Страница 23 из 98
О'Райан:Возрождения? Звучит немного странно. Может, вы объясните для тех, кто живет не в Сан-Франциско, профессор?
Фон Шаде:Через эти раны душа может выйти, чтобы продолжить свой путь и родиться вновь. Они в это верят. Кроме того, раны позволяют телу начать собственный путь. Обнажая спрятанную плоть, раны впускают в тело насекомых и животных, которые помогают вернуть этих людей в священную землю.
О'Райан:А глаза? Хейдлы вырвали у всех глаза. Как вы это объясните?
Фон Шаде:Глаза заменили камнями, чтобы дать им вечное зрение. Сердца вырвали, чтобы съесть. Сердца берутся у самых храбрых бойцов, чтобы их смелость смогла возродиться.
О'Райан:А бедная женщина?
Фон Шаде:Наверное, ее приняли за местное божество. Богиню плодородия. Скорее всего, они приняли посещение людьми «дома ужасов» за ритуал поклонения. Думаю, хейдлы попытались взять ее с собой. И убили, когда она отказалась.
О'Райан:А потом изувечили.
Фон Шаде:Я не видела на ней ни царапины.
О'Райан:Послушайте, они надругались над ней. Оскорбили ее плоть. И кто знает, что еще?
Фон Шаде:Они испытывали священный трепет перед ее телом. Пойди женщина с ними, хейдлы поклонялись бы ей.
О'Райан:Дайте мне запись.
На экране вновь появляется мертвая женщина.
Это называется поклонением? Они ее оскорбили. Превратили в чучело.
Фон Шаде:Они превратили ее в богиню. Посмотрите на нее: большие груди, большой живот, гигантские бедра и ягодицы. Антропологи называют ее состояние «стеатопигия». Даже в двадцатом веке африканские племена высоко ценили таких женщин. Нам всем знакомы артефакты каменного века. У женщины формы доисторической Венеры. Изобилие, плодовитость и питание — все в одном флаконе. Эта женщина занимала бы среди них высокое положение.
О'Райан:Речь идет об убийстве, похищении детей и изнасиловании.
Фон Шаде:С нашей точки зрения — да.
О'Райан:Значит, теперь у этих существ появилась перспектива?
Фон Шаде:Для них это вопрос выживания. Конкуренция за ресурсы, если хотите. Они не делают различий между нами и ними. На их взгляд, все мы являемся частью одного великого цикла.
Генерал:Ради всего святого, женщина, на чьей вы стороне?
Фон Шаде:Хейдлы не мыслят в категориях сторон, генерал. Вы должны это понять. Они не демоны, наказывающие нас за грехи. Хотя действительно считают нас ужасными грешниками, нечистыми.
Генерал:Получается, во всем виноваты мы?
Фон Шаде:Я этого не говорила. Просто хочу сказать, что хейдлы ненавидят нас не больше, чем хищник ненавидит свою добычу.
Генерал:Значит, вы признаете, что они животные?
Фон Шаде:Как и все мы.
Генерал:Вы понимаете, что я имею в виду.
Фон Шаде:Они совершили чудовищную жестокость. Но на протяжении многих столетий мы поступали точно так же. Фрагменты исторических записей, которые нам удалось перевести, описывают нас — людей, живущих на поверхности, — как дьяволов, зверей и варваров. По крайней мере, хейдлы не хотели нас уничтожить. Только выбраковывали скот, как назвал нас мистер О'Райан. Они никогда не пытались убить всех людей. Именно мы виновны в геноциде. Так называемая эпидемия — это массовое убийство, дело рук человека. Его спланировал американский агент, или агенты, или американская экспедиция.
Генерал:Вы прекрасно знаете, что это китайская пропаганда. Конгресс провел расследование. Отчет опубликован. Случилась природная катастрофа.
Фон Шаде:А вот это уже американская пропаганда. Американские колонисты были эвакуированы непосредственно перед началом эпидемии. Вирус доставлялся в капсулах с маркировкой армии США. Разумеется, никто не рассчитывал, что капсулы найдут. Однако время от времени на них натыкаются колонисты или шахтеры. У нас хранится несколько штук.
Генерал:Что это с вами, люди?
Фон Шаде:Люди?
Генерал:Нам известно, кто вы.
Фон Шаде:Незаконная прослушка — скользкое дело, генерал, если вы это имеете в виду.
Генерал:Слава богу, вас таких немного. Хотя меня удивляет, почему вы вообще существуете. Только благодаря Первой поправке к Конституции и доброй воле американского народа ваш институт еще не закрыли.
Фон Шаде:Сэр, я не… Просто не знаю, что сказать. Надеюсь, вы не призываете к насилию над теми, кто с вами не согласен. Всем нам нужно проявлять осторожность в выборе слов, особенно в такое время и на публике. Мы переживаем национальный кризис. Наступили опасные времена.
Генерал:Времена для патриотов, мадам, а не для тех, кто оправдывает врага.
Фон Шаде:Генерал…
О'Райан:Вы же мать, профессор фон Шаде, если я не ошибаюсь?
Фон Шаде:Была.
О'Райан:Была?
Фон Шаде:Она умерла.
О'Райан:Простите.
Фон Шаде:Прошло уже много лет. Вирус, принесенный из-под земли.
О'Райан:Разве это не ранит вас как мать? Что бы вы чувствовали, если бы в вашем доме вчера произошло нечто подобное?
Фон Шаде:Уверена — то же самое, что и вы.
О'Райан:Отчаяние? Неистовство? Готовность умереть?
Фон Шаде:Да.
О'Райан:Тем не менее вы защищаете этих зверей хейдлов.
Фон Шаде:Хейдлы нуждаются в нас — вот что я хотела сказать. И когда-нибудь мы будем нуждаться в них. Они были нашими Адамом и Евой, они вывели нас из дикости и привели к цивилизации. Главный враг теперь — страх. Но мир все же возможен.
О'Райан:А как насчет пропавших детей?
Фон Шаде:Не понимаю.
О'Райан:Это несложный вопрос. Дети. Что вы скажете о них?
Фон Шаде:Я сделаю все возможное, чтобы помочь вернуть их.
О'Райан:Говорите, все возможное?
Фон Шаде:Именно так.
О'Райан и генерал переглянулись. Словно знали какой-то секрет. Потом О'Райан, по-бульдожьи оскалившись — его фирменная улыбка, — повернулся к камере.
О'Райан:Спасибо, что уделили нам время, доктор фон Шаде. А теперь мой следующий гость…
ДОКУМЕНТЫ
Я знаю, что сегодня многие граждане испытывают страх, и призываю вас к спокойствию и рассудительности, даже перед лицом сохраняющейся угрозы. Я призываю подумать о себе, о своих детях.
Мы вернемся к обычной жизни, к повседневным делам, и это хорошо. Время и достоинство побеждают даже скорбь. Но наша решимость не исчезнет. Каждый из нас будет помнить, что произошло и с кем это произошло. Мы запомним момент, когда пришли ужасные известия, — где мы были и что мы делали в это время.
Некоторые говорят об эпохе страха. Я знаю, что впереди нас ждут трудности и опасности. Тем не менее эта страна будет определять эпоху, а не наоборот. Нам причинен огромный ущерб. Мы пережили громадную потерю. Но в скорби и гневе мы поняли свое предназначение. Идет война между свободой и страхом.
Наша страна, нынешнее поколение, избавит от мрачной угрозы насилия наш народ и наше будущее. Для достижения этой цели мы объединим весь мир — своими усилиями, своим мужеством. Мы не отступим, не будем колебаться — и победим.
Сегодня я призываю вас помолиться о тех, кто скорбит, о детях, чья жизнь была разрушена, обо всех, кто лишился покоя и не чувствует себя в безопасности. И я надеюсь, что их утешит тот, кто сильнее любого из нас, о чем уже много веков говорится в псалме 23: «Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной».
Благодарю вас. Спокойной ночи. Боже, храни Америку.
9
Авиабаза ВМС, остров Уидби, Вашингтон,