Страница 32 из 49
Услышав о бегстве Фишера, Вася выдал в прямой эфир тираду, обычно заглушаемую звуком «пи-и-и-б». Плахов оставался спокойным. Весь негативный запал к возвращению Никиты уже перегорел. Теперь им приходилось довольствоваться тем, что есть.
А ничего, кроме Сэма, у них не было, и они планировали раскрутить его по полной. Но черный наемник, которого они сначала затащили в бунгало и пытались разговорить, используя Нгубиева как переводчика, колоться категорически отказывался, ссылаясь на апартеид.
— Говорит, не понимает, сука, о чем идет речь. И что мы его, козла, угнетаем! — возмутился Нгубиев, а затем предложил: — Давайте, мужики, его шаману моему отдадим — он и глухонемого говорить заставит.
«Убойщики» согласились с этим предложением сразу, но Уваров недоуменно посмотрел на них:
— Вы чего, мужики? Какой шаман? Мы же европейцы! Пара ударов по почкам — и явка с повинной на столе!
Уваров кровожадно усмехнулся и врезал кулаком о кулак.
— Ты не в России. Здесь Африка. Свои законы,— возразил Рогов.
— Законы, может, и другие, а почки у него там же! Я человек добрый, но злоупотреблять этим не позволю!
— Действительно, Никита, завязывай, не позорь державу,— поддержал Васю Плахов.— Ты свою работу уже выполнил — теперь сиди, хлебай марулу.
Уваров сделал вид, что обиделся, и демонстративно налил себе большой стакан чудесного сока.
«А ведь сочок-то шаман делал,— вдруг вспомнил Уваров, наслаждаясь терпким кисло-сладким вкусом.— Видать, дельный мужичок. Ну, пусть попробует поколоть, посмотрим, что из этого выйдет...»
— Значит, ты так ничего и не вспомнил? — в последний раз спросил Нгубиев привязанного к стулу Сэма.
— Я ничего не знаю,— нагло повторил тот, выпучив глаза.
Нгубиев вышел из бунгало и велел двум воинам, которые дежурили снаружи, оттащить Сэма к хижине шамана. Затем вернулся и попросил сотрудников правоохранительных органов в процесс не вмешиваться.
— Ты, это, Петруха, не сильно его там,— попросил вождя Плахов.— Нам его еще в полицию сдавать. Без жертв, короче, постарайся.
— Все будет по закону,— успокоил его Нгубиев,— Что мы, звери, что ли? Цивилизованные же люди.
Вскоре после того, как Нгубиев ушел, опера услышали глухой бой тамтамов, доносившийся со стороны хижины шамана. Плахов и Рогов тревожно переглянулись, а Уваров налил себе очередной стакан.
Первым делом шаман, четко уяснив поставленную перед ним руководством задачу, велел закопать Сэма в землю, оставив наружи только голову. Когда черного наемника воткнули в узкую ямку и стали засыпать землей, наглое выражение постепенно сползло с его лица, но говорить он по-прежнему отказался.
— Продолжай,— скомандовал шаману Нгубиев, и тот расставил вокруг головы допрашиваемого глиняные плошки, в каждую из которых насыпал по изрядной горсти серого порошка.
По знаку шамана его помощники начали бить в барабаны, а он сам, приплясывая вокруг головы Сэма, головешкой из костра зажег порошок в плошках. Порошок начал тлеть, испуская удушливый дым.
Голову наемника со всех сторон окутал сизый туман, рассеяться которому не давал шаман, сгоняя его в один плотный клубок своим быстрым и плавным танцем.
Нгубиев завороженно наблюдал за этим процессом, в глубине души поражаясь происходящему. Из темноты появился индун Джембо и наклонил голову в приветствии.
— Чего тебе? — спросил Нгубиев.
— Питер, что это за человек? — Джембо показывал на едва заметную в дыму голову Сэма.
— Не твое дело,— отмахнулся от индуна Петруха.
— Он не из сохо?
— Какая разница, Джембо? — стал раздражаться Нгубиев.— Шакил деньги отдал?
—Отдал,— кивнул Джембо.
— Ну вот иди к себе и считай,— приказал индуну вождь баквена,— а здесь я сам разберусь...
Джембо растворился в темноте так же незаметно, как и появился. Нгубиев продолжал наблюдать за ходом «допроса».
Сэм вдруг истошно заорал, шаман дал отмашку, и барабаны замолчали. Дым вокруг головы наемника рассеялся.
— Я все скажу,— увидев Нгубиева, заверещал Сэм.— Только больше не надо этого!
В его голосе звучал животный ужас. Шаман плотоядно улыбнулся.
Опера услышали, как неожиданно замолкли тамтамы, и посмотрели друг на друга.
— Что-то Петьки долго нет,— забеспокоился Плахов,— как бы не перестарался сгоряча. Загубят единственного свидетеля, на фиг.
— Может, сходить посмотреть? — предложил Рогов и уже встал из-за стола, но Уваров его остановил.
— Не волнуйся, Василий,— покровительственно заявил изрядно «подлечившийся» нравственный полицейский.— Петруха с головой дружит.
— Как и ты...
— Не ждал я от шпиона подобной подляны,— вздохнул Уваров.— Честное слово, мужики, еще немного, и я бы его дожал.
— Угу, диваном... У вас в полиции нравов все так бухают?
Уваров не успел ответить. Только он раскрыл рот, как в бунгало бодрой походкой ворвался довольный Нгубиев.
— Порядок! — улыбаясь, объявил он.
— Этот живой? — спросил человеколюбивый Плахов.
— Пальцем не тронули! — Петруха сел за стол и, живо жестикулируя, продолжил: — Шаман поколдовал — и полный расклад. Короче, Рыбаков его нанял. Киллером.
— А Рыбаков кто такой?
— Божится, что не знает. Тот его втемную использовал... А Войцеховского он вообще никогда не видел. Вас,— Петруха кивнул Игорю и Васе,— он тоже пас по заданию Рыбакова. Тот боялся, что вы нос начнете свой совать не туда, куда положено. А вчера он его вызвал, чтобы Никиту Андреича увезти в Растенбург — говорит, у него там какие-то друзья есть.
— Что за городишко?
— Жуткое место,— поморщился Нгубиев,— сплошные сквоты. Вот и тусуются там всякие отморозки.
— Да, зря я ему сока принес,— грустно улыбнулся Уваров.— Эх, Андрюша, Андрюша...
— Данилов — их работа? — задал Плахов очередной вопрос.
— Их. Но там не срослось. Сэм со своим братом за Даниловым поехал, а когда те возле озера
остановились, огонь открыл. Рейнджера успел снять, а Данилов выпрыгнул — и ходу. Они погнались, но потеряли.
— Не врет? — Вася вскочил с царского трона.
— Духами предков клянется. А это у них самая крутая клятва,— заверил Петруха так, что все сразу поняли, что Сэм действительно не соврал.
— Значит, Данилова, скорее всего, звери задрали,— грустно резюмировал Плахов,— иначе бы объявился.
— Слушай, Петя,— спросил Рогов,— а в тех краях, где Данилов пропал, живет кто-нибудь?
— А черт его знает,— пожал плечами вождь баквена.— Надо у индуна узнать. У него и карта есть.
— Зови его,— попросил Плахов, и Нгубиев, подойдя к двери, выглянул наружу и отдал распоряжение охране.
— Ну и за каким бесом беглый военный советник хотел убрать питерского фабриканта Данилова? — Плахов потер ухо, которое едва не прокололи шипом акации во время посвящения в воины — хорошо, вождь вмешался и наложил вето...
— Смотри сам,— подумав, выдвинул свою версию Вася.— У Данилова были какие-то дела с Войцеховским. Так? Рыбаков — садовник Войцеховского. Так? Рыбаков нанимает киллера на Данилова — значит, у того были нелады с профессором...
— И что дальше?
— А дальше надо искать профессора. Мы же не знаем, какие дела у Данилова были с Войцеховским, и тот ли он вообще, за кого себя выдает.
— Думаешь, он гений преступного мира? — спросил Игорь.— Доктор Мориарти из Южной Африки?
— А чего он тогда сразу сбежал, как только мы на него вышли? — переспросил Вася.— Нет, тут явно что-то не так...
— Его мог и Жданович заказать,— вдруг заявил Уваров.— А чего? На него-то очень трудно стрелы двинуть. Может, он сюда для того и летал, чтобы всех, кого надо, замазать. А нас сюда закинул, чтобы продемонстрировать, как он заботится о судьбе своего компаньона... Вы что, их отношения знаете?
— Не очень...
— Короче, надо домой собираться,— подвел черту Плахов.— Киллера в полицию сдадим, пусть раскручивают. И Рыбакова ловят. А с Даниловым, похоже, все ясно.