Страница 34 из 183
расследования по уголовному делу.
Учитывая явку с повинной, чистосердечное признание и помощь следователю в раскрытии преступления, районным народным судом Петлюра был осужден по ст. 144, ч. 3 и 89, ч. 3 УК РСФСР на 4 года лишения
свободы.
Глава 27
Приезду тестя в гости Сарафан был рад. У него накопилась масса вопросов, которые надо было вместе
обсудить.
Борода, пройдя в детскую комнату, пальцами поманил внука к себе на руки. Увидев, как внук поспешил ему
навстречу, довольный Борода произнес:
— Не забыл деда. Так я говорю, Костя? — и стал подкидывать его вверх. Остановившись передохнуть, Илларион Константинович сразу попал в плен к внуку, который с любопытством запустил свои пухлые пальчики в
его бороду.
— Дед пришел к тебе в гости, а ты ему хочешь бороду пощипать, — добродушно бурчал он.
— Покажи дедушке, как ты его любишь, — попросил он внука.
Костя, прекратив возню с бородой, обнял своими ручонками шею деда. Довольный, что внук уже начал
понимать его, Борода пошутил, обращаясь к зятю и дочери:
— Он так меня может и задушить.
Поужинав, Борода, как обычно, уединился с Сарафаном для «задушевной» беседы в зал.
— Какие новости, отец? — удобно усаживаясь на диване и закуривая сигарету, спросил Сарафан.
— Мои новости путевые, — успокоил он Сарафана перед тем, как поделиться ими. — Как мы с тобой и
предполагали, наш народный суд, учитывая явку с повинной, чистосердечное признание и ряд других
обстоятельств, дал Диспетчеру четыре года лишения свободы.
— Ништяк! — удовлетворенно потирая ладони рук, согласился Сарафан. — Между прочим, я ожидал
большего.
— Если учесть, что не пришлось мазать, то такое наказание божеское, — отметил Борода. — Правда, до
хрена нам попорчено крови, а ее на деньги не переведешь, — задумчиво подытожил он.
— Попотеть пришлось, я тебе скажу, — поддержал его Сарафан.
Сообщение Бороды о «профилактической» беседе Седого с Золотым Сарафан выслушал с интересом, но с
меньшим волнением, чем первое.
— Седому надо было намекнуть Золотому, что если нас заметут, то он и мы будем считать данное несчастье
по его вине. Тогда его будет ожидать соответствующая раскрутка, колеса которой будут не гладить, как сейчас, а
ломать, — посоветовал Сарафан.
— Он и так живет под страхом, не надо заставлять его метаться, а то натворит глупостей, — поучительно
возразил Борода. — Как мои новости? — после некоторого молчания спросил Борода.
— Такие новости обычно обмывают, — оживляясь, ответил Сарафан и ушел на кухню.
Через некоторое время он принес оттуда бутылку водки и на тарелках холодную закуску. Поставив поднос на
стол, он быстро освободил содержимое подноса. Вторым «рейсом» Сарафан принес хлеб и вилки.
Выпили по рюмочке водки. Закусывая, Борода спросил:
— Ты мне что-то хотел сказать, но я тебя перебил.
— Есть одно дело, которое можно провернуть, но стоит ли сейчас с ним связываться, может быть, передохнем немного?
— Говори, а там по ходу решим.
— Ты знаешь, что я работаю шофером на автобусе?
— Это для меня не новость, — ответил Борода, наливая в рюмки себе и Сарафану спиртное.
— Моя новость путевая, и пока ее не обсудим, пить не будем, — предложил Сарафан.
— Я, как Васин, со всем согласен, — пожав плечами, ответил Борода, не ожидая услышать от зятя новость, достойную особого внимания.
— Все шофера автобусов по графику обслуживают бухгалтерию, поехать туда-то, привезти то-то, короче, весь день, как белка в колесе. Как-то раз я ездил с кассиром в банк. Когда мы ехали оттуда, она попросила меня
остановиться около хлебного магазина и выскочила из автобуса с кошельком в руках, а сумочку оставила. Я
полюбопытствовал и увидел в сумочке ключи от двери кассы и сейфа. У меня был заранее приготовлен
пластилин, а поэтому мне ничего не стоило снять слепки с ее ключей как от двери кассы, так и от сейфа...
— Толково врубился, — похвалил Борода, весь превратившийся в слух.
— Из-за Диспетчера мне пришлось разукомплектовать свой инструмент, поэтому вновь обратись к своему
знакомому, чтобы он восполнил недостающее и заодно со слепков сделал ключи, — говорил Сарафан, наблюдая, как его новость взволновала Бороду, который, не скрывая волнения, встал со стула и, подойдя к Сарафану, с
недоумением спросил:
— Почему раньше о ней ни словом не обмолвился?
— Никакого плана не было, а была наметка, из которой могло ничего не получиться, — пояснил Сарафан.
— Ты прав, — согласился с ним Борода, успокаиваясь. — Инструмент и ключи нам быстро сварганят. Только
поездка к мастеру у меня займет много времени, далеко живет.
— Где, если не секрет? — спросил Сарафан с любопытством.
— Поеду к нему, поговорим с ним о тебе, и если он пожелает, то я познакомлю вас. Вы нужны друг другу. Он
из молодых, но ранних, — ответил обнадеживающе Борода. Выпив рюмку водки, Борода не спеша закусил. —
Тебе впутываться в эту игру нельзя. Ты в гараже работаешь, тебя можно высчитать, а следователи плести лапти
научились.
— Как мы постигли такую истину! — пошутил Сарафан.
— Из литературы, которую ты мне дал, взяв из сейфа следователя. Я ее читал очень внимательно, плохо, что
ее не дают читать по первому требованию желающих, — ответил шуткой Борода.
— Ты прав, следователи — не менты, с ними нельзя допускать вольности, а поэтому мне нужно алиби на тот
день, когда будет осуществляться наша операция.
— Тебе положен отпуск, возьми его и езжай с Альбиной куда-нибудь подальше, где вы должны засветиться
хорошим свидетелям.
— Мы не против культурного отдыха, — потягиваясь, согласился Сарафан. — Я нарисую схему кассы, расскажу, как в ней отключается сигнализация, несколько раз видел, как кассир ее выключает.
— Здорово! — похвалил Борода, нутром почувствовав огромную добычу.
— Сигнализация сигнализацией, а вдруг она сработает на некоторое время. И на ее сигнал рванутся менты?
Вот бы на такой момент на несколько минут перекрыть переезд!
— Они могут и под шлагбаумом проехать, — возразил Сарафану Борода.
— Конечно, могут, но на состав они не попрут. Дело в том, что к нам надо в гараж ехать только через
железнодорожный переезд, движение на линии у нас интенсивное, составы стали до жути длинные, усек мою
мысль?
— Я же не местный, делись своими наблюдениями, — резонно заметил Борода.
— Надо за неделю до операции предложить Цыгану ночью подежурить у переезда и заставить его записать
длительность стоянки машин у переезда в каждом часе. На другую ночь такую работу надо будет поручить
Валету, а потом, сравнив результаты обоих наблюдений, выбрать самый лучший вариант.
— Ты сейчас придумал, что сказал, или раньше додумался? — спросил Борода, все больше и больше
повышая деловые ставки зятя в своих глазах.
— Давно приглядывался, вынянчивал и высиживал, — признался Сарафан.
— Мысль дельная, обязательно провернем, — согласился с предложением Борода. — Шустрым ты у меня
оказался, зятек.
— Стараюсь, — улыбнувшись, ответил Сарафан.
— А, может быть, действительно, не стоит нам сейчас вновь раскручиваться? Только след замели, — спросил
Борода.
— Смотри сам, вам дело провертывать, вам оно и виднее, — ответил Сарафан с безразличием в голосе, уверенный,что сомнение не долго будет мучить душу Бороды.
— Жалко упускать такой случай, — произнес задумчиво тот. — Может, такого случая у нас больше никогда не
будет в жизни, — размышляя вслух, заметил он. — На сегодня хватит говорить о делах, давай будем отдыхать,
— предложил он.
Глава 28
После межведомственного совещания работников правоохранительных органов, проведенного в отделе
милиции, Шувалов, зайдя вместе с Простаковым в его кабинет и обговорив с ним текущие вопросы, поинтересовался: