Страница 6 из 110
— Некогда рассуждать, — напомнил Натан Ли.
Он осмотрел все вокруг, надеясь обнаружить что-нибудь небольшое и ценное, но, похоже, вокруг были одни безделушки. Непонятно, что привлекло сюда Окса.
— Одно точно, — не унимался Окс. — Чем бы Голгофа ни была, за долгие годы она послужила местом множества других казней. В четвертом году до нашей эры Вар распял более двух тысяч человек, Флор — почти в два раза больше еще до начала Первого еврейского восстания. Через несколько лет Тит казнил таким же образом по пятьсот человек в день. Дальше — больше. Но задай себе вопрос: где останки всех этих мертвецов? Сохранилась ли хоть часть их черепов, костей? Во всех наших раскопах вокруг Иерусалима удалось обнаружить лишь один скелет распятого человека.
Натан Ли знал, что это за скелет. Мужчина по имени Йоханан, рост — пять футов пять дюймов, двадцати пяти лет от роду. Не исключено, что из мятежников. Возможно, маленькая дочка была убита на его глазах, в то время как он висел на кресте. Так или иначе, ее косточки были найдены вперемешку с его останками. Гвоздь, пробивший сбоку пяточную кость, застрял, и Йоханана так с ним и похоронили на северной оконечности города.
На мгновение Натан Ли почувствовал невольный интерес.
— Кости убрали, когда расширяли границы Старого города, — сказал он. — По Галахе, трупы животных, сыромятни и могилы должны были выноситься за пределы города, не ближе пятидесяти кубитов.
— Это общепринятое мнение, — сказал Окс. — Но не евреи контролировали рост города. Балом правили римляне. И плевать хотели на иудейские нормы.
— Ну, значит, кости обратились в прах. Не знаю. Их нет, и все. Какая разница-то?
— Молодой человек! — с досадой бросил Окс.
Кусочки головоломки сложились вместе.
— Выходит, останки здесь?
— Да, буквально под нашими ногами.
— А почему я об этом до сих пор не знал?
— А потому что их обнаружили всего месяц назад, — ответил Окс. — Группа ученых из Францисканского библейского института. Люди Ватикана. Сам знаешь, как они все засекречивают.
— Как же тогда вам удалось узнать?
Окс задумчиво потер пальцы.
— Презренный металл. Да, да, ты, конечно, выше всего этого, Натан Ли. Но даже ты имеешь свою цену.
Натан Ли покраснел. Окс повел его на один пролет каменных ступеней вниз, под часовню, а затем — к решетчатым воротам с U-образным титановым велосипедным замком.
— Пещера Обретения Животворящего Креста, — сказал он, направляя луч фонаря в глубь помещения.
Как гласит легенда, подлинный крест был найден на этом месте в 327 году н. э. недавно окрещенной Еленой, матерью императора Константина. Она была в некотором смысле археологом: выкапывала артефакты, собирала отрывочные сведения о Страстях Господних — истории смерти Иисуса. Именно она решила, что эта скала — Голгофа, эта гробница — Его гробница и что крест Иисуса погребли именно в этой пещере. Деревянный крест давно утрачен. Дважды он пропадал во время мусульманских нашествий: сначала персов, затем великого курдского полководца Саладина. Каждый раз крест восстанавливали лишь для того, чтобы правоверные христиане покромсали его в щепки. Если «дерево» Иисуса когда и существовало, нынче оно рассеяно по свету в шкатулках для реликвий.
Окс пару раз встряхнул решетку и снял свой рюкзак. Монтировке велосипедный замок не поддался. Профессор напоминал гигантскую крысу, глодающую дверь.
— Так, а мы его долотом… — проговорил он.
Натан Ли скинул свою ношу. Болты в петлях были хилые. Он срубил шляпки. Ворота открылись.
Даже с верхних ступеней Натан Ли ощутил запах свежераскопанной земли. Они спустились в помещение с алтарем у самой стены. Рядом с ним распахнул зев узкий туннель. На полу подземной часовни — кучи земли на кусках брезента. У решетки аккуратно сложены квадратные сита, мастерки и другие орудия для раскопок.
— После тебя. — Окс направил свет в туннель.
Натан Ли включил фонарь на шлеме. Надежный, бережно хранимый, он принадлежал отцу.
«Соберись», — приказал он себе.
Пришлось согнуться, чтобы продвигаться по туннелю. Бригада францисканцев скрепила стены и свод подпорками и балками. Каким-то образом все это выстояло во время подземных толчков. Натана Ли мучила клаустрофобия, которую не развеивал даже светивший сзади фонарь Окса.
— Там дальше осторожней. Туннель в двенадцати метрах отсюда поворачивает вправо и обрывается вниз на девять метров.
— Вниз? Я полагал, мы на коренной породе.
— Вот-вот, все так думали. Но с помощью гидролокатора из часовни наверху обнаружили не известную доселе впадину. Никто и представить себе не мог, что древняя каменоломня уходит так глубоко. Иди вперед.
С потолка свисал крепеж. Окс не умолкал.
— Когда римляне начали строить на этом месте храм Венеры, им пришлось засыпать пустоты. Валили туда все, что было под рукой. Землю, мусор, глиняные черепки и…
Натан Ли был уже у ямы с укрепленными подпорками стенами.
— …человеческие кости, — договорил Окс.
Вдоль кромки ямы тянулся узкий бортик. Веревочная лестница опускалась в черную глубину. Окс втиснулся рядом с Натаном Ли. Фонари высветили переплетения костей, торчащих из стены внизу.
— Годы уйдут на то, чтобы сделать грамотный раскоп пещеры, — сказал Окс. — И еще годы, чтобы собрать кости в скелеты. Единственное, что им пока удалось, — вырыть вот эту разведочную шахту. Но даже по тем скудным материалам, что были обнаружены, они сумели датировать останки и определить их пол. Все мужчины. Большинство — первый век или раньше. Ну а причина их смерти вопросов не вызывает.
— Те самые ненайденные распятия… — пробормотал Натан Ли.
— Это один гигантский плотно уложенный оссуарий. По грубым подсчетам, тут десятки тысяч фрагментов костей. Здесь нашли также куски дерева, гвоздей, веревок. Даже пузырьки для слез, оставленные скорбящими. Забудьте о той скале, где свершилась казнь. Голгофа была здесь всюду: она начиналась сразу за старыми воротами и тянулась вдоль Яффской дороги, так что каждый путник мог воочию убедиться в силе гнева Рима.
Шахта, разинув пасть, словно поджидала их.
— Потрясающе… — проговорил Натан Ли. — Ведь это может полностью изменить наше понимание истории.
— Как и свитки Мертвого моря, — сказал Окс. — Сколько десятилетий Ватикан скрывал их! И только благодаря ученому-одиночке, раздобывшему фотокопии, мир о них узнал.
— Выходит, мародерство — услуга обществу?
— Такова общая тенденция.
— Но вы же уничтожите само место археологических раскопок!
— На этом основана археология. Копать — значит уничтожать. Однако все может так же погибнуть из-за повторных толчков.
— А если кто заметит?
— Никому не известно, что здесь раскоп. Как можно знать о том, чего нет?
Окс протянул Натану Ли пластиковый мешок для трупа.
— Давай по-быстрому. Наполняй.
— Но какой смысл? Кто купит кучу костей?
— А кто, по-твоему, платит за то, чтобы ты ползал под землей? Университет? А деньги откуда? Фонды? Что за фонды? Аристократия, элита. Принимайся за работу. Аристократия — движитель археологических раскопок. Частные коллекции, музеи, cognoscenti [11]. Без них артефакты просто-напросто обратятся в пыль.
Спорить больше смысла не было. Натан Ли полез по веревочной лестнице. Плетеная пенька скрипела под его весом. Никогда он не казался себе таким тяжелым. Очутившись на дне, он принялся выпускать на волю мертвых.
Было почти четыре утра, когда Натан Ли закончил. Кости дребезжали в мешке. Они отправились в обратный путь: прошли через церковь и поднялись к пирамидке из камней, которой Натан Ли отметил место, где завалило женщину.
Рука исчезла.
Он поискал вокруг. Возможно, ее отгрыз зверь или засыпало камнями. Но крови не было. Натану Ли почудилось, будто женщина просто втянула руку обратно, в свой подземный мир. От него подальше.
ЧАСТЬ 1
ГОД ПЕРВЫЙ
Четыре года спустя
11
От ит.cognoscente — знаток, ценитель искусства. (Прим. перев.)