Страница 27 из 109
— Они следили за ней. Мобильный телефон функционировал как устройство GPS.
— Как это возможно?
— В письме говорится о странных звуках во время телефонных звонков.
— Но что это значит?
— Они дистанционно установили шпионскую программу. GPS-навигатор. Она, очевидно, поняла, что что-то не так. А иначе зачем бы ей пересылать вам мобильный телефон?
— О боже! Девочка моя. Так вот почему она вынула батарейки. Она не глупа, моя Мари-Элиза.
«Убийцы будут найдены, — написала Моник. — И понесут наказание. Обещаю!»
— Как вы можете это обещать? — раздраженно спросил Луи-Фердинанд. И повернулся ко мне. — Почему бандиты не пришли ко мне? Сюда? Я ведь привел мобильный телефон в порядок и включил его. Почему они не явились сюда?
— Потому что они уже настигли Мари-Элизу в Каркассоне, — предположил я. — Больше им незачем было следить за телефоном.
Он покосился на меня:
— Кто эти безумцы?
— Я охотно рассказал бы вам, кто они. Но я об этом знаю так же мало, как вы.
Отправитель:Примипил
Послано:08.06.2009 13:43
Адресат:Легату легиона
Копия:Великому Магистру
Тема:Отчет: Рим
Шифр:S/MIME РКС37
Dominus!
Мы благодарим за молитвы Совет и общину и сообщаем, что местонахождение манускрипта в Осло установить не удалось. Мы прибыли в Рим. Согласно данным брата Раца, Бьорна Белтэ ожидают здесь в ближайшие дни. Контакт Белтэ, профессор Альдо Ломбарди, находится под нашим постоянным наблюдением.
Примипил брат Хэрэгуш
XVI
СМЕРТЬ В ЧАСОВНЕ
КАРКАССОН
8 июня 2009 года
1
От внезапного порыва ветра полицейская лента ограждения громко хлопнула. От облака упала тень на часовню, расположенную в лесу. Дверь в часовню была заколочена. К стене под окном без стекол и рамы был приставлен деревянный ящик. Штукатурка на стенах во многих местах облупилась и осыпалась. Части стены, где кирпичная кладка выглядывала наружу, напоминали незаживающие раны. В промежутках между широкими проходами, которые полиция проложила сквозь заросли вокруг руин, пышно цвели полевые цветы.
— Вот здесь они нашли ее, — сказала Симонетта ле Телье.
Она с несчастным видом сидела на левом крыле моей Боллы. Моник, утешая, обняла ее.
— Я была знакома с Мари-Элизой двенадцать лет, — сказала Симонетта, — но в тот единственный раз, когда я была ей нужна, по-настоящему нужна, меня не оказалось рядом.
Она наклонилась, набрала горсточку песка и стала понемногу выпускать его между пальцами.
— Что это за место? — спросил я.
— Часовня была построена орденом Пресвятой Девы Марии в девятнадцатом веке. Незадолго до войны в нескольких километрах к северу отсюда построили церковь. Двери и окна часовни закрыли ставнями. Тут началась война. И в таком виде, — Симонетта кивнула, — часовня стояла, пока о ней совсем не забыли.
— Ты можешь назвать хоть одну причину, по которой Мари-Элизу нашли именно здесь?
Она снова зачерпнула горсть песка и покачала головой, ветер подхватывал песчинки, падающие из ее ладони.
«Ты была в Барселоне?» — написала Моник.
— Мне дали стипендию. Вместе с несколькими коллегами я десять дней провела в Испании, изучая архитектуру Гауди. О том, что Мари-Элиза приезжала сюда, я узнала только по возвращении, прослушав записи на автоответчике. За границей я всегда выключаю мобильный телефон. Попробовала ей позвонить. Но ответил ее отец. Она послала ему свой телефон. По почте. Не могу этого понять. Послать по почте мобильный телефон своему отцу?!
— Она думала, что за ней гнались.
— Какое отношение это имеет к мобильному телефону?
— Они выслеживали ее по мобильнику. Так убийцы узнали, что Мари-Элиза поехала в Каркассон. И конечно, они обнаружили, что она набирала твой номер телефона.
— Разве Мари-Элиза не подвергала опасности отца, посылая ему телефон?
— Видимо, она подумала, что все обойдется, если вынуть батарейку. Кроме того, она справедливо рассудила, что преследователи потеряют интерес к телефону, если схватят ее. В-третьих, отец живет в многоэтажном доме в густонаселенном районе. Тут уж никакой мобильник не выследить.
Моник написала: «И к тому же было слишком поздно! Они уже знали, что она здесь».
Симонетта откинула голову и посмотрела на кроны деревьев, росших вокруг часовни.
— Видимо, они держали ее взаперти в каком-то месте недалеко отсюда. Бог знает где. И почему.
— Кто ее нашел?
— Одна пара, которая использовала эту часовню, — несмотря на слезы, Симонетта смущенно улыбнулась, — как место свиданий.
Я посмотрел на руины и на ленту ограждения, которая колебалась на ветру. Часовня на поляне, окруженная деревьями, выглядела очень привлекательно.
— В этой местности люди живут уже более пяти тысяч лет, — сказала Симонетта, когда немного пришла в себя. — Это ведь очень давно, правда? Пять тысяч лет… Но и это ерунда. Здесь, в Южной Франции, люди и неандертальцы жили бок о бок уже пятьдесят тысяч лет. Потом неандертальцы вымерли. Люди остались.
Я ждал продолжения, но его не последовало. Симонетта задумчиво смотрела на лес:
— Сначала полиция не могла понять, кто она. Она ведь не из местных, правда? Но кто-то из полиции обратил внимание на сообщение из Парижа о поиске пропавших, в котором числилась Мари-Элиза. Мой молодой человек — полицейский. Он знал, что я ее подруга. И тогда меня пригласили на место преступления для опознания.
— Я понимаю, это тяжело, но все-таки ты можешь описать, что увидела?
Симонетта вздохнула.
— Я спрашиваю, потому что недавно сам побывал в такой ситуации.
Симонетта бросила на меня удивленный взгляд.
— Кайзер был моим другом и коллегой, — объяснил я. — Это я нашел его. — Пауза. — В квартире. Обнаженного.
Симонетта не отрывала от меня глаз. Мы оба чувствовали себя будто бы частью некоего тайного сообщества, нас связали мой умерший друг и ее умершая подруга.