Страница 38 из 50
— Да, да, конечно. Но ведь с большинством покончено, — сказал Торнтон. — А это, так сказать, «чистка» захваченной территории.
— Будем надеяться, Энтони, — проговорил Говард, — будем надеяться. Однако с абсолютной точностью можно будет сказать только через несколько недель. Во-первых, мы должны...
— Думаю, нам пора ввести Лука в курс дела.
Пендер вскинул глаза на Майка Леманна, сказавшего это. В комнате повисла тишина, и крысолов перевел взгляд на Стивена Говарда, который явно чувствовал себя не в своей тарелке.
— Да, — в конце концов произнес он. — Пора. — Но сначала он все-таки взглянул на личного секретаря, а уже потом на Пендера. — Извини, я никогда не говорил с тобой об этом, но так было решено сразу после Нашествия — считать это совершенно секретным. Чем меньше людей знает, тем лучше.
Пендер подался вперед, уперевшись локтями в колени и не выпуская из рук рюмку. Он не сводил глаз с Говарда.
— Ты знаешь, что мы нашли, откуда взялись черные мутанты, когда эвакуировали людей и удачно поработали газом. Вначале они появились в старом брошенном доме начальника шлюза возле самого канала и доков в Восточном Лондоне. Ты помнишь, что зоолог Шиллер привез мутанта в Англию из зараженной радиацией зоны в Новой Гвинее. Он скрестил мутанта с обыкновенной черной крысой. Там, где он жил, их было полным-полно. В результате — страшно поверить — появилась гигантская черная крыса, гораздо более сильная и хитрая. Вот она-то и взяла власть над обыкновенными черными крысами и использовала их объединенные усилия.
Леманн потерял всякое терпение.
— Мы думали, что убили их всех, — сказал он. — Но нет. Знаете, мы не нашли их гнезда. Мы не знали о доме, где было логово мутанта.
— Его нашел некий Харрис, учитель. Он хорошо знал то место и много нам помогал. — Говард поставил рюмку на стол и развернулся, чтобы видеть лицо Пендера. — В подвале он наткнулся на настоящее чудовище. Судя по описанию, его даже нельзя назвать животным или зверем, а уж тем более грызуном.
— Минутку, — бесстрастно произнес Пендер. — Почему вы не рассказали об этом раньше? Кто-нибудь из поисковиков знает? На этот раз вмешался Торнтон.
— Ваша компания, мистер Пендер, действовала согласно строгим указаниям правительства. Мы не видели нужды сеять панику среди населения, едва оправившегося от Нашествия. Малейшая утечка информации... — И он развел руками, не договорив до конца.
— А что с этим... чудовищем? — нетерпеливо спросил Пендер. Говард недовольно вздохнул.
— Харрис его уничтожил. Разрубил на куски топором. Пендер чуть было не рассмеялся. Для Говарда и его коллег это наверняка было актом вандализма в отношении бесценного произведения природы.
Леманн почувствовал удивление крысолова.
— Мы могли бы многое узнать. Лук, разобравшись в его генетической системе, — сказал он совершенно серьезно.
— Но у вас были тысячи трупов для исследований.
— Не такие.
— Мы знаем, как это существо выглядит, из описания Харриса, — сказал Говард. — Да и в кабинете зоолога нашлись рисунки. Но соединить его по кусочкам было невозможно, он, как бы это поточнее выразиться, взорвался.
— Взорвался?
Пендер выпрямился.
— Да. Он был совсем не похож на крысу. Весь голый, жирный и с розовой кожей, натянутой так, что под ней видны были сосуды. Короче, огромная туша, едва держащаяся на ногах из-за собственной тяжести. А самое противное... — Он помедлил, собираясь с духом. — У него были две головы.
Пендер не поверил.
— Правда, правда. Лук, — тихо сказал Леманн. — Я сам видел рисунки и то, что от него осталось. Если верить Харрису, то этот мутант был слепой и слишком тучный, чтобы двигаться без посторонней помощи. Он был абсолютно беззащитен. Жаль, Харрис разнес его на куски.
— Я его не виню, — сказал Пендер. — Потому что сам сделал бы то же самое.
Леманн подошел к нему вплотную.
— Нет, вы не сделали бы. Вы знаете цену этому уроду. Мы бы исследовали его, определили, что стало причиной мутации...
— И вырастили бы собственного мутанта...
— Да, скорее всего. Таким образом у нас появился бы шанс контролировать их поведение в будущем. Если бы мы больше знали о них...
Говард поднял руку.
— Ладно, ладно, Майк. Думаю, Пендер все понял. — Постояв немного, он оперся на парту, глядя на крысолова сверху вниз. — Нам нужно знать наверняка, появились эти мутанты опять или нет. Чего не бывает.
— То есть вы считаете, что есть два вида мутантов? Говард кивнул.
— Именно так. Но в этом случае мы предпочли бы сохранить наши знания в тайне. Достаточно с людей гигантской черной крысы.
Только сейчас в голову Пендера начало закрадываться подозрение.
— Итак?.. — спросил он настороженно.
— Мы доверились вам, мистер Пендер, потому что вы с самого начала приняли участие в операции, — сказал Торнтон. — В самом Деле вы очень много сделали.
— А теперь, когда вы тоже знаете о втором мутанте, мы бы хотели попросить вас сделать кое-что еще, — договорил за Торнтона Говард.
У Пендера глаза полезли на лоб и похолодела спина, когда он услышал, чего от него хотят.
Он привез Дженни к себе в отель, где они поужинали в довольно-таки тягостном молчании. Пендер чувствовал себя слишком уставшим и больным, чтобы поддерживать светскую беседу. К тому же его мысли были заняты предстоявшим ему в ближайшие два-три дня делом. Дженни понимала его состояние и тоже не желала говорить банальности. Она выпила вино, провела пальцем по краю бокала.
— Лук, — сказала она наконец, — я не хочу сегодня возвращаться в Центр.
Он удивленно вскинул на нее глаза.
— Дженни, там абсолютно безопасно. Светло как днем, и везде солдаты. Совершенно нечего бояться.
— Да нет, я боюсь, это правда, но я знаю, что там безопасно. Мне не слишком-то хорошо спалось две последние ночи, когда я узнала, что в лесу крысы. Нет, лес уже никогда не станет для меня таким, как прежде.
— Дженни, все кончено. Их больше нет.
— Нет? Откуда мы можем это знать?
— Через пару недель узнаем точно. Осталось только прочесать лес, и можно вновь спокойно заниматься своей работой.
— Не знаю. Лес был для меня всегда таким чистым, в нем можно было спастись от чего угодно. А теперь все иначе. И прежней чистоты уже нет.
Он вздохнул.
— Мне жаль, что так получилось.
Она отвела глаза от бокала и посмотрела прямо в лицо Пендеру.
— Лук, я хочу сегодня остаться с вами, — сказала она. Дрожь пробежала по его телу, но он не чувствовал себя победителем, просто был глубоко тронут ее признанием.
— Дженни, я...
— Пожалуйста, Лук.
Он коснулся ее руки.
— Дженни, вам не надо говорить «пожалуйста». Это мне надо прыгать от радости, но...
— ...но вы не прыгаете. Я знаю. Лук. Я знаю, что вы чувствуете ко мне. — И она опять стала смотреть на бокал. — По крайней мере, мне кажется, что я знаю, — сказала она.
Он крепко сжал ей руку и улыбнулся.
— Дженни, в данный момент я сам не знаю, что творится с моими чувствами. Столько всего случилось, что мне надо немного привести в порядок нервы. Но в одном я уверен. Сегодня я ни за что вас не отпущу.
Она подняла глаза и тоже улыбнулась ему. Куда только подевалась его депрессия? Ему показалось, что он тонет в ее улыбке. Ее рука чуть подрагивала в его руке, свидетельствуя и о ее смятении.
— Дженни, а Вик Уиттейкер? — с трудом заставил он себя спросить.
Она сразу посерьезнела, только взгляд сохранил необычную ласковость.
— Между нами ничего не было. Пожалуйста, поверьте мне. Мы понимали друг друга, даже нравились друг другу, но это все. Если Вик испытывал что-то большее, то мне он об этом не говорил.
— А мы? Мы тоже понимаем друг друга?
— Ну, не совсем так. С нами дело другое. А что будет, кто знает?
— Ладно, — сказал он, — хватит заниматься самоанализом. Поживем — увидим.
Теперь она крепко ухватила его за руку.