Страница 51 из 114
«Среднего роста, – сообщается в отчете,-но несколько худощавые, они отличались очень темной кожей и черными, шерстистыми, как у папуасов Новой Гвинеи, волосами; однако у них не было толстых губ и приплюснутого носа, характерных для африканских негров. Черты лица не производили неприятного впечатления. Глаза показались нам довольно красивыми, а зубы очень ровными, но грязными. У большинства туземцев волосы на голове и борода были вымазаны какой-то красной мазью, а некоторые той же смесью раскрашивали себе лицо».
Приведенное сообщение при всей его краткости очень ценно. В самом деле, вот уже несколько лет, как последние тасманийцы умерли, и этот народ совершенно исчез с лица земли.
30 января Кук пустился в дальнейший путь и вскоре стал на якорь на своей обычной стоянке в проливе Королевы Шарлотту. Пироги туземцев немедленно окружили корабли; однако ни один островитянин не решился подняться на палубу – они не сомневались, что англичане прибыли лишь для того, чтобы отомстить за убийство соотечественников. Когда морякам удалось убедить их в миролюбивости своих намерений, туземцы отбросили всякую подозрительность и осторожность. При посредстве таитянина Омаи, понимавшего язык новозеландцев, командир вскоре узнал причину ужасной трагедии.
Сидя на траве, английские моряки с «Адвенчер» ужинали, как вдруг островитяне украли у них несколько вещей. Какой-то матрос поймал и избил одного из воров. Когда туземец стал кричать, его соплеменники набросились на англичан; те убили двух человек, но затем были сами умерщвлены врагами, значительно превосходившими их численностью. Несколько новозеландцев указали капитану Куку вождя, руководившего резней, и горячо убеждали предать того смерти. Командир отказался, чем вызвал большое удивление туземцев и недоумение Омаи, который произнес:
– В Англии наказывают смертью за убийство одного человека; этот убил десятерых, а вы ему не мстите!
Прежде чем двинуться дальше, Кук доставил на берег свиней и коз, в надежде, что животные со временем акклиматизируются в Новой Зеландии.
Омаи задумал увезти с собой на Таити какого-нибудь новозеландца. Два туземца выразили желание его сопровождать. Кук согласился взять их на корабль, предупредив, однако, что они больше никогда не увидят родины. Когда корабли потеряли из виду берега Новой Зеландии, двое юношей не смогли удержаться от слез. К их печали вскоре присоединилась морская болезнь. Но, как только она прошла, вместе с ней исчезло и уныние, и молодые новозеландцы очень быстро привязались к новым друзьям.
29 марта был открыт остров, который местные жители называли Мангаиа (острова Кука). Вняв убеждениям Омаи, туземцы решились подняться на палубу кораблей.
Островитяне были небольшого роста, но сильные и хорошо сложенные, с волосами, завязанными в узел на макушке головы, с длинной бородой; они имели обыкновение татуировать различные части тела. Куку очень хотелось сойти на берег, но враждебное настроение жителей его удержало.
Пройдя четыре лье, увидели новый остров, во всем похожий на первый. Жители его поначалу проявили больше дружелюбия, чем туземцы Мангаиы, и Кук, воспользовавшись случаем, направил на берег отряд под командованием своего помощника лейтенанта Джона Гора и с Омаи в качестве переводчика. Естествоиспытатель Андерсон, Гор, офицер Барни и таитянин Омаи высадились на остров безоружные, рискуя наткнуться на враждебный прием.
Их торжественно встретила толпа мужчин с дубинками на плече и, окружив со всех сторон, привела к трем вождям, уши которых были украшены красными перьями. Вскоре англичане увидели десятка два женщин, танцевавших под звуки медленной торжественной мелодии и не обративших никакого внимания на их прибытие. Разобщенные между собой, офицеры заметили, что туземцы стараются очистить их карманы, и стали уже опасаться за свою жизнь, но в это время к ним вернулся Омаи. Так они провели весь день. Англичан много раз заставляли раздеваться, чтобы островитяне могли хорошенько рассмотреть цвет их кожи. Наконец наступила ночь, и никаких неприятных происшествий не случилось; гостей отвели к их шлюпке и принесли туда кокосовые орехи, бананы и другую провизию. Возможно, своим спасением моряки были обязаны красноречию, с каким Омаи описал мощь огнестрельного оружия, и опыту, который он произвел перед туземцами, взорвав ружейный патрон.
В толпе, собравшейся на берегу, Омаи встретил трех земляков. Двадцать таитян как-то отправились в пироге на остров Улиетеа (Раиатеа), но сильный ветер отнес их далеко в сторону. Плавание должно было продолжаться недолго, и они не захватили никаких съестных припасов. Когда в результате голода в пироге осталось всего четыре полумертвых человека, она перевернулась. У утопавших хватило, однако, сил вцепиться в борта лодки и продержаться до тех пор, пока их не подобрали жители этого острова, носившего название Атиу. После того, как по прихоти моря они очутились здесь, на расстоянии свыше двухсот лье от родины, прошло двенадцать лет. Они обзавелись семьями и подружились с местным населением, нравы и язык которого почти не отличались от таитянских. Поэтому они отказались вернуться на Таити.
«Описываемый случай, – говорит Кук, – лучше всяких теоретических рассуждений может служить объяснением, каким образом были заселены все отдаленные части земного шара, и в частности острова Тихого океана, в особенности те из них, что находятся на большом расстоянии от какого-либо материка и друг от друга».
Остров Атиу расположен на 20?1? южной широты и 158°17' западной долготы.
Затем оба корабля достигли соседнего острова, по названию Венооа; Гор высадился там, чтобы запастись кормом для скота. Остров оказался необитаемым, хотя англичане обнаружили на нем развалины хижин и могилы.
5 апреля Кук очутился в виду островов Херви, открытых им в 1773 году во время второго путешествия. В то время ему казалось, что на островах не было жителей; теперь он с удивлением увидел, как несколько пирог отплыли от берега и направились к кораблям. Но островитяне не решились подняться на палубу. Их свирепый вид и громкие выкрики не свидетельствовали о дружелюбных намерениях. Наречие, на котором они говорили, походило на таитянское еще больше, чем наречия жителей только что посещенных островов.
Лейтенант Кинг, посланный на поиски якорной стоянки, не нашел ничего подходящего. Туземцы, вооруженные пиками и дубинками, казалось, были готовы силой воспрепятствовать любой попытке высадиться на берег.
Нуждаясь в воде и фураже, Кук решил направиться к островам Тонга; он не сомневался, что там сумеет достать свежую провизию для команды и корм для скота. К тому же время года было уже позднее и до полярных областей оставалось слишком большое расстояние, чтобы начинать кампанию в северном полушарии.
Вынужденный из-за направления ветра отказаться от первоначального намерения достигнуть острова Миддельбург (Эуа), командир направился к островам Палмерстон, куда прибыл 14 апреля. Там он нашел большое количество пернатой дичи, ложечника и кокосовых орехов. Эти острова представляют собой, в сущности, совокупность девяти или десяти атоллов, которые следует рассматривать в качестве скалистых выступов одной и той же коралловой гряды.
28 апреля англичане достигли острова Команго, где туземцы принесли им множество кокосовых орехов, бананов и другой провизии. Затем корабли отправились к острову Намука, входящему в состав архипелага Тонга или Дружбы.
6 мая Кука посетил вождь острова Тонгатабу, по имени Финау, выдававший себя за вождя всего архипелага Дружбы.
«Я получил от этой важной персоны, – рассказывает Кук,- в подарок двух рыб, принесенных одним из его слуг; после обеда я отправился в гости к вождю. Как только я вступил на берег, он пошел мне навстречу. Ему было лет тридцать; высокого роста, худощавый, он больше, чем кто-либо из ранее виденных мною жителей островов Тонга, походил внешностью на европейца».