Страница 4 из 33
Адриан пренебрег ее возражениями.
– Кэтрин, бессмысленно со мной спорить. Если я решил проводить вас, то провожу, и никакие ваши аргументы не заставят меня изменить свое решение. Так что перестаньте упрямиться и идемте.
– Думаю, мое упрямство не идет ни в какое сравнение с вашим, – пробормотала Кэтрин, зашагав по улице.
– О да, вы совершенно правы. Про меня говорят, что я упрям, бескомпромиссен, эгоцентричен и немного деспотичен.
– Гм, в вас и в самом деле есть диктаторские наклонности, – произнесла Кэтрин, стараясь, чтобы ее голос прозвучал строго. Она уже не сердилась на него, но ему необязательно знать об этом. Пусть не думает, что ею так легко можно манипулировать.
Адриан взял ее под руку, и она с некоторым удивлением осознала, что ей это приятно. В глубине души она даже радовалась, что ее босс оказался таким упрямым и настоял на том, чтобы проводить ее. Если честно, то ей было бы не по себе идти по ночному городу одной.
– Вы так считаете? – поддразнил ее Адриан.
– Безусловно. Но я, разумеется, не позволю себе восстать, – подыграла Кэтрин. – Я знаю свое место.
Адриан рассмеялся.
– Думаю, мы с вами поладим, Кэтрин.
– На вашем месте я бы не была так уверена, босс. Боюсь, я недолго пробуду в «Городских новостях», и это очень печально, так как я считаю за честь работать в одной из лучших газет Западного побережья.
Слова Кэтрин доставили Адриану огромное удовольствие. Он гордился своими газетами, и особенно «Городскими новостями» – своего рода флагманским кораблем. Несмотря на молодость Кэтрин и явно недостаточный опыт в издательском деле, ее одобрение было ему очень приятно.
– А почему вы так поздно пришли в редакцию? – поинтересовалась Кэтрин, потом недоуменно нахмурилась. – До меня, кажется, только сейчас дошло, что вы как будто ожидали, что найдете там кого-то. – Она удивленно взглянула на него. – Вы как будто были готовы к… стычке.
Адриан усмехнулся. Он был уверен, что рано или поздно она задаст ему этот вопрос, ибо производила впечатление человека сообразительного. Но, несмотря на его влечение к ней, он пока еще не определился, что можно ей сказать, а что пока не стоит.
2
– Это долгая история, – ответил Адриан, немного помолчав. – Однажды вечером после работы я застал нашего предыдущего помощника редактора в редакции, когда он вносил изменения в уже проверенные гранки, и мне пришлось его уволить. Я подумал, что кто-то мог решить продолжить его дело, когда меня предположительно нет в городе.
Кэтрин задумчиво нахмурилась, а потом ее лицо прояснилось так внезапно, словно озарилось изнутри светом невидимой лампы.
– Тогда это все объясняет.
Адриан вскинул брови, не понимая, что же такое могло прийти в светлую головку нового помощника редактора.
– Что объясняет?
– Ошибки. Небольшие неточности, постепенно перерастающие в более серьезные просчеты. Бог ты мой, а я-то думала, что попала в «Городские новости» из-за некомпетентности предыдущего работника, а дело, оказывается, в том, что против газеты ведется самый настоящий саботаж! – Она снова нахмурилась. – Но, господи помилуй, почему? Я имею в виду, это ведь не какая-то федеральная пресса, а всего лишь местная еженедельная газета небольшого города и… – Кэтрин осеклась, словно обдумывая мысль дальше, потом продолжила: – Кажется, я поняла. В «Городских новостях» поднимаются такие вопросы и проблемы, которые кому-то очень хотелось бы замолчать. Газета называет все и всех своими именами, а в этом случае у нее неизбежно должны были появиться враги. Да-да, теперь мне это совершенно ясно. Это же самый настоящий саботаж!
Адриан напрягся. Либо эта женщина умеет читать мысли, либо очень умна, либо… Третий вариант ему не хотелось называть даже мысленно. Однако импульсивное желание доверять Кэтрин Крэнфилд несколько поколебалось.
– Как это вы так быстро все просекли? – поинтересовался он прохладным тоном.
– Все очень просто, – отозвалась она, продолжая идти вперед. – Дело в том, что перед устройством в газету я проделала определенную домашнюю работу. Я перечитала кипу старых номеров «Городских новостей», а также подшивки за последние месяцы и заметила все чаще появляющиеся недочеты, а порой и откровенные ляпы, которые начались почти сразу после того, как был взят на работу новый помощник редактора, то есть приблизительно месяца три. А когда появилось объявление, что газете вновь требуется помощник редактора, я подумала, что предыдущий оказался недостаточно компетентным, поэтому его уволили. Мне и в голову не приходило, что мой предшественник вел подрывную работу в газете. Я почему-то всегда считала, что такое возможно лишь в большой политике и крупном бизнесе, но, как видно, ошиблась.
Адриан улыбнулся и покачал головой, не понимая, как мог хоть на минуту усомниться в благонадежности Кэтрин Крэнфилд. Ее объяснения были вполне логичными. На ее месте он проделал бы такую же домашнюю работу, отметил бы те же проблемы и в конце концов пришел бы к аналогичным выводам.
– Вы провели целое журналистское расследование, Кэтрин, – одобрительно заметил Адриан. – Прямо как настоящий детектив.
– Иногда разница между журналистом и детективом не так уж и велика. Но вернемся, как говорится, к нашим баранам. Скажите, ваши неприятности все еще продолжаются?
– К сожалению, да, – отозвался Адриан.
– Какого рода неприятности?
– Кэтрин, время близится к полуночи. – Адриан улыбнулся и покачал головой. – Вы устали, я совершенно вымотался в дороге, к тому же утром нам с вами предстоит готовить выпуск. Давайте отложим обсуждение этих проблем на потом. Вначале нужно закончить подготовку очередного номера. Так что больше ни слова о работе, хорошо?
Решив, что Адриан по-прежнему ей не доверяет, Кэтрин пожала плечами и натянуто улыбнулась.
– Как скажете, босс.
Весь оставшийся путь до ее дома они обменивались ничего не значащими фразами и незначительной информацией о себе. Кэтрин узнала, что Адриан родом из Сан-Франциско, а она рассказала ему, что переехала из Сиэтла в Портленд около двух месяцев назад. Еще они поговорили о том, в какое время года лучше всего путешествовать, поделились своими впечатлениями от выставки работ молодого художника в художественной галерее Портленда, и на этом их общение друг с другом закончилось. Они вели себя так сдержанно и как-то даже отстраненно, словно и не было той искры взаимного влечения, которая пробежала между ними в редакции.
По всей видимости, думала Кэтрин, на моем пути повстречался такой же осторожный человек, как и я. И это хорошо. Это меня вполне устраивает. Мне не нужны никакие осложнения, связанные с отношениями между мужчиной и женщиной. Они мне совершенно ни к чему.
Пока они шли к ее дому, Кэтрин была удивлена, сколько людей знают Адриана Челтенхема и приветствуют его. Это были и работники круглосуточных магазинов, и уличные полицейские, и даже подростки. Все тепло здоровались с владельцем «Городских новостей», и он отвечал им с такой же искренней, теплой улыбкой и рукопожатием. Очевидно, в этой части города Адриана Челтенхема хорошо знают и уважают.
Когда они подошли к дому Кэтрин, Адриан настоял на том, чтобы проводить ее до дверей. Она вначале хотела возразить, что в этом нет необходимости, но потом передумала, вспомнив его совет, что с ним бесполезно спорить. Да, если честно, ей и не хотелось. Ей было приятно его внимание, его заботливость.
А что, если он сейчас попытается поцеловать меня? – промелькнуло в голове Кэтрин. Но я конечно же не позволю ему этого. Или позволю? Сердце ее забилось в учащенном ритме.
Однако ее волнения оказались напрасными. Адриан не выказал ни малейшего желания поцеловать ее. Он просто попрощался с ней, пожелал спокойной ночи и ушел.
Открыв дверь ключом, Кэтрин вошла в небольшую меблированную квартиру, которую сняла, приехав в Портленд. Разумеется, она рада, что ее новый шеф оказался настоящим джентльменом. Между ними не должно быть ничего, кроме исключительно деловых отношений, не так ли? И она испытывает облегчение, что Адриан Челтенхем придерживается того же мнения.