Страница 23 из 28
Так он никогда не целовал ее. Была страсть, была жадность, но такая пронзительная нежность…
Кэролайн уговаривала себя не отвечать на поцелуи, оттолкнуть Фернандо, но тело неожиданно отказалось подчиняться разуму. И разум сдался. Кэролайн слабо застонала и растворилась в сладости поцелуя, она едва могла дышать.
Рука Фернандо скользнула под юбку, пальцы потянули за тонкие кружева трусиков, и они неслышно упали на пол. Другой рукой он поспешно расстегивал «молнию» на своих брюках.
— Фернандо! — взмолилась она, но это прозвучало скорее как призыв, а не как протест.
Господи, помоги! — мелькнуло у Кэролайн в голове.
Фернандо не слышал и не видел ничего, он жаждал только Кэролайн.
— Хочешь, чтобы я остановился? Уверен, что нет, но ты сама скажи. Скажи, чего ты хочешь?
— Да! Да! О-о-о не-е-е-т… — застонала Кэролайн, когда Фернандо дотронулся до пушистого холмика внизу живота. Дотронулся нежно, интимно. — Нет, не останавливайся! Пожалуйста, не останавливайся. Еще, еще… Возьми меня! Сейчас… здесь…
Эти слова были как указание к действию. Фернандо поднял ее на руки и подошел к стене. Кэролайн, прижавшись к ней спиной, обвила ногами его бедра, и он вошел в нее с легким стоном удовольствия. Он двигался осторожно, с каждым разом погружаясь все глубже и глубже, растворяясь в сладости и влажности ее сокровенного места.
Кэролайн резко открыла глаза. Господи, какую дикую картину они представляют: он в брюках, спустившихся до колен, она в юбке, задранной до пояса. Разве можно уважать женщину, которая позволяет мужчине проделывать с ней этакое?! Но все сомнения Кэролайн были сметены лавиной накрывшего ее экстаза, и в то же время она услышала обессиленный стон Фернандо, выплеснувшего в нее свое семя. Его голова упала ей на плечо, губы прижались к шее в горячем поцелуе.
Кэролайн плотно зажмурилась. Боже, что она натворила! Позволить ему бесстыдно овладеть ею после оскорбительной реакции на сообщение о беременности?! Ну почему, когда дело касается этого мужчины, она забывает и о стыде, и о гордости?
Измученная и опустошенная, невероятно уставшая Кэролайн опустила ноги на пол и побрела в гостиную. Рухнув на диван, она молила Бога, чтобы Фернандо ушел и оставил ее в покое. Она не хотела его видеть.
Кэролайн не слышала, как он вошел в гостиную, и заметила Фернандо только тогда, когда он нечаянно задел кресло, стоявшее у окна.
— Ты в порядке? — спросил Фернандо, заметив, что Кэролайн смотрит на него.
В порядке?! Да как у него только язык повернулся задать такой вопрос сейчас?!
— Да, все хорошо, — тем не менее ответила Кэролайн. — Насколько это возможно в моем положении, — добавила она чуть слышно.
— Кэролайн, мы не должны… — Фернандо запнулся. — Нам не следовало бы… — Он умолк.
В первый раз Кэролайн видела его неуверенным и растерянным.
— Чего не следовало, Фернандо?
Он отвел глаза в сторону.
— Заниматься любовью так.
— Разве это любовь? — печально заметила Кэролайн. — Знаешь, как это называется? «Перепихнуться по-быстрому», вот как.
Фернандо нахмурился.
— Так зачем ты умоляла меня сделать это?
Кэролайн резким движением отбросила волосы с лица.
— Неуместный вопрос. Так получилось.
— Ну-ну! — Он посмотрел на ее живот. — А какой срок?
— Я все равно сохраню ребенка, — вызывающе ответила Кэролайн. — И тебе не удастся переубедить меня!
Фернандо не сразу понял, что Кэролайн имела в виду, но, когда понял, вспыхнул от негодования.
— Ты что, действительно думаешь, что я стану это делать? Переубеждать тебя? Зачем ты так говоришь? Чтобы оскорбить или обидеть меня? Пойми, я просто был шокирован новостью, которую ты мне сообщила. Я растерялся, ты застала меня врасплох.
— Мы оба растерялись, — согласилась Кэролайн. — Это естественно. Но я не хочу, чтобы ты считал, будто это… ловушка.
— Да мне и в голову такое не приходило! — возмутился Фернандо. Он посмотрел на ее побледневшее от напряжения лицо. Как ему хотелось сейчас обнять, успокоить Кэролайн! — Ты мне так и не сказала, какой срок.
— Восемь недель, — ответила она и улыбнулась, поняв, как Фернандо начал подсчитывать в уме. — Это, должно быть, случилось в Париже, — подсказала она. — Да какая теперь разница где! Я только хочу, чтобы ты раз и навсегда усвоил: я ни за что не прерву беременность и буду рожать. И смогу сама воспитать ребенка.
— А я?! — разозлился Фернандо. — А как же я?! Ты, я вижу, уже все распланировала на годы вперед! А для меня в твоем сценарии нашлась роль?! Хотелось бы знать какая?!
— Ты сможешь принять участие в его воспитании, как сам посчитаешь нужным, — спокойно глядя ему в глаза, ответила Кэролайн.
— И это все, что ты хочешь? — поразился Фернандо.
Кэролайн промолчала. Конечно, она хотела не этого. Но то, чего она действительно хотела, было нереальным. Счастливая семья, Фернандо в роли мужа и отца — разве такое возможно? Он никогда не заговаривал с ней об этом, не намекал, что подумывает о создании семьи. А сейчас, даже если он и предложит выйти за него замуж, она не примет такого «подарка». Зачем? Чтобы потом всю жизнь мучиться осознанием факта, что он женился на ней только из чувства долга?
— А чего большего я могу желать при такой ситуации? — не скрывая горечи спросила Кэролайн.
Сердце Фернандо сжалось от боли. Он понял, насколько трагично сложились для нее обстоятельства: каково было Кэролайн обнаружить, что она беременна, решиться рассказать ему об этом, выслушать его безумные подозрения, когда ни в чем не виновата?
— Сварить тебе кофе? — растерянно спросил он.
— Я не хочу, — прошептала Кэролайн.
— Нет, тебе просто необходимо подбодриться, — настаивал Фернандо. — Извини, но ты выглядишь ужасно!
У нее не было сил препираться, по правде говоря, она действительно чувствовала себя отвратительно.
Фернандо сварил кофе и разливал его по чашкам, когда из гостиной донеслись какие-то странные звуки, а затем громкий крик Кэролайн. Стремглав он бросился в гостиную.
Кэролайн стояла согнувшись, обхватив руками живот, и стонала.
В один прыжок Фернандо оказался рядом с ней.
— Кэролайн, дорогая!
Она взглянула на него полными боли глазами.
— Что, что с тобой?!
— Я… — Кэролайн с ужасом смотрела на свои ноги, по которым тоненькими струйками сочилась кровь. — Фернандо! Как больно! Ужасно больно! Помоги! — прошептала она. — Пожалуйста, помоги…
Фернандо бросился к телефону и молниеносно набрал номер «скорой».
— Что ты делаешь? — превозмогая боль, спросила Кэролайн.
— Вызываю «скорую».
— Я не хочу в больницу.
— Кэролайн, без капризов. Так надо! — строго отрезал Фернандо. Объяснив диспетчеру, что случилось, и продиктовав адрес, он положил трубку. — «Скорая» уже выехала. Позвать Норму?
— Да.
— А она знает? О ребенке?
— О каком ребенке?! — Кэролайн забилась в истерике. — Не будет никакого ребенка, тебе не ясно?! Нет, я ей еще ничего не говорила.
Норма влетела в квартиру одновременно с врачом и санитарами, несшими носилки. Она бросила взгляд на лежащую на диване сестру и, стиснув кулачки, разъяренной фурией накинулась на Фернандо:
— Что случилось?! Что ты с ней сделал?!
— Твоя сестра беременна, — ответил он, еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить в ответ.
— Ублюдок! — прошипела Норма.
— Норма, — слабо позвала Кэролайн, — Норма, не надо…
— О, Кэрри! Дорогая, что с тобой?
— Думаю, выкидыш. Норма, я, кажется, потеряла ребенка. — Произнесенные вслух страшные слова окончательно сломили Кэролайн, и она разрыдалась.
— Перекладывайте на носилки, — приказал врач санитарам, быстро осмотрев Кэролайн.
Она замотала головой.
— Нет-нет, я сама!
— Кэролайн! Или тебя положат на носилки, или я на руках понесу тебя до больницы, — вмешался Фернандо. — Так как?
Непреклонные нотки в голосе Фернандо заставили ее подчиниться.
— Ваш муж…
— Он мне не муж, — перебила врача Кэролайн.