Страница 84 из 114
Несколько лет спустя французское правительство организовало научную экспедицию для исследования берегов Австралии под начальством Бодена. Хотя плавание капитана Никола Бодена дало исключительно богатый материал, до настоящего времени словно какой-то злой рок преследует эту экспедицию, и авторы биографических словарей и книг о путешествиях как будто сговорились о ней почти не упоминать.
С того времени, как Тасман побывал на северном берегу Австралии, в изучении этого огромного таинственного материка был достигнут большой прогресс. Кук заснял весь восточный берег, открыл пролив Эндевор и настойчиво обращал внимание своего правительства на те выгоды, какие может дать организация колонии в Ботани-Бей. В 1788 году английский капитан Филипп, доставив партию ссыльных, положил начало Порт- Джексону и британскому владычеству над пятой частью света.
В 1795 и 1796 годах английские мореплаватели мичман Мэтью Флиндерс и врач Джордж Басс на небольшом корабле «Том-Пус» исследовали на протяжении двадцати миль реку Джорджес и произвели тщательную съемку значительной части морского побережья.
В 1797 году Басс сообщил о существовании обширной гавани, названной им, по ее местонахождению, Уэстерн-Порт (Западный порт).
«Так как запасы продовольствия у него вышли, – рассказывает в своей «Истории путешествий» Дезборо Кули, – ему пришлось, несмотря на сильное желание произвести точную и подробную съемку открытой им бухты, вернуться назад. Он захватил продовольствия всего на шесть недель, но благодаря изобилию рыбы и морских птиц ему удалось провести в плавании на пять недель больше, хотя он и взял к себе на корабль двух встреченных им ссыльных. Этот переход в шестьсот миль на беспалубном барке является одним из самых замечательных во всей истории мореплавания. Он был совершен не в силу крайней необходимости, а в результате принятого решения исследовать неведомые и опасные берега».
В 1798 году Басс, сопровождаемый Флиндерсом, открыл пролив, носящий теперь его имя и отделяющий Тасманию от Австралии; на шхуне «Норфолк» водоизмещением в 25 тонн он проделал плавание вокруг Тасмании. Сведения, доставленные смелыми исследователями, о реках и бухтах этой страны имели очень важное значение для ее последующей колонизации. В Порт-Джексоне Бассу и Флиндерсу устроили восторженную встречу.
По возвращении в Англию Флиндерс получил, вместе с чином лейтенанта, назначение командиром корабля «Инвестигейтор» («Исследователь»), специально снаряженного для исследования берегов Австралии. Южное и северо-западное побережье, залив Карпентария и Торресов пролив – таковы должны были быть основные этапы, намеченные для предстоящей гидрографической кампании.
Отчеты Кука и д'Антркасто пробудили в широких кругах Франции значительный интерес к Австралии. Этот загадочный материк с очень своеобразным животным миром, местами покрытый лесами гигантских эвкалиптов, а местами представлявший собой пустыню, поросшую лишь жалкими колючками, еще долгое время скрывал свои тайны от любопытных взоров европейцев и ставил перед исследователями почти непреодолимые преграды.
Французская Академия наук стала выразительницей общественного мнения, обратившись к правительству с просьбой организовать экспедицию для изучения южных земель. По ее предложению, к участию в путешествии были привлечены двадцать четыре ученых.
Никогда еще научная часть экспедиции не организовывалась с таким широким размахом, никогда не принималось таких серьезных мер для обеспечения ее успеха. Астрономы, географы, геологи, ботаники, зоологи, художники, садовники – всех их имелось по двое, по трое и даже по пяти человек.
«Намеченный план действий, – говорится в отчете, – должен был, по-видимому, обеспечить экспедиции успех, на который давали основания надеяться ее состав и поставленные перед нею задачи. При разработке плана учли все сведения, полученные до настоящего времени другими мореплавателями, побывавшими в краях, которые нам надлежало исследовать, и все, что теория и здравый смысл могли из них вывести или к ним добавить. Влияния неустойчивых ветров, муссонов, течений были рассчитаны с такой точностью, что с помощью этих ценных указаний нам впоследствии не раз удавалось избежать препятствий, встретившихся на нашем пути».
Экспедиция должна была на двух кораблях выйти из города Гавра.
После оснащения на острове Маврикий третьего корабля с небольшой осадкой мореплавателям предстояло исследовать все побережье Тасмании, проливы Д'Антркасто, Бассов и Банкса, затем, определив местоположение островов Хантер и Сент-Франсис, посетить расположенный к северу от них берег материка Австралии и отыскать там пролив, который, как в то время думали, вел в залив Карпентария и делил Австралию на две части.
По окончании первого этапа кампании исследователи должны были идти к западу вдоль южного побережья Австралии, изучить мысы Луин, Эделс и Эндрахт, подняться возможно дальше вверх по течению реки Эйвон, составить карту острова Ротнест и прилегающего берега, завершить съемку залива Шарк, определить ряд точек на земле Уитт и, покинув побережье Австралии у Северо-Западного мыса, направиться на заслуженный отдых к Молуккским островам, на Тимор.
После отдыха команды от перенесенных трудов экспедиция должна была совершить плавание вдоль берега Новой Гвинеи, установить, не разделена ли она какими-либо проливами на несколько островов, затем пройти в глубь залива Карпентария, исследовать часть полуострова Арнхемленд и, наконец, направиться к острову Маврикий, чтобы оттуда вернуться в Европу.
Это была величественная программа, начертанная несомненно той же рукой, что написала инструкции Лаперузу и д?Антркасто. Экспедиция, если бы оно была успешно проведена, обещала дать богатые результаты.
В Гавре снарядили тридцатипушечный корвет «Географ» и большое грузовое судно «Натуралист». Было сделано все, чтобы в изобилии снабдить экспедицию всем необходимым: физическими и астрономическими приборами, изготовленными наиболее искусными мастерами, библиотеками для каждого корабля, включавшими наилучшие труды, самыми широкими полномочиями, подписанными всеми правительствами Европы, неограниченными кредитами, которые могли быть использованы в любом азиатском и африканском порту. Одним словом, приняли все меры для обеспечения успеха задуманной грандиозной кампании.
19 октября 1800 года под приветственные клики огромной толпы оба корабля покинули Гавр. На некоторое время мореплаватели задержались в бухте Санта-Крус на Тенерифе, а затем сделали остановку лишь на острове Маврикий, где 25 апреля 1801 года оставили несколько офицеров, тяжело заболевших и оказавшихся не в состоянии продолжать плавание.
Начало было не обнадеживающим. Недовольство матросов еще усилилось, когда им сообщили, что впредь они будут получать всего полфунта свежего хлеба в неделю, а порцию вина заменят тремя шестнадцатыми бутылки плохой сахарной водки, закупленной на острове Маврикий, и что теперь обычная их пища сведется к сухарям и солонине. Эти предварительные меры экономии стали впоследствии причиной заболеваний матросов и недовольства части ученых.
Длительность перехода из Европы до острова Маврикий и задержка на последнем повели к тому, что часть благоприятного времени года оказалась упущена. Боден, опасаясь идти к Тасмании, решил начать исследования с северо-западного берега Австралии. Он не подумал о том, что, поступая так, должен будет затем все время плыть к югу, и, двигаясь в этом направлении, идти навстречу зиме.
27 мая показался берег Австралии – низкий, бесплодный, песчаный. Один за другими были засняты и получили названия залив Географ, мыс Натуралиста, бухта Депюш и мыс Пике. Там естествоиспытатели высадились на сушу и собрали довольно богатую коллекцию растений и моллюсков. В это время из-за сильного волнения оба корабля ушли в открытое море, и двадцати пяти участникам экспедиции пришлось провести несколько дней на берегу; пили они лишь солоноватую воду, и так как им не удавалось убить никакой дичи, ни четвероногой, ни пернатой, то питались только разновидностью камнеломок, [157]содержавшей в большом количестве углекислый натрий и дававшей очень горький сок.
157
Камнеломки – многолетние или однолетние травы. Известно около 250 видов, преимущественно в умеренных и холодных зонах северного полушария; некоторые виды произрастают в горах, причем корни глубоко проникают и расщелины скал (отсюда название «камнеломка»)