Флирт с маньяком

   - Я так и знала, что ты здесь! - весело воскликнула подруга, подойдя ближе. - Как твои дела? Ничего за ночь не случилось? - она уперлась взглядом в мою заклеенную пластырем руку.

   - Так, пара боевых шрамов в борьбе за право не быть изнасилованной в шесть часов утра рядом с собственным домом, - вяло улыбаясь, ответила я.

   - А глаза у тебя из-за этого мокрые? - хмуро поинтересовалась собеседница, изучая мое осунувшееся от переживаний лицо.

   - Да. Правда, щекотливый разговор с "зав кафедрой", меня тоже немного расстроил, но зато теперь Батов знает и мою версию случившегося в доме Кривошеина, инцидента.

   - Ох, Катюха, что с тобой происходит последнее время? - вздохнув, пробормотала Вера. - Сразу после института я поеду к Димке, соберу вещи и отправлюсь к тебе.

   - Спасибо, Верунчик, - растроганно пролепетала я, утирая слезы, вновь накатившие на глаза. - Ты мой самый лучший друг.

   - Не сомневаюсь, - она улыбнулась. - Ну, а теперь давай рассказывай о своих злоключениях, дорогая.

   Я поведала ей все, не упустив ни одной мельчайшей детали. Слава Богу, время нам это позволяло. Подруга внимательно слушала, изредка охая, особенно, когда я говорила ей об ударе ножом и об укусе собаки. Кровавые подробности заставляли ее морщиться, зато поведение моего героического пса привело Верку в настоящий восторг. Узнав о Каменском и его синих Жигулях, она задумалась.

   - Катя, мы должны все проверить, но так, чтобы ни Андрей, ни Валентин ничего не заподозрили.

   - Я так и собиралась поступить, - в моем голосе слышалось оживление. - Но если ты мне поможешь, наша затея получит гораздо больше шансов на удачу. Ведь не пойманный - не вор. А мне оба парня очень нравятся. Не хочется отдавать их без особой причины на съедение нашим доблестным правоохранительным органам.

   - Угу, - кивнула подружка. - Но следователю все равно сообщи об укусе преступника большой овчаркой.

   - Я поеду к нему после экзамена.

   - Мудро. Но о своих подозрениях не болтай, - нравоучительно сказала она.

   - Естественно, не буду, пока не соберу достаточно доказательств для полной уверенности.

   - С Быстровым и этим твоим... музыкантом постарайся не общаться сейчас. Любой из них может быть опасен.

   - Но я же не дура, в конце-то концов?! - ее назидательный тон мне надоел. - Знаю, что лучше держаться от ребят подальше.

   - Вот и умница, - примирительно улыбнулась Вера.

   Приняв у меня экзамен, Батов сказал, когда я собралась уходить, получив у него зачетку:

   - Зайди ко мне завтра в первой половине дня. Обсудим твою просьбу о смене преподавателя для сдачи дисциплины, которую вел Кривошеин.

   - Спасибо, - я просияла.

   - Тогда - до встречи, - мягко улыбнувшись в густую седую бороду, произнес профессор.

   - До свидания.

   Я выскочила в коридор, порхая, как бабочка. Мало того, что "зав кафедрой" поставил мне "пять", так он еще и взялся уладить мучивший меня вопрос о пересдаче проклятого экзамена. Неужели счастье, наконец, улыбнулось мне, отодвинув в сторону стаю неприятностей, дружной гурьбой преследовавших меня на протяжении последних десяти дней.

   - Катерина, это важно! - гробовым тоном произнес Егоров, преграждая мне путь. - На!

   - Что ты мне вручил? - я опешила, рассматривая белый лист, исписанный ровным почерком однокурсника.

   - Это "психологический портрет" твоего преследователя.

   - А в нем указана отличительная особенность его задней части? - смеясь, спросила Вера, которая незаметно приблизилась к нам со спины.

   - То есть? - "Мистер галстук" не понял ее реплику, о чем свидетельствовали его сложенные домиком брови.

   - Маньяка сегодня утром цапнула Катькина собака, - пояснила подруга.

   - Правда? Он снова нападал? - Андрюша обрадовался так сильно, что мне стало обидно. - Значит, я прав! Этот тип - твой знакомый, который выслеживает исключительно тебя, Катя.

   Криво усмехнувшись, я свернула презентованную мне бумажку и положила ее в пакет.

   - Почитаю как-нибудь на досуге, - пояснила я собеседнику и, взяв под руку Верку, потащила ее в сторону. - Когда ты ко мне приедешь?

   - Часов в пять, может, пораньше, - ответила та.

   - Я сейчас пойду к Петрову, потом сразу домой и буду тебя там ждать.

   - Никого не впускай, - настоятельно порекомендовала она, приняв серьезный вид.

   - Есть, капитан! - я демонстративно отдала ей честь, приложив руку к виску, как у военных. - Ваше распоряжение будет исполнено по всей строгости устава!

   - Иди, шутница, - подтолкнув меня к выходу, проговорила подруга. - И... поздравляю с высокой отметкой.

   - Тебе желаю того же, - сквозь смех ответила я.

   Вера осталась сдавать экзамен, а я отправилась во владения Степана Степановича, намериваясь порадовать его новыми сведениями о пресловутом маньяке. Настроение мое заметно улучшилось, неурядицы отступили на задний план, став менее значимыми. В голове рождались планы, а ноги, громко стуча каблуками, несли меня в отделение милиции на аудиенцию к следователю. Он очень обрадовался моему приходу. А когда услышал рассказ об укусе, расцвел окончательно.

   - Надо срочно разослать эти данные по всем больницам. Преступник должен обратиться к врачу, чтобы получить медицинскую помощь. Ваш пес, Катерина, настоящий герой.

   - Он у меня еще не то умеет! - гордо отозвалась я, довольная похвалой в адрес Лари. - Умная собака и... верная.

   - Скажите мне, пожалуйста, одну вещь, - задумчиво произнес Петров. - Как давно на Вас начались нападения?

   - Несколько дней назад.

   - А раньше ничего странного не происходило?

   - В каком смысле? - я непонимающе заморгала, а в голове возникло происшествие с иномаркой, которую мне удалось отправить в кювет.

   - Вам никто не угрожал? Может, были ссоры с кем-нибудь? - следователь задавал мне наводящие вопросы, стараясь выведать как можно больше информации, способной помочь делу.

   Я сидела молча, закусив губу и сцепив пальцы рук. В голове, сражаясь друг с другом, кружились противоречивые мысли. "Сказать или не сказать? Скрыть или не стоит? А если бандитов выпустят, и они придут ко мне с разборками? Хотя, с другой стороны,... вдруг, они и есть причина появления в моей жизни "полосатого придурка"? Сколько можно прятаться, скрываясь от себя самой? Разве смысл моего существования в трусости? В конце концов, вымогателей арестовали по другим причинам, так что рассказ о них, вряд ли, повлечет за собой роковые последствия. Они и так за решеткой. Одним преступлением больше... какая теперь разница!"

   - Десять дней назад меня похитили двое бритоголовых парней, затолкав в машину неподалеку от дома. Я умудрилась разбить их автомобиль, за что эти хлопцы вымогали большую сумму денег. Но у них ничего не вышло, так как за день до расплаты "Отряд по борьбе с организованной преступностью" сцапал всю честную компанию прямо на Московском проспекте. Сейчас те, о ком я говорю, сидят в следственном изоляторе.

   Собеседник выспросил у меня все подробности этой истории, он выглядел чрезвычайно озабоченным и очень заинтересованным. Когда Степан Степанович подробно записал мой рассказ, он негромко сказал:

   - Возможно, они кого-то наняли, чтобы отомстить Вам.

   - Нет, их арестовали совсем по другой причине, я сама видела, - уверенно откликнулась я.

   - И все же... стоит проверить версию, - он улыбнулся. - А Вы пока будьте осторожней.

   - Постараюсь.

   Мы распрощались у двери его кабинета, до которой Петров меня проводил. Мне был приятен следователь. В нем чувствовалась доброта и ум, любовь к своей работе и человеческое отношение к людям. И трудился мой новый знакомый не за галочки, а на благо общества, в этом я не сомневалась. Наши с ним отношения перешли из сугубо формальных в более теплые и дружеские, я ощущала его заботу о моей судьбе и его беспокойство за мою жизнь. Одним словом, у меня появился человек, к которому в трудную минуту я всегда могла обратиться. И обращалась, потому что эти самые минуты больно уж зачастили.