Страница 7 из 34
— Зачем ты сюда явился?
Он лучезарно улыбнулся, обнажив ряд ослепительно белых зубов.
— Если гора не идет к Магомету…
Казалось, на какие-то доли секунды и ее дыхание, и сердце остановились. Она набрала в ле гкиепобольше воздуха испросила первое, что пришло ейна ум:
— Отец знал, что ты приедешь?
— Да, знал. Судя по всему, тебе он ничего не сообщил.
— Ты, наверное, попросил его об этом. — В ее зеленых глазах сверкнул недобрый огонек.
— Нам давно надо было поговорить, — произнес Дэн, ничего не ответив на брошенное ему обвинение.
Чувствуя себя так, словно на шее у нее затягивается шелковая петля, Одри проговорила:
— Нам не о чем с тобой говорить, Дэниел. Через месяц я выхожу замуж.
Она произнесла эти слова так, словно в них была какая-то магическая сила, способная спасти ее от надвигавшейся опасности.
— Неужели? — издевательски протянул Дэн.
— Да, именно так. — Одри старалась, чтобы голосее звучал спокойно и уверенно, но в душе в этот момент царил полный хаос. Чтобы при датьсвоим словам дополнительную весомость, ужепоняв, что отец и Дэн регулярно обща лись,она добавила: — Отец наверняка сообщил тебеоб этом, не так ли? — Она была уверена, чтодело обстояло именно так, вот почему Дэн здесь.
— Да, сообщил, — криво ухмыльнувшись, подтвердил Дэн. — Хотя я не уверен, что он в восторге от предстоящего события.
Вот это было сущей правдой, возразить было абсолютно нечего. Сердитая на обоих — и на отца, и на Дэна, Одри резко парировала:
— То, как отец относится к моему предстоящему замужеству, к тебе никакого отношения не имеет.
— Ну, не знаю… Как-никак мы родственники. Так сказать, целующиеся кузены. — Оставив эту реплику без внимания, Одри наклонилась, чтобы погладить Блэкки, который терся о ноги Дэна, непрерывно урча, как трактор. — Хотя, впрочем, если не считать сегодняшнего поцелуя, со дня последнего прошел год.
— Сейчас я тебя не целовала! — выпалила Одри.
— Странно, а мне показалось, что ты отвечала мне взаимностью, — выпрямившись во весь свой рост и глядя на девушку сверху вниз, парировал Дэн.
— Просто я подумала, что это Ивлин.
— Что ж, если он способен сподвигнуть тебя на такой страстный поцелуй, возможно, твой отец и ошибается — он вовсе не пуританин.
Хотя Одри отчетливо сознавала, что Дэниел ее провоцирует, она все же не удержалась:
— Да, он вовсе не пуританин, но… И вообще я предпочитаю романтические отношения.
— Чему ты их предпочитаешь? Страсти? — заполнил Дэн неожиданно возникшую паузу. Он усмехнулся. — Бесспорно, романтические отношения гораздо менее опасны, нежели отношения страстные. Прогулки под луной, робкие поцелуи — все это не требует особой глубины чувств. Все происходит спокойно, по плану, а главное — ничем непредвиденным не грозит.
Хорошо ему рассуждать о спокойствии, безопасности, глубине чувств. Она в отчаянии отступила.
— Да, мне хочется, чтобы все было именно так, как ты говоришь.
— А почему?
А потому, что страсть уже однажды чуть было не сгубила ее, и у нее не было никакого желания, чтобы это повторилось. Но Одри ничего не ответила Дэну, продолжая стоять, уставившись невидящим взором на великолепную клумбу желтых георгинов. И тогда он встряхнул ее за плечи и развернул к себе:
— Почему? Одри, ну почему ты хочешь, чтобы все было тихо, спокойно, безопасно? По-моему, такие отношения не лучший фундамент для брака. Это все равно, что пускать океанский лайнер в плавание по пруду вместо того, чтобы сразу спустить его на море.
Она попыталась освободиться от его рук и почувствовала явное облегчение, когда он наконец ее отпустил.
— Некоторых людей укачивает на воде.
— Например, Ивлина.
— Наши отношения устраивают нас обоих.
— Понятно. Короче говоря, это будет платонический брак.
— Он вовсе не будет платоническим! — защищаясь, выкрикнула Одри. — Он просто не будет…
— Каким? Страстным?
Она запнулась, подыскивая подходящее слово.
— Штормовым. Ни мне, ни Ивлину не нужны бьющие через край эмоции. — Тут же поняв, как нелепо прозвучали ее слова, Одри покраснела и понурилась, волосы упали ей на лоб, челка наполовину скрыла лицо. Дэниел расхохотался.
— Пожалуй, твой отец был прав. Настоящий мужчина не может стремиться к таким прохладным отношениям в браке.
— Отец не прав. Первый раз в жизни он отнесся к человеку предвзято…
— Не стоит оправдываться, — мягко посоветовал Дэн. — Кажется, сейчас у меня будет возможность составить свое собственное мнение.
По дорожке к ним направлялся Ивлин.
Несмотря на теплый субботний день, на нем был строгий темный костюм и галстук. В этом «футляре» он представлял разительный контраст с Дэниелом, который был одет в легкие хлопковые брюки и полосатую футболку. Однако Одри не без удовольствия отметила, что Ивлин был явно красивее.
Желая доказать Дэну свою расположенность к жениху, она громко воскликнула: «Дорогой!» — и порывисто обхватив Ивлина за шею, прижалась своими губами к его губам. Ивлин не осадил ее, однако вид у него был такой обескураженный, что Дэн вынужден был отвернуться, чтобы спрятать невольную улыбку. Одри метнула в его сторону недовольный взгляд.
— Меня зовут Дэниел Сеймур, — представился он, протягивая Ивлину руку.
— Очень приятно. А я Ивлин Кросби.
Ладонь Ивлина оказалась чуть влажной, но рукопожатие — крепким; в светлых глазах затаилось явное любопытство.
Одри подняла с земли свой свитерок, встряхнула его и, взяв жениха под руку, предложила пройти в дом. Это приглашение, бесспорно, относилось и к Дэну, поэтому он пошел рядом, своей близостью вновь приведя ее в смущение.
Переводя взгляд со стройной темноволосой Одри на белокурого атлетически сложенного Дэниела, Ивлин вдруг спросил:
— Что-то я не вижу фамильного сходства. А ведь вы, кажется, двоюродные брат и сестра?
— Да, но мы не кровные родственники, — коротко ответил Дэн.
— Но фамилия у вас одна?
— Моя мать овдовела, когда мне еще не было года, а вскоре она вышла замуж за Теодора Сеймура, который усыновил меня.
— Понятно, — кивнул Ивлин и с оттенком снисходительности в голосе поинтересовался: — А чем вы занимаетесь, мистер Сеймур?
— Можно называть меня просто Дэном.
— Хорошо, Дэн, чем вы занимаетесь, если не секрет?
— Я нахожу маленькие фирмы, находящиеся на краю банкротства, объединяю их и создаю большие, процветающие компании, — с легкой ухмылкойответил Дэниел.
— Это должно быть весьма увлекательно. — Ивлин в некотором замешательстве принялся протирать свои очки.
— Безусловно.
Непонятно почему, но Одри вдруг пробрала дрожь.
Блэкки, при появлении Ивлина куда-то исчезающий, сейчас вдруг, к удивлению хозяйки, появился из-за клумбы великолепных фиолетовых маргариток и потерся о ногу Дэна.
— Кажется, кот с вами отлично знаком, — стараясь скрыть свое удивление, проговорил Ивлин, но Дэн промолчал.
Ивлин решил продолжить свои расспросы:
— Я полагаю, Дэн, что вы живете… э-э-э… в другом полушарии?
— Я живу в Штатах. В Филадельфии.
— A-а, понятно. Я заметил это по вашему произношению. Хотя, правда, сами американцы считают филадельфийский выговор каким-то особо изысканным.
Дэн оставил без внимания эту колкость.
Молодые люди вышли из сада и направились по склону, поросшему мягкой зеленой травой, к дому из бордового кирпича, выложенного елочкой.
— Так, значит, вы знакомы с детства? — продолжил разговор Ивлин, пригладив свои и без того безукоризненно уложенные волосы.
Дэниел отрицательно помотал головой.
— Нет, мы не были знакомы до… Когда мы познакомились, Одри?
Девушка нехотя выдавила из себя:
— Я точно не помню.
— Уверен, что помнишь, — перехватив ее колючий взгляд, возразил Дэн, явно забавляясь ситуацией.
— Ну… около года назад, — нарочито небрежным тоном ответила Одри.