Страница 66 из 68
– Никого!
И это была лучшая новость, какую он только мог принести.
Дима, которому сегодня предстояло идти в кадр, с сумрачным видом бродил между начавших ржаветь допотопных станков. Я ободряюще улыбнулся ему:
– Это все не так сложно, поверь!
– Тебе легко говорить! – огрызнулся он.
До начала съемок оставалось минут десять или пятнадцать. Я еще раз прошел по цеху, проверяя, все ли готово. И тут один из наших операторов воскликнул, указывая куда-то за окно:
– Смотрите!
На небольшой пятачок заводского двора, свободный от металлоконструкций, выкатили две иномарки. Здесь, в цеху, мы не слышали шума работающих двигателей, поэтому казалось, что машины перемещаются беззвучно, и это выглядело зловеще. Светлана с беспокойством посмотрела на меня. Я проигнорировал обращенный ко мне взгляд и махнул рукой операторам:
– Снимайте все происходящее до тех пор, пока это будет возможно. Если ребята на иномарках приехали по мою душу, нужно, чтобы все случившееся было зафиксировано на пленку.
Откуда-то сбоку вынырнул Илья и сказал возбужденно:
– Ты видел? Все-таки они нас вычислили!
Я и сам видел, что вычислили. Махнул рукой Светлане:
– Ты уходи!
– А вы?
– И мы, – пообещал я.
Она посмотрела с недоверием, но подчинилась. Ушла, и я не видел ее минуту или две, потом она внезапно вернулась и сообщила срывающимся голосом:
– С той стороны еще одна машина!
Это означало, что мы окружены и пути к отступлению отрезаны.
– Спокойно! – пробормотал я, хотя никто пока и не паниковал. – Может быть, все обойдется.
Ребята, вышедшие из иномарок, пока держались вместе и, кажется, не представляли, где нас искать. Это давало нам шанс. Так думал я, да и, наверное, все остальные тоже, но уже через минуту все изменилось. Те, возле иномарок, потоптавшись, вдруг направились в нашу сторону, и теперь мы видели, что все они вооружены. Значит, идут убивать – всех.
Я обернулся к своим товарищам.
– Выйду к ним, – сказал я демонстративно спокойным голосом. – Попытаюсь увести их от вас.
– И не думай! – отрезала Светлана, ужасаясь.
– Это за мной, ведь понятно же. Неужели будет лучше, если погибнут все?
В этот момент в дальнем углу раздался какой-то шум.
– Началось! – пробормотал я.
Но это еще были не бандиты. Из-за станков вынырнул чрезвычайно возбужденный Дима, держа в одной руке металлический прут, а в другой – самый что ни на есть настоящий автомат.
– Во! – радостно провозгласил он, демонстрируя свой трофей. – Прет, гад, прямо в двери, ну я ему прутом по кумполу и врезал.
Первая кровь пролилась, и теперь нам уж точно нечего было надеяться на снисхождение.
– Вооружайтесь! – скомандовал я. – Кто чем может!
Здесь удалось найти только железные прутья, да у Ильи оказался газовый пистолет. Негусто. Илья со своим пистолетом ушел прикрывать дальнюю дверь – с той стороны бандитов было меньше, – а мы рассредоточились вдоль окон. Кто-то из наших все-таки не выдержал, выглянул прежде времени, и тотчас снаружи началась беспорядочная пальба. Посыпались стекла. Дима встал на колени и выпустил длинную очередь. Не ожидавшие вооруженного отпора бандиты бросились врассыпную и укрылись за металлоконструкциями.
– Боятся, гады! – удовлетворенно сообщил Дима.
– Ты поточнее стреляй, – посоветовал я ему. – У тебя всего один рожок с патронами.
А за окном произошло какое-то шевеление, и надтреснутый мужской голос прокричал:
– Пусть выйдет Колодин – и мы никого не тронем!
– И не думай! – тотчас сказала мне Светлана.
– Их много, – вздохнул я. – И долго нам не продержаться. Уж лучше мне выйти. Как баран на живодерню я, конечно, не пойду. Попробую оторваться от них, побегаем с ними по заводу. А вы тем временем…
– Значит, так, командир, – веско сказал Дима. – Либо ты сейчас же заткнешься, либо одно из двух…
Он не успел постращать меня еще, потому что за стеной громыхнуло. Это взорвалась граната – бандиты пошли на штурм. Дима смог их отогнать парой коротких очередей. Тем временем примчался Илья, ткнул мне в руки свой газовый пистолет, он ему был уже не нужен – Демин добыл настоящий «макаров».
– Теперь посражаемся, – сказал я.
Наше положение все еще оставалось незавидным, но мне показалось, что даже дышать стало как-то легче. Воспользовавшись недолгим затишьем, я отправился на позицию Ильи – изучить обстановку. Он прятался за огромным металлическим баком, и прямо перед ним, метрах в пяти, светлел проем распахнутой двери.
– Кажется, здесь только один бандит остался, – сказал Илья и выразительно посмотрел на меня.
Я его понял. Если мы не будем мешкать и к бандиту не подоспеет помощь, у нас появится шанс на прорыв. Все-таки у нас пистолет и автомат – зальем гада свинцом и вырвемся из ловушки. Я вернулся к ребятам и объявил:
– Будем уходить! Все! Разом!
Никто не возражал. Все уже понимали, что долго нам не продержаться.
Мы пересекли цех по диагонали и сгрудились за баком, готовясь к прорыву. Я подтолкнул вооруженного автоматом Диму к окну.
– Мы сейчас в дверях устроим небольшой шум, отвлечем внимание бандита, а ты бей его из автомата!
Он понимающе кивнул и исчез.
– Что у того парня из оружия? – спросил я у Ильи.
– Из пистолетика пуляет.
– Ну, мозги мы ему в таком случае быстро вправим.
Я подобрался к двери и, надев на металлический прут старый проржавевший чайник, помахал им в дверном проеме. В тот же миг на улице хлопнули пистолетные выстрелы. В ответ гулко отозвался Димин автомат.
– Вперед! – закричал он через секунду. – Бегом!
Путь был открыт. Мы вырвались из цеха и помчались вдоль ржавых, залитых грязью рельсовых путей. Сзади, но уже далеко от нас, поднялась беспорядочная стрельба. Бандиты, похоже, заметили наше бегство, но теперь между нами было расстояние.
Мы обогнули один цех, другой, и нам оставалось совсем недалеко до наших машин, когда совершенно неожиданно из-за угла здания прямо на нас выкатил бандитский БМВ. Трое его седоков, завидев нас, выскочили из машины, паля из трех стволов одновременно. Мы горохом посыпались в грязь. От беспощадного расстрела нас спас Дима, который автоматными очередями заставил бандитов броситься в укрытие – их секундного замешательства было нам достаточно, чтобы перебежать за угол здания, под защиту кирпичной стены. Путь к машинам был отрезан.
– Что будем делать? – спросил запыхавшийся от стремительного бега Илья.
– Уходить огородами, – буркнул я.
Шутки шутками, но нам не оставалось ничего другого, как прорываться к выходу с территории заброшенного завода. Здесь, на безлюдье, нас в конце концов перещелкают по одному, и никто даже не будет знать, как это произошло.
Дима вызвался прикрывать наш отход, и мы гуськом побежали вдоль стены, пригибаясь к самой земле. За углом здания обнаружилась бандитская иномарка, совершенно пустая, но когда мы метнулись к ней как к спасительнице, откуда-то сбоку по нам ударили из пистолетов. Пришлось стремительно отступать, петляя среди залежей ржавого металла. Светлана старалась держаться как можно ближе ко мне, и если вдруг она начинала отставать, я без всяких церемоний брал ее за шиворот и тянул за собой. Она не протестовала. Но я все же на всякий случай говорил:
– Терпи! Нам бы только вырваться!
– Если нас не ухлопают – упьюсь до смерти, – сообщил Илья.
По нему было видно, что он не очень-то верит в благополучный исход нашего сегодняшнего приключения.
В очередной раз повернув за угол, мы нос к носу столкнулись с Димой.
– Туда нельзя! – отчаянным голосом крикнул он. – Путь перекрыт!
Мы отступили и тотчас наткнулись на бандитский заслон. Теперь мы отступали по узкому проходу между двумя цехами. Дима вновь прикрывал наш отход, стреляя одиночными выстрелами. Кажется, патроны у него были на исходе.
Через пару минут мы выскочили на небольшой пятачок. За тем пятачком, метрах в двадцати, были незапертые ворота, но эти двадцать метров мы не могли преодолеть – пространство насквозь простреливалось, здесь нас уже поджидали. Демин обреченно посмотрел на меня. Положение действительно складывалось катастрофическое: сзади нас настигали преследователи, путь вперед был отрезан. И едва я подумал о том, как безнадежно мы влипли, в распахнутые ворота въехал бело-синий милицейский «жигуль». Его появление и для бандитов оказалось полной неожиданностью, отчего на поле битвы вдруг наступила тишина.