Страница 12 из 183
— Старость не радость, — улыбнувшись, пошутил Диспетчер.
Фаине Григорьевне было сорок пять лет, но не обремененная заботами, не знающая, кроме работы по дому, другого физического труда, уделяющая своей личности немало свободного времени, она сумела сохранить
фигуру, выглядела моложе своих лет.
Все Диспетчером было оценено моментально. Не поговорить с такой привлекательной женщиной, даже не по
службе, он посчитал бы кощунством.
Сев на стул, он заметил:
— Как будто вчера прыгал козленком, а теперь от моих прыжков едва пол выдерживает.
После некоторой паузы, видя, что хозяйка не поддерживает с ним беседы, он решил уходить.
Поискав на кухне злополучную книжку, Фаина Григорьевна растерянно стала ходить по комнатам, заглядывая
в тумбочки и этажерки.
Диспетчер ходил следом за ней. Когда она предложила ему остаться одному на кухне, то он смущенно
возразил:
— Я не могу себе позволить так поступить. Еще что-либо пропадет, а вы подумаете на меня.
— Ну что вы говорите такие глупости, — сконфузившись, возразила Фаина Григорьевна, но Диспетчера от
себя больше не прогоняла.
Проискав минут десять книжку, Фаина Григорьевна была вынуждена признаться:
— Вы знаете, я ее куда-то положила так, что сейчас не найду.
Диспетчер мог предложить хозяйке еще поискать книжку, но дальнейшее пребывание в доме ему больше не
давало новой информации, а поэтому он сказал:
— Поищите ее без меня, а если не найдете, то сходите в нашу диспетчерскую, и там вам выпишут другую.
От предложенной чашечки кофе он отказался и, простившись, ушел.
Глава 10
Евдокия Ивановна, тетка Белозерского по отцу, постоянно проживала на его даче. Ее сын Михаил вырос
непутевым и неуравновешенным, а поэтому жить с ним для Евдокии Ивановны было настоящей каторгой. Не
делать сыну замечания за все его дурные выходки она не могла, не могла и оставаться в стороне, когда Михаил
начинал беспричинно приставать к невестке, за что попадала частенько под град оскорблений и угроз.
Предложение племянника постоянно жить у него на даче и находиться на его иждивении Евдокия Ивановна
приняла с благодарностью. Жизнь на даче для Евдокии Ивановны была не скучной, так как для своих рук на
участке она всегда находила работу, получая удовлетворение. Вечерами она смотрела телепередачи, а если
становилось скучно, то ходила в гости к соседке Полине Геннадиевне, как и она, живущей на даче.
В неделю раз обязательно, но, бывало, и чаще, на дачу приезжал племянник с женой.
Они привозили продукты и другие покупки, о которых не всегда вспомнишь, но которые в процессе жизни
необходимы, давали деньги на мелкие расходы.
Дачный поселок находился от города в некотором отдалении. Рейсовый автобус из города туда ходил один
раз в час, причем лишь до 21 часа. Ожидание автобуса на остановках занимало много времени, поэтому Евдокия
Ивановна старалась как можно реже уходить с дачи, о чем, между прочим, просил ее и племянник, так что их
интересы в этом отношении полностью совпадали.
Диспетчер, дежуривший в течение двух дней у дачи Белозерского, истомился ожиданием ухода
проживающей там пожилой женщины. Он успел проанализировать несколько вариантов официального
посещения дачи, но все они в конечном итоге его не устраивали, так как в присутствии старушки тщательно
жилище не обследуешь.
«Если у Белозерского имеется тайник, то место его скорее всего на даче: работники милиции с обысками
всегда в первую очередь бросаются в дома, квартиры подозреваемых», — так думал Диспетчер, коротая время в
ожидании.
Ночью, открыв замок входной двери, он зашел в коридор, но в комнату из коридора дверь была закрыта на
крючок. Если хорошо попотеть, то крючок можно было открыть, но закрыть опять не получилось бы, да могла
проснуться и старуха, пугать которую с самого начала он не хотел.
Съездив к Бороде, он взял у него в помощь себе Цыгана и вновь вернулся под утро к месту своего
наблюдения, которое было выбрано недалеко от остановки автобуса.
Чтобы не мозолить глаза жителям поселка, они через несколько часов с одного места переезжали на новое.
Такое дрейфование им надоело, и они припарковались под кроной тополей в визуальном отдалении от остановки
автобуса. В беседе они исчерпали все интересные темы, да и желание говорить тоже пропало. Цыган задремал, и Диспетчера клонило ко сну. Но сон его как рукой сняло, когда он увидел объект своего наблюдения. Он
разбудил Цыгана и сказал:
— Вон та старуха, пойди и хорошенько ее запомни, действуй, как мы договорились, а я пошел.
Диспетчер взял свой неизменный, видавший виды чемоданчик и ушел, закрыв дверцу машины на ключ.
Цыган тоже последовал за ним, так как в начале пути маршруты их совпадали.
Они договорились, что Цыган ожидает его на месте, но если старуха быстро возвратится из города, то Цыган
обязан немедленно проехать мимо ее дачного дома и просигналить, проехав квартал, остановиться около
трансформаторной будки.
Цыган превратился в добросовестного наблюдателя. По прибытии из города рейсового автобуса он с
волнением осматривал выходящих из него пассажиров с нежеланием увидеть среди них «свою» старушку.
Занятый наблюдением за остановкой автобуса, Цыган не заметил возвратившегося Диспетчера, который, выяснив интересующие его вопросы на даче и подойдя к автомобилю сзади, ударил ладонью по его крыше.
Цыган испуганно вскочил, ударившись головой о крышу автомобиля.
— Ты что, спятил! — зло прорычал он. Однако, поняв, что возвращение Диспетчера и его такая шутка
говорили об удачной миссии, он погасил свой гнев и открыл дверку автомобиля. Диспетчер, кинув на заднее
сиденье свой чемоданчик, с облегчением раскинулся на сиденье как человек, выполнивший трудную задачу.
— Старуха еще не возвратилась?
— Как видишь! — забыв обиду, удовлетворенно ответил Цыган. — Когда ей возвращаться, если она уехала,
— он посмотрел на наручные часы, — всего лишь 1 час 45 минут тому назад.
— Очень хорошо. Ждать ее, чтобы попрощаться, наверное, не будем? — пошутил Диспетчер.
Улыбнувшись, Цыган поддержал:
— Не стоит.
Потом после паузы, не сдержавшись, полюбопытствовал:
— Ну как?
— Все хорошо, прекрасная маркиза. Все хорошо, все хорошо. — Выехав на трассу, Диспетчер добавил: —
Могу сказать, нам его придется потрошить. Что потрошить, я нашел, ну а какое будет нутро и какой навар —
будущее покажет.
Глава 11
Вечером после работы Анатолий Борисович на автомобиле ВАЗ-21093 зеленого цвета приехал к себе на
дачу.
Обрадованная его приездом, Евдокия Ивановна как гостеприимная хозяйка попыталась пойти на кухню и
приготовить ужин, но Белозерский, остановив ее, попросил:
— Вы собирайтесь, я отвезу вас домой, там и переночуете, а я здесь поработаю один.
— А не скучно тебе будет одному? Может, что подать придется, я мешать не буду, — предложила свои услуги
она.
— Конец месяца, у меня отчет, и я не хочу, чтобы меня отвлекали. Пытался дома поработать, но работа не
идет в голову.
Евдокия Ивановна привыкла к таким просьбам племянника, а поэтому возражать не стала. Она попыталась
рассказать ему, где у нее лежат продукты, чтобы он мог ими воспользоваться, но он перебил ее:
— Покушать я привез с собой, и обо мне можете не беспокоиться. Моих продуктов и вам хватит на неделю.
Евдокия Ивановна долгим благодарным взглядом посмотрела на племянника. Ей нравились его хозяйская
хватка, его рассудительность, воздержанность к спиртному. В такие минуты она вспоминала своего непутевого
Михаила и искренне сожалела, что Анатолий Борисович не ее сын.
Вернувшись на дачу после того, как отвез тетку к себе домой, Белозерский поставил машину в гараж, закрыл