Страница 15 из 39
— Тогда почему ты спрашиваешь?
— Честное слово, мне важно это знать.
— Ну хорошо, если это так много для тебя значит, я скажу. — Пол нервно облизал пересохшие губы. — Естественно, у меня были девушки, но только до встречи с тобой. С тех пор я ни на кого не взглянул. Ты ведь тоже, правда?
— Не знаю, что и сказать тебе. Все так запутанно, — откровенно призналась она. — Наши отношения всегда были такими… такими дружескими. А последнее время я часто задумываюсь, сумеем ли мы их изменить и стоит ли?
— Я никогда не сомневался в своих чувствах к тебе, — обиделся Пол.
— Но почему ты так уверен? — не сдавалась Джулия.
— Потому что нам нравится одно и то же, мы оба хотим завести семью, детей, иметь свой дом. Джулия, у нас очень много общего, разве не так?
— Думаешь, этого достаточно для любви? Пойми, что дом, семья, дети требуют намного большего, чем просто дружба.
— Ты сегодня исключительно невыносима! — разозлился он. — Тебе нельзя так много пить, начинаешь городить несусветную чушь! Лично я не собираюсь продолжать разговор в подобном духе!
Джулия проглотила ответную колкость, вот-вот готовую сорваться с языка. Пол ошибается, считая, что это алкоголь негативно подействовал на нее. Она вовсе не капризничает, просто старается быть предусмотрительной. Раз уж выходить замуж, так на всю жизнь, а не на пару месяцев, за которые они оба обнаружат, что не сходятся характерами, и наперебой будут требовать развода. Ее родители до сих пор горячо любят друг друга, хотя и прожили вместе почти двадцать пять лет. Их брак стал для Джулии примером, именно такой участи она желала себе и своему будущему супругу. Предполагаемый же брак с Полом стал для нее настоящим проклятием. С болью в сердце девушка наблюдала за тем, как ее спокойная, размеренная жизнь рушится у нее на глазах. Пол, по-видимому, чувствовал то же самое.
— Надо же было выбрать именно сегодняшний день для такой неприятной беседы! — разочарованно простонал он, нехотя поднимаясь на ноги. — Я уже сказал родителям, что на Рождество сделаю тебе предложение, и они, скорее всего, проболтались твоим.
— О Господи, Пол, ну зачем ты это сделал?
— «Зачем», «зачем»! — раздраженно передразнил ее молодой человек. — Я и предположить не мог, что ты поведешь себя как школьница-переросток! Я думал, что наши чувства взаимны!
Джулия беспомощно улыбнулась:
— Пол, умоляю тебя! Я не могу ответить тебе сегодня. Ты так неожиданно сделал предложение. Я должна подумать и свыкнуться с этой мыслью. Но… — Она горько усмехнулась. — Если ты не согласен ждать, скажи сразу, и мы покончим с этим раз и навсегда. Несправедливо заставлять тебя месяцами обивать порог нашего дома из-за моей нерешительности. Ты имеешь полное право жить собственной жизнью, и я пойму, если ты… прекратишь наши отношения прямо сейчас. — Она не решилась произнести страшное «бросишь», хотя оно как ни одно другое отражало смысл ее печальных слов.
В ответ Пол лишь снисходительно покачал головой:
— Джулия, Джулия. Я не хочу с тобой расставаться, у меня никого на свете нет, кроме тебя, ты же знаешь. Я, пожалуй, как ты выразилась, пооббиваю ваш порог до поры до времени, не возражаешь?
Как он великодушен! У Джулии защемило сердце. Она нежно взяла его за руку, бормоча виноватым тоном:
— О, Пол, мне так стыдно! Мне совсем не хотелось тебя расстраивать.
— Ничего. — Уверенность в счастливом будущем вернулась к нему, и голос стал тверже. — Нам некуда торопиться, поженимся в другой раз.
«Он уже может шутить об этом», — тоскливо подумала Джулия, а в глубине души позавидовала тому, как у него все просто в жизни. Ее существование тоже не было бы омрачено, не пойди они на ту злосчастную вечеринку в телевизионную студию, не встреть там Мануэля Кортеза. Господи, если бы не он, не его колдовские чары, она бы вышла весной за Пола, и кто знает, может быть, следующей весной у нее родился бы ребенок, а вместе с ним пришло долгожданное безмятежное счастье.
Пол наклонился, чтобы поцеловать ее, и она ответила со всей пылкостью, на которую была способна. Все должно стать на свои места, просто обязано!
Саманта провела в больнице три недели, и за это время они с Джулией заново крепко сдружились. С тех пор как Саманта вышла замуж, они редко встречались, и их близкие, почти родственные отношения, естественно, пострадали. Бенедикт, следуя своим бесконечным творческим порывам, не мог навешать жену так часто, как ей хотелось, и она все больше и больше привязывалась к старой подруге. Джулии, в свою очередь, дышалось гораздо свободнее вдали от Пола, и она с удовольствием целыми днями просиживала у Саманты. Та каким-то чудом прослышала о свадебном предложении и, как настоящий друг, изо всех сил старалась помочь. Женская интуиция подсказывала ей, что Джулия оказалась в затруднительном положении, и однажды вечером, ближе к концу своего временного заточения, она не выдержала и, глядя на свою осунувшуюся подругу, в сердцах воскликнула:
— К черту этого Мануэля Кортеза! Это ведь он причина всех твоих несчастий, да? Вот что я скажу тебе, дорогуша, — не дожидаясь ответа, возбужденно продолжала она, — тебе нужно еще раз увидеться с этим Кортезом и навсегда развеять миф о прекрасном сказочном принце, которого ты себе придумала. Сколько раз вы встречались? Четыре? Скажи мне как здравомыслящий человек, разве можно хорошо узнать человека за такое короткое время? Без труда можно предвидеть все, что произошло между вами, но мастерски созданный… — Саманта тщательно подбирала слова, — экранный образ великолепного кабальеро затмил твой разум.
— Но, Саманта, — отчаянно защищалась Джулия, — ты заблуждаешься, поверь мне. Даже Бенедикт заметил, что он притягивает людей как магнит. — Она вздохнула. — Ради всего святого, оставим этот разговор.
Несколько недель назойливая тень певца не преследовала Джулию, однако в конце января все же вернулась вместе с удивительным сообщением Саманты.
— Джулия, никогда не догадаешься, что я тебе скажу! — как ребенок, ликовала она. — Бену крупно повезло, его приглашают читать лекции в Калифорнийский университет. На полтора месяца, ну разве не замечательно? Они оплатят проживание и все расходы на дорогу. Мы с Тони тоже можем поехать.
Тони — так звали ее новорожденного сына.
— Просто фантастика! — Джулия чистосердечно радовалась за подругу. — Ты и мечтать не могла о таком путешествии, да еще с маленьким ребенком на руках.
— Что верно, то верно, — пропела Саманта, загадочно пританцовывая на месте. — Хочешь поехать с нами?
Джулия только и смогла, что открыть от изумления рот.
— С вами? — не веря своим ушам, переспросила девушка. — Ты смеешься надо мной! Я не смогу оплатить и половины такой поездки. А моя работа?
— Не спеши, обдумай все хорошенько, — не сдавалась Саманта. — Представь, что ты, как Бен, едешь в Калифорнию по трудовому контракту. Мне понадобится кто-нибудь приглядывать за Тони, пока я буду посещать званые обеды и вечера. Я ведь официальное лицо, жена профессора. Поможешь мне мыть посуду, купать ребенка, мы тебе заплатим. Ты всегда говорила, что любишь возиться с детьми, вот тебе реальный шанс. Жить у нас ты будешь бесплатно, Бен и с дорогой все уладит.
— Звучит очень заманчиво, — честно призналась Джулия, нервно теребя застежку на сумочке. — Но я не смогу помочь тебе, я почти ничего не знаю о маленьких детях.
— Я тоже, — успокоила ее подруга. — Вместе мы быстро освоим это несложное ремесло. А кроме того, лучше уж ты будешь рядом, чем какой-то чужой человек. Обещай, что, по крайней мере, подумаешь.
— Не знаю. — Джулия все еще сомневалась. — Слишком невероятное предложение.
— Соглашайся. — Саманта выложила свой последний козырь. — Лучшего случая проверить свои чувства к Полу не представится. Может быть, они вовсе не угасли и в разлуке превратятся в настоящую пылкую страсть. Нас не будет ровно семь недель, включая перелет туда и обратно, а когда вернемся, наступит лето, и все твои тревоги исчезнут без следа.