вами.
Я должна задать вам несколько вопросов.
— Можно полюбопытствовать о чем? — Джиффорд умело и ловко лавировал среди шикарно одетой публики.
— О ваших часах.
Лаконичный ответ совершенно сбил Джиффорда с толку.
— Какого черта вы интересуетесь моими часами?
— Я пока не могу вам точно ответить, но мне хотелось бы узнать, почему в качестве узора на часах вы выбрали морскую змею?
— Проклятие! — Джиффорд остановился у застекленной створчатой двери. Он напряженным испытующим взглядом смотрел на Олимпию. — Так вы все знаете?
— Думаю, да, — мягко ответила она. — Вы правнук капитана Эдварда Йорка.
Джиффорд непослушной рукой взъерошил аккуратно причесанные волосы.
— Тысяча чертей! Я предчувствовал, что вы догадаетесь. В вас есть нечто, заставившее меня понять, что вам удастся сложить кусочки единого целого и найти правильное решение.
— У вас нет причины беспокоиться, мистер Ситон. Разве мы не можем вместе разгадывать эту тайну? — Олимпия с любопытством посмотрела на него. — А почему вы скрываете свое происхождение?