Страница 29 из 32
И он вошел в свой кабинет, хлопнув дверью.
Делия попыталась осмыслить произошедшее. Значит, Крейг вмешался, чтобы помочь ей. У нее сердце запело от радости. Он думает о ней!
Впрочем, конечно же, он это сделал из гордости. Радость ее сразу померкла. Она вспомнила, с какой горечью он воспринял известие о том, что она потеряла это место, как винил в этом себя. И теперь всего лишь исправил положение дел. Вот и все.
Несколько раз она хотела позвонить и поблагодарить Крейга, но не решалась. Когда, наконец, все же набрала его номер, секретарь ответила, что его не будет на работе несколько дней. По домашнему номеру отвечал автоответчик. Наверное, он уехал куда-нибудь с Алисон. Больше Делия ему не звонила. Он совершенно очевидно давал понять, что их уже ничто не связывает.
Единственной связующей нитью, могла быть та фирма, которая использовала детский труд на своих предприятиях. Крейг добился в этом деле всего, чего хотел. Когда акции компании упали до предельного уровня, совет директоров был вынужден изменить политику. Фабрики за рубежом были закрыты, вновь открыли английские фабрики. Либридж и Дерхем ушли в отставку «по состоянию здоровья», причем безо всяких премий.
Брайан, как мог, портил ей жизнь. Несколько раз она просила его сдать ей дела по всей форме, но, несмотря на обещания, встреча так и не состоялась. Неожиданно Брайан объявил, что состояние здоровья не позволяет ему ни дня оставаться на работе, и больше его на «Орчид» не видели. Так что Делии пришлось совершенно самостоятельно осваивать новые обязанности. Дело осложнялось тем, что Брайан, как выяснилось, очень многое скрывал от нее. Делия первой приходила на работу и уходила последней. В субботу она работала до обеда и уносила домой гору документов.
Она была даже рада, что голова ее постоянно забита мыслями о работе и это не дает ей тосковать по Крейгу. Только ночью, ничто не мешало ему вновь воцаряться в ее душе.
В одну из таких, суббот, вернувшись домой, она увидела у дверей своей квартиры Алисон. Девочка радостно бросилась в ее объятья.
— Как хорошо, что вы, наконец, вернулись! Я ждала и ждала. Боялась уже, что придется уйти, так и не повидав вас.
У Делии на языке вертелась тысяча вопросов, но с ними явно нужно было подождать. Алисон выглядела бледной и несчастной.
— В чем дело? — спросила Делия. — Что-нибудь с папой? Это он тебя послал?
— Нет, папа не знает, что я здесь. Я ему говорила, что хочу увидеться с вами, но он не разрешил.
Делия вздохнула. Как это похоже на прежнего Крейга!
— Но ты все же пришла?
— Да, потому что лучше папы знаю, что делать. — Алисон помолчала, как бы собираясь с духом, потом спросила: — Мисс Саммерс, вы с папой любите друг друга?
— Да, — просто ответила Делия.
Алисон облегченно вздохнула, как будто покончив с самым трудным.
— Я так и думала. Когда я вернулась, вы почти не разговаривали. Атмосфера была такая напряженная, — продолжала она трагическим голосом. — Так бывает, когда люди неравнодушны друг к другу.
Делия улыбнулась.
— Очень неравнодушны. По крайней мере, я. Я думала, что он тоже, но он велел мне уехать.
Алисон кивнула.
— Папа иногда бывает ужасно глупым, — подтвердила она.
— Понимаешь, он подумал, что является причиной того, что меня не повысили на работе. А меня, в конце концов, все же повысили. Причем, кажется, с его помощью.
— Я так и думала, — заметила Алисон. — Хорошо, что я приехала. Я попросила бабушку привезти меня сюда, но она отказалась, поэтому мне пришлось ей соврать. Она думает, что я в кино с подругой.
Делия провела ее на кухню и поставила чайник.
— Твоя бабушка? Она сейчас у вас?
— Да, и мне это не нравится.
— А мне казалось, ты ее любишь. Разве ты не у нее гостила?
— Я гостила у другой бабушки, папиной мамы. А это бабушка Джиллиан. Она все время злится, потому что суд отдал меня папе. И все твердит, будто он не способен ухаживать за мной, а он очень даже способен. Но мне придется с ней жить, пока он не вернется из больницы.
— Алисон, он что, болен?
— Нет. У него операция на глазах. Он никак не мог на нее решиться и вдруг неожиданно решился.
— Ты хочешь сказать… он может прозреть?
Делия с трудом выговорила эти слова.
— Вероятность около тридцати процентов, — со знанием дела ответила Алисон. — Он старается не возлагать больших надежд.
В Делии боролись два чувства: счастье и обида. У Крейга критический момент в жизни, а она не может быть рядом с ним, потому что он не желает этого. Он отослал ее от себя, потому что не хочет, чтобы она была привязана к слепому. Если к нему вернется зрение, у них появится надежда. Но он не стал просить ее о помощи в такой ответственный момент. Какая любовь выдержит эту обиду?
Она машинально расставила чашки, стараясь ни словом, ни жестом не выдать охватившие ее чувства.
— Ты хочешь поесть?
— Да, пожалуйста! — сразу же согласилась Алисон. — Бабушка занимается на курсах современного питания, а практику проходит на мне. Вчера вечером, она приготовила что-то такое, что она называет супом, но выглядел он так, будто в нем мыли посуду. Честно говоря, я ужасно скучаю по яйцам и чипсам.
— Сейчас будет сделано!
Режь картошку, приказывала себе Делия. Сосредоточься, думай только о еде. Отбрось мысли о том, что он выгнал тебя. Разогрей сковороду. Ты не нужна ему. Разбей яйца. Сосредоточься. Может быть, от этого станет легче.
— А почему он никак не мог решиться на операцию? — наконец, спросила она.
— Думаю, потому, что это его последняя надежда, — медленно ответила Алисон. — Если не получится, больше надеяться не на что. А это еще тяжелее, чем слепота.
Делия кивнула, соглашаясь с мнением ребенка. Алисон, как никто, понимала своего отца.
— Как вкусно! — воскликнула Алисон. — Как бы я хотела, чтобы со мной остались вы, а не бабушка!
— А почему не…
Делия остановилась в нерешительности.
— Мама уехала в отпуск, — ответила Алисон безо всякого выражения.
— С мистером Элвордом?
— Нет, это было уже давно. Теперь это Рой — ой, нет, Рой был в прошлом году. Теперь это Джо… или еще кто-то. Я забыла.
— Понятно, — мягко сказала Делия.
— Это неважно. У меня есть папа. — Потом Аллисон вдруг добавила: — Я бы очень хотела, чтобы вы были вместе. Это было бы так здорово!
Делия похлопала ее по плечу.
— А от Дженни есть новости? — спросила она.
— О да! — Лицо Алисон просветлело. — Дженни ведь вернулась к нам, но дорогу переходить не может, и, думаю, никогда уже не сможет. Если операция не удастся, папе придется искать себе новую собаку. А Дженни будет жить у нас просто так.
— Ей это не понравится.
— Да, пожалуй, — согласилась Алисон. — Она привыкла, что в ней нуждаются. Была всегда такая гордая, когда на нее надевали ошейник. Конечно, она будет ужасно переживать, если ее оставят дома, а ее работу доверят другой собаке. Но я буду очень ее любить, чтобы она так не переживала. Бабушка говорит, что Дженни стареет и это все равно бы произошло, но тут совсем другое дело.
— Да, то была бы почетная пенсия, — согласилась с ней Делия. — А так Дженни будет думать, что она не справилась. Ох, Алисон, мне так жаль! Это ведь моя вина.
— Правда?
— Я же ее сбила.
— Я забыла про это. Вы просто как друг теперь. Я могу разговаривать с вами, как больше ни с кем. Гораздо лучше, чем с бабушкой. Иногда даже лучше, чем с папой.
— Твой отец не простой человек.
— Нет, — с чувством сказала Алисон, и они улыбнулись друг другу, как заговорщики.
— А когда все это произошло?
— Через неделю после того, как вы уехали. Папа вел себя очень, очень тихо. А потом вдруг заговорил об операции, стал спрашивать, что я думаю по этому поводу. А потом сказал, что поговорит с доктором. Он даже попросил меня пойти вместе с ним к доктору. Раньше он никогда не брал меня с собой к нему.
— Очень хорошо, что ты пошла вместе с ним.