Страница 3 из 23
Не очень-то и хотелось, со злостью подумал Раф. Теперь, когда дела в студии идут хорошо, у него мало времени, чтобы следить за поместьем. Да, он вносит ренту, оплачивает счета и даже иногда косит лужайки, но этого мало. Сам дом нуждается в хорошем ремонте.
Проблема заключалась в том, что на капитальный ремонт у Рафа не было денег. А если леди Элинор на самом деле так богата, как поговаривают в деревне, она определенно прячет от родных свое состояние.
Раф знал, что Кэри считает их бабушку богачкой. Он никогда не отказывался приехать к ней. Любое ее желание было для него законом. Если бы Рафу нравился его кузен, он, возможно, сообщил бы Кэри, что пожилая женщина всего лишь использует его, чтобы утолить свою жажду власти.
Как бы там ни было, Раф сомневался, что Трегеллин будет по-прежнему принадлежать их семье после смерти бабушки. Если леди Элинор не оставит внушительной суммы денег, дом придется продать. Наверняка Кэри именно этого и хочет. Раф не мог себе представить, чтобы кузен переехал сюда из Лондона, бросив ту жизнь, которую вел там.
Мужчина был почти уверен, что Элинор брала кредиты. За последние пятьдесят лет состояние, сколоченное Дэниэлсами, растратилось. Поместье и его земли стояли заброшенными. Все можно исправить, но на это потребуется время. Которого может и не быть. Грустно, но леди Элинор уже не такая энергичная, как когда-то. Как все сложится после ее смерти? Трегеллин заслуживает возрождения, а не продажи.
Раф объехал теннисный корт и остановился у главного входа. Окна особняка выходили на озеро. Ребенком Раф любил спускаться к воде и кататься на лодке.
Он вышел из машины, прихватив с собой продукты, купленные в супермаркете по дороге. Леди Элинор не одобрит того, что Раф тратит на нее свои деньги, но Джози точно обрадуется. Джози Морган всю жизнь проработала экономкой у леди Элинор и была практически членом семьи.
Раф обогнул дом и вошел через черный ход сразу на кухню. Хитчинс, пекинес, как всегда, залаял, но, заметив Рафа, ткнулся носом в его ногу, виляя хвостом.
— Шумная ты псина, — улыбнулся Раф, склонившись, чтобы потрепать собаку за ухом. Хитчинсу было уже почти четырнадцать лет. Он ослеп на один глаз, но все еще узнавал своих. Пес поскулил, просясь на руки, но Раф вместо этого стал разгружать пакеты.
Джози вошла в кухню с подносом, на котором стояли две пустые кофейные чашки и тарелка с тремя шоколадными печеньями. Раф взял одно, пока Джози рассыпалась в благодарностях за привезенную им еду.
— Филе! — воскликнула женщина с энтузиазмом. — Ты нас балуешь, Раф, правда.
— Если не я, то кто? — парировал мужчина философски. — Как моя старушка чувствует себя сегодня? Я хотел приехать вчера вечером, но меня задержали дела.
— Дела по имени Оливия? — поддела экономка, раскладывая продукты по полкам старенького холодильника.
— Ты слишком много сплетен слушаешь. А где бабуля? Пойду поздороваюсь с ней.
— Принести кофе?
Раф покачал головой.
— Не нужно. Возьму это. — Он достал бутылку пива, которое всегда привозил с собой, когда приезжал в Трегеллин. — Обойдусь без стакана, — остановил он Джози, когда та потянулась к полке с посудой. — Она в библиотеке, да?
— О, да. — Экономка заправила седую прядь волос за ухо. — Элинор слышала, что ты приехал. Она стара, но слух у нее отменный.
Раф усмехнулся и прошел через холл в библиотеку. Просторная комната была специально расположена в этой части дома из-за прекрасного вида на реку.
Леди Элинор сидела за столиком в плетеном кресле-качалке. Перед ней лежала утренняя газета, вверх кроссвордом, который был почти весь разгадан. Бабушкиным хобби стало разгадывание кроссвордов, причем она всегда стремилась закончить к одиннадцати утра. Раф взглянул на часы. Оставалось еще около пятнадцати минут.
— Я тебя долго не задержу! — воскликнула пожилая дама.
Раф с улыбкой поцеловал ее в морщинистую щеку.
— Я всего лишь посмотрел, который час. Кажется, сегодня ты не успеешь разгадать свой кроссворд.
— Это все из-за Джози. Снова заболтала меня сплетнями. Принесла кофе и решила, что нужно меня развлечь. Я тысячу раз говорила, что не нуждаюсь в ее компании.
— Но тебе же она нравится. — Раф подхватил Хитчинса на руки и подошел к окну. — И о чем вы говорили? Или мне не стоит спрашивать?
— Я рассказывала, что Кэри привезет сюда свою невесту во вторник. Надеюсь, они останутся на несколько дней. Хотя бы до выходных.
— Невесту? — Опустив пекинеса на пол, Раф повернулся к бабушке, сунул руки в карманы кожаной куртки. Прядь темных густых волос упала на лоб. — Он, должно быть, порадовал тебя. Остепенился наконец.
— Если это правда. — Элинор погладила пса, который подошел к ее креслу.
Рафу даже стало жаль Кэри. Несмотря на преклонный возраст, Элинор была очень проницательна.
— Я знакома с этой девушкой, Джульет. Она жила с родителями по соседству. Ее девичья фамилия Лоренс. Она разведена, так что не знаю, какую фамилию она решила оставить. Девушка моложе Кэри. Ее отец работал в Сити. Мать умерла, когда девочка была совсем еще ребенком, а потом умер и отец.
— Исчерпывающая информация, — отметил Раф.
— Я должна знать такие вещи, Рафаэль, — ответила Элинор раздраженно. — Не хочу, чтобы Кэри женился на какой-то проходимке. Эта девушка хотя бы из приличной семьи.
Раф пожал плечами.
— Тебе не кажется, что сейчас не лучшее время, чтобы развлекать Кэри и его подружку? Тебе ведь нездоровится…
— Я всего лишь простужена, Рафаэль. Я всегда простужаюсь весной.
— Раз ты так говоришь, хорошо. — Мужчина не собирался спорить. — Ладно, пойду посмотрю, не нужна ли Джози помощь. Если ты поместишь Кэри с подружкой в лавандовую комнату, мне лучше проверить там ванную.
Леди Элинор выглядела оскорбленной.
— Я не собираюсь селить их вместе. Кэри, как обычно, остановится в своей комнате, а мисс Лоренс может занять апартаменты Кристины.
— Не верится, что ты назвала маму по имени.
— Неужели? Кристина моя дочь, Рафаэль. То, что она выбрала жизнь, которую я не одобряла, вовсе не значит, что я забыла о ней.
— И ты простила ее?
— Я слишком стара, чтобы иметь на кого-то зуб, Рафаэль.
— Я понял. — Он направился к двери. — Тебе еще что-нибудь нужно?
Леди Элинор поджала губы.
— Джози сказала, у тебя вчера была выставка в студии. Почему ты не сообщил мне?
— Я подумал, тебя она не заинтересует.
— С чего ты взял?
— Ты ведь не одобряешь того, что я зарабатываю на жизнь, рисуя портреты. Не хочешь, чтобы я был похож на маму. Моя свобода претит тебе. Я прав?
— Мне не нравятся люди, с которыми ты общаешься, — подтвердила Элинор. — Но я никогда не запрещала Кристине заниматься тем, чем она хотела. И не собираюсь запрещать тебе. Не забывай, она сама выбрала бродячую жизнь. Таскала за собой маленького сына, о существовании которого я даже не знала. А после ее смерти я, не задумываясь, предложила тебе крышу над головой.
— Знаю.
— То, что мы на многие вещи смотрим по-разному…
— Слушай, прости, ладно?
— …не значит, что мне наплевать на тебя, Рафаэль.
— Знаю, бабушка. — Он вздохнул. — Я должен был сообщить тебе о выставке. Ты права, я поступил отвратительно. Когда я получу фотографии, сразу же покажу их тебе. Не такое уж это и событие. Так, выпили немного, посмотрели студию.
— Уверена, было очень интересно. И, кстати, ты уже давно не гостил в Трегеллине.
— У меня всегда найдется время для тебя, бабушка. А теперь мне пора бежать. Я встречаюсь с Лив Холдернесс в половине первого.
— Оливия Холдернесс? Дочь лорда Холдернесса?
— У него нет дочери. И сына тоже, тебе ведь это известно. Лив его жена. Она хочет заказать свой портрет, чтобы подарить мужу на шестидесятилетие.
— Ясно. — Леди Элинор нахмурилась. — Лорд Холдернесс женился совсем недавно, так ведь?
— Думаю, прошло полтора года. Это его третья жена. Старик меняет их с завидным постоянством.