Страница 10 из 19
— Два зайца в одной корзине. Меньше хлопот. Буди давай... своего товарища.
Стукалов подошел к Брилеву и потряс его за плечо. Брилев что-то промычал, не открывая глаз.
— Приехал ко мне вчера днем, вот и квасим,— пояснил Стукалов.
— Вдвоем? — спросил Рогов.
— Вдвоем,— кивнул Стукалов.— Или нет... За девчонками вроде ходили ночью...
Стукалов задумался, припоминая. Во время одного из ночных походов за водкой они вроде и впрямь пытались «снять» девчонок. В результате познакомились с кавказцами из числа привокзальных торговцев. Брилев требовал от них сутенерских услуг. Стукалов вспомнил, как один из кавказцев внушал Брилеву, что у них есть «тры алтырнатив». Типа, получить по шее на месте, отправиться в кутузку или слиться по-быстрому домой. Друзья, похоже, выбрали «алтырнатив» номер «тры».
— Не, вроде вдвоем...
— Экзамен обмывали?
— А откуда вы... про экзамен?..
— Работа у нас такая — всё знать,— усмехнулся Любимов.— Вась, осмотри там их куртки и обувь.
Рогов вышел в коридор. Брилев громко замычал. Потом спросил, не открывая глаз:
— Пиво принес?!
— Вадик, у нас милиция,— проинформировал Стукалов.— Вставай!
Брилев, продолжая мычать, приподнялся с дивана. Нечесаные кудри, помятая одежда, опухшее красное лицо... Бандерас. Любимову он почему-то напомнил побитого мелкого беса.
— А что такое? — спросил Брилев.— Соседи настучали?
— Они из угрозыска... — начал Стукалов.
— Ты во сколько вчера приехал? — перебил его Любимов.
— Куда? — прикинулся дурачком Брилев. На самом деле мозг его работал сейчас на всю катушку. Самый тонкий момент игры. Ошибиться нельзя.
— На кудыкину гору! — рявкнул на него Любимов.— Сюда, студент, сюда во сколько приехал?
— Часа в четыре... Может, чуть позже...
— Где-то так,— подтвердил Стукалов.
— И больше никуда не выходил? — наседал Любимов.
— Ну, за бухлом, за цыпками... вместе вот...
— И не отъезжал никуда?
— Бухой-то?.. Да вы чё! — возмутился Брилев.— Я ж не дебил!.. Тачка моя там, у парадной...
Рогов вернулся в комнату, отрицательно качая головой.
Любимов подошел к Стукалову и начал, морщась от выхлопа, осматривать его одежду и костяшки пальцев.
— Вы чё? — удивился Стукалов.
— Через плечо... не горячо? Квартиру снимаешь?
— Снимаю,— кивнул Стукалов.
— А сам откуда?
— Из Бобруйска.
— А где это? — спросил Рогов.
— В Белоруссии.
Надо же! Шишкин, когда гневался на кого-нибудь из стажеров, любил постращать, что отправит того в Бобруйск. Шумел: «В Бобруйске был? Был в Бобруйске, я спрашиваю?!» Василий думал, что это такой мифологически-юмористический городок наподобие Урюпинска, Мухосранска или Шепетовки. А надо же — существует в действительности. О Шепетовке и Урюпинске, что они существуют, выяснилось раньше: через Интернет.
— Встань-ка,— Любимов подошел к сидящему на диване Брилеву. Рогов ходил по комнате, осматривая нехитрую обстановку.
— Что случилось-то? — поднялся Брилев.
— Вашего Кощеева вчера убили,— обрадовал Любимов, проверяя брилевские карманы.
— Кощея?.. Где? — опустил руки Брилев.
— В Летнем саду.
— Так вы что думаете, это мы? — заволновался Брилев. Сыграть волнение удалось, кажется, убедительно. Брилев даже хотел краем глаза в зеркало заглянуть, но зеркало оказалось вне поля видимости.
— Пусть лошадь думает. У нее голова большая. А мы проверяем... Вась, ну что? Тут пусто.
— Вроде пусто,— нехотя согласился Рогов.— А Коротченко — что за парень?
— Жека? — переспросил Стукалов.— Нормальный пацан.
— Ладно, погнали... — кивнул Любимов. Он обернулся к Брилеву: — Собирайся давай...
— Я... — побледнел Брилев.— Куда? Почему?
— По кочану... Машину твою посмотрим.
В «тойоте» ничего подозрительного не обнаружилось. Но Брилев спускался с оперативниками по лестнице как-то суетливо, и Любимов насторожился. А поэтому обыск в автомобиле произвел со всей возможной тщательностью. Не забывая поглядывать на Брилева — вдруг чем-то выдаст себя. Но Вадим уже успокоился и даже причесался пятерней, сверяясь с боковым зеркальцем.
— Ладно, гуляй пока... — разрешил Жора.
Брилев шустро устремился в магазин «Продукты», расположенный буквально в соседней парадной.
Рогов и Любимов отправились к оперативной машине, припаркованной рядом с открытым таксофоном с разбитыми стеклами. Трубка и наборный диск были выдраны с корнем — вандалы попались упорные.
— Хулиганье ночью шарилось,— кивнул Рогов.— Может, это наши орлы? По дороге за водкой...
— Если и так, то вряд ли они об этом помнят,— ухмыльнулся Любимов.— Пьянь хренова... Слушай, может, в саду и впрямь «хулиганка»?.. Сделал старик кому-нибудь замечание и получил по чайнику.
— Вполне возможно,— кивнул Рогов.— Но Коротченко проверим. Для очистки совести. Где он живет?..
— На Гражданке. Пилить и пилить еще... Скорее, Гриша в районе накопает. Надо еще пожрать заскочить. Между прочим, я не завтракал, в животе урчит,— Любимов глянул на наручные часы,— Ого, уже почти полтретьего. Поехали... Чего стоишь?
Но Рогов медлил, разглядывая стекло разбитого таксофона.
— Ну да, стекла острые,— согласился Любимов,— порежется кто-нибудь... И что предлагаешь: в жилконтору идти? Или, может, мне застеклить собственноручно? Я умею. А убийцу кто ловить будет? Достоевский? И жрать охота...
Рогов молчал, теперь уставившись на часы Любимова. Тот удивился, вновь глянул на циферблат.
— Говорю же, полтретьего. Ты чего, Василий Иваныч? Застыл, как мумия в саркофаге... — уже всерьез обеспокоился Любимов.
— Тикалки,— наконец подал голос Вася.
— Что — тикалки?
— Там, на подоконнике. Пошли...
Рогов резко развернулся и двинул назад.
Брилев как раз заходил в парадное с четырьмя бутылками импортного пива.
Оперативники нагнали его уже на площадке второго этажа, когда Стукалов открыл дверь.
— Вы чего?..— растерялся Брилев. Чертовы менты! Достали! Расслабиться не дадут!
— Соскучились,— бросил Любимов.
Рогов отодвинул Стукалова и быстро прошел в комнату. Приблизился к подоконнику. Так и есть. Ёшкин кот, чуть не проворонил...
— Смотри, Жор...
— Чего там?
На подоконнике лежали часы с разбитым стеклом. Минутная стрелка была погнута.
— Швейцария,— оценил Любимов.— Похоже, настоящая. Тыщу бакинских «весят», не меньше.
— Чьи это? — Рогов поднял часы за кончик ремешка.
Стукалов и Брилев молчали.
— Я спрашиваю, чьи?!
Рогов посмотрел на запястье Стукалова. Там тикали скромные ходики, типа «Славы» или «Зари». На запястье Брилева ничего не тикало.
— Не мои,— сказал Стукалов, опустив глаза.
— Ну, мои,— буркнул Брилев. Идиот.
Ну что мешало выбросить их ночью?
— Где ж ты стекло разбил? — небрежно поинтересовался Рогов.— Жалко. Вещь-то дорогая.
— Не помню... — задумался Брилев.— Мы вон с Серегой ночью боролись... — кивнул он на приятеля.
— Было дело,— подхватил Стукалов.
— Жор, давай осколки поищем. Любимов и Рогов начали осматривать пол.
— Присоединяйтесь,— предложил Любимов растерянным студентам.— В ваших интересах...
Десятиминутные поиски результата не дали.
— Не здесь разбил,— сделал вывод Рогов.— Еще версии?
— Может, еще где-то,— голос Брилева предательски дрогнул.— Мы вот ночью на вокзале с черно... с кавказцами сцепились...
— Или в Летнем саду,— продолжил Рогов.— Жор, давай понятых, будем изымать. И Семена я вызову, пусть еще раз в «тойоте» пороется...
Обедать пришлось сомнительными чебуреками, купленными в киоске у Балтийского вокзала. Еда навевала грустные мысли об анекдоте «Купи десять чебуреков — собери собаку».
На самом деле, вкус собаки Любимов знал. Служил в армии в Узбекистане: угораздило дурака однажды попробовать — до сих пор не забыл. А в этом чебуреке все-таки был нормальный говяжий фарш. Вполне терпимый.