Страница 145 из 156
Вместе с тем в византийской культуре все больше проявляется стремление приспособить достижения эмпирической науки к религиозным представлениям.
Богословие и философия
С победой христианства видное место в системе тогдашних знаний заняло богословие. В ранний период усилия византийских богословов были направлены на выработку системы ортодоксального вероучения и на борьбу с ересями ариан, монофизитов, манихеев, а также с последними приверженцами язычества. Василий Кесарийский и Григорий Богослов (IV в.), Иоанн Златоуст (IV—V вв.) в своих многочисленных трактатах, проповедях, письмах стремились систематизировать православное богословие.
В отличие от Западной Европы в Византии никогда не прекращалась античная философская традиция, хотя она и подчинялась церковной догме. Византийская философия в противовес западноевропейской схоластике строилась на изучении и комментировании античных философских учений всех школ и направлений, а не только одного Аристотеля. В XI в. в византийской философии возрождается идеалистическая система Платона, которая, однако, используется некоторыми философами для обоснования права на критическое отношение к церковным авторитетам. Наиболее выдающимся представителем этого направления был Михаил Пселл (XI в.) — философ, историк, юрист и филолог. Его «Логика» получила известность не только в Византии, но и на Западе. В XII в. заметно усиливаются материалистические тенденции и возрождается интерес к материалистической философии Демокрита и Эпикура. Богословы этого времени резко критикуют последователей Эпикура, полагавших, что не бог, а рок управляет Вселенной и человеческой жизнью.
Борьба реакционно-мистического и рационалистического направлений особенно обострилась в последние века существования Византийской империи. Мистическое течение — так называемый «исихазм» — возглавил Георгий Палама (ок. 1297—1360). Основой учения Паламы была идея полного слияния человека с божеством во время молитвы посредством мистического озарения. Против него активно выступал калабрийский ученый-гуманист Варлаам (ум. 1348), защищавший, хотя и непоследовательно, тезис о примате разума над верой. Церковь поддерживала Паламу и преследовала сторонников Варлаама.
В XIV—XV вв. в Византии все большее распространение получает новое направление в философии и науке, социально и идейно родственное западноевропейскому гуманизму. Наиболее яркие его выразители — Мануил Хрисолор, Георгий Гемист Шифон и Виссарион Никейский — ученые, философы и политические деятели XV в. Интерес к духовной жизни человека, проповедь индивидуализма, преклонение перед античной культурой — характерные черты мировоззрения этих ученых. Они были тесно связаны с западноевропейскими гуманистами и оказали на них большое влияние.
Исторические сочинения
В Византии, как ни в одной другой стране средневекового мира, были особенно устойчивы традиции античной историографии. Труды многих византийских историков по характеру изложения материала, по композиции, по обилию античных реминисценций и мифологических образов, по светскому направлению и слабому влиянию христианства, наконец, по языку генетически восходят к классикам греческой историографии — Геродоту, Фукидиду, Полибию.
Довольно богата византийская историография VI — начала VII в., оставившая нам труды Прокопия Кесарийского, Агафия Ми-ринейского, Менандра, Феофилакта Симокатты. Наиболее выдающийся из них — Прокопий Кесарийский, современник Юстиниана, историк и политический деятель — в своем сочинении «История войн Юстиниана с персами, вандалами и готами» нарисовал яркое полотно современной ему жизни. В этом официальном труде и, особенно в «Трактате о постройках», Прокопий восхваляет Юстиниана. Но свои истинные взгляды, отражающие ненависть оппозиционных слоев сенаторской аристократии к «выскочке» Юстиниану, историк, опасаясь за свою жизнь, высказывает лишь в мемуарах, написанных в глубокой тайне и поэтому получивших название «Тайная история».
В X в. при императоре Константине Багрянородном делаются попытки приспособить культурное наследие античности к интересам формирующегося класса феодалов. С этой целью был составлен ряд сборников исторического и энциклопедического характера. Самому Константину принадлежат сочинения «Об управлении государством», «О фемах», «О церемониях византийского двора», содержащие ценные, хотя и тенденциозно подобранные данные о жизни той эпохи и ряд важных историко-географических сведений, в частности о русских землях.
XI—XII века — время расцвета византийской историографии: появляется плеяда выдающихся историков — уже упоминавшийся Михаил Пселл, Анна Комнина, Никита Хониат и др. Видное место в историографии этой эпохи занимает талантливое, хотя и глубоко тенденциозное сочинение Анны Комниной «Алексиада» — панегирик в честь ее отца, императора Алексея I Комнина. В этом труде, повествующем о событиях, пережитых самой Анной Комниной, особенно выделяется картина Первого крестового похода, войн Алексея I Комнина с норманнами и подавление им восстания павликиан. Другой талантливый историк — Никита Хониат в своей «Истории ромеев» с большой реалистической силой описал трагические события Четвертого крестового похода.
Другие течения византийской историографии испытали на себе сильное влияние церковно-богословской догматики. Это характерно для многих византийских хронистов, в массе — простых монахов, лишенных критического отношения к источникам и собиравших воедино груду самых разнообразных, порой легендарных, событий и фактов, авторов компилятивных летописей от «сотворения мира» до их дней. Вместе с тем некоторые из них, близко соприкасаясь с жизнью трудового народа, впитывали его помыслы и чаяния, воспринимали народный язык и поэтому нередко ярче и подробнее, чем историки, описывали важнейшие события из жизни народа. Наиболее выдающимися из них были Иоанн Малала (VI в.) и Георгий Амартол (VIII—IX вв.). Сочинения хронистов пользовались большой популярностью и часто переводились на языки соседних народов.
Византийская литература
В византийской литературе также можно наметить два основных направления: одно основы валось на античном культурном наследии, второе отражало проникновение церковного мировоззрения. Между эти ми направлениями шла ожесточенная борьба, и хотя христианское миросозерцание возобладало, однако в византийской литературе никогда не исчезали и античные традиции. В IV—VI вв. были широко распространены античные жанры: речи, письма, эпиграммы, любовная лирика, эротическая повесть. С конца VI — начала VII в. зарождаются новые литературные формы — например, церковная поэзия (гимнография), виднейшим представителем которой был Роман Сладкопевец. Для гимнографии характерны отвлеченный спиритуализм и в то же время использование народной мелодики и ритмики народного языка. Большую популярность в VII—IX вв. получает жанр назидательного чтения религиозного характера для широких масс, так называемые жития святых (агиография). В них причудливо переплетались легендарные рассказы религиозного характера о чудесах и мученичествах святых с реальными событиями и живыми бытовыми деталями жизни народа.
Со второй половины IX в. и особенно в X в. начинается активное собирание византийскими писателями и учеными работ античных авторов. Патриарх Фотий, Константин Багрянородный и другие внесли значительный вклад в дело сохранения памятников эллинистической культуры. Фотием был составлен сборник отзывов о 280 произведениях античных авторов с обстоятельными выписками из них, получивший название «Мириобиблион» («Описание множества книг»). Многие утраченные уже сочинения античных писателей дошли до нас только в выписках Фотия. В придворных кругах получили широкое распространение прозаические и стихотворные куртуазные романы, как правило, на темы античной истории и мифологии.