Страница 22 из 24
— Если Кэти оставила тебя, значит, это ее обдуманное решение. И что бы я ни сказала, она его не изменит.
— Поговори со своим мужем. Он может на нее повлиять.
— О нет, я не собираюсь влезать в семейные ссоры. Ты сам себе все устроил, продав эту историю прессе, вот теперь и выбирайся сам! — Все ее возмущение и злость хлынули через край.
— Ты, самоуверенная маленькая дрянь, если ты не поможешь мне, я позвоню своему другу репортеру и скажу, что у меня для него есть еще одна история!
— Ты не посмеешь. — Но страх уже сковал Пандору. Ей никогда не удастся освободиться от его цепких щупальцев. Он крепко держит ее и не даст ей уйти. Зак будет унижен снова. Неужели это никогда не кончится?
С торжествующей улыбкой Ставрос приблизился к ней.
— Мой друг очень жаден до деталей. Я расскажу ему, как ты соблазняла меня, как ты ложилась, он оглянулся, — на этот любимый коврик Зака…
— Я не собираюсь все это слушать! — Она вскочила на ноги. Аки был прав — она чувствовала запах алкоголя даже с такого расстояния. Ставрос был пьян.
Но ей не удалось проскользнуть мимо него к двери. Он схватил ее за плечи и прижал к себе.
— Я расскажу, как ты стонала от страсти, когда я…
— Отойди от меня!
— Разве я не предупреждал тебя, чтобы ты не приближался к моей жене? — Тихий, угрожающе низкий голос Зака заставил Пандору вздрогнуть. Он стоял в дверях, одетый в темный костюм, его странная неподвижность была пугающей.
Ставрос тут же отпустил Пандору.
— Она… она сама этого хотела. Она влюблена в меня, как кошка.
Проклятый Ставрос! Пандора знала, какой у нее растрепанный вид. Дрожащей рукой она отбросила челку со своих глаз.
— Зак…
Глаза Зака превратились в лед. Холодный и бесконечно далекий лед.
— Для тебя вход в этот дом теперь закрыт, Политсис. Уходи! Тебе повезло, что ты муж моей сестры, иначе я вызвал бы полицию и ты отвечал бы перед законом за оскорбление действием.
— Я тебя не трогал.
— Но ты тронул мою жену!
Смесь страха и ненависти исказила черты Ставроса. Он двинулся к двери, но у порога остановился.
— Я ухожу. Но вы пожалеете об этом… — Зак холодно рассмеялся.
— Я знаю, ты уж постараешься. Но жалеть придется тебе, если ты причинишь вред хотя бы одному из Кириакосов. Держись подальше от нашей семьи. Или будь готов отвечать за последствия.
— Как он меня напугал, — закрыв лицо руками, выдохнула Пандора.
— Мне нужно было превратить его за это в кисель.
— Я скорее испугалась не Ставроса, а его угрозы, потому что между нами все было бы кончено. Но больше всего я боялась, что ты поверишь ему, когда он сказал…
— Что ты влюблена в него? Она потерянно кивнула.
— Да. И что я предала тебя. Кровь бросилась ему в лицо.
— Никогда. Ты моя жена.
Пандора почувствовала, как огромная тяжесть свалилась с ее сердца.
— Он приходил увидеть тебя — ты не отвечал на его звонки. А еще хотел заставить меня уговорить Кэти вернуться.
Зак взял телефон, и Пандора услышала, как он велел кому-то внимательно смотреть за домом, где остановилась Кэти.
— Значит, вот откуда ты узнал, что он был здесь. Тебе позвонила охрана?
— Да, они вели наблюдение. Но не потому, что я не доверяю тебе со Ставросом, — торопливо добавил он, вдруг сообразив, как могут быть истолкованы его слова. — Меня беспокоило, как бы какой-нибудь слишком рьяный репортер не проник в дом.
— Зак, мне нужно тебе кое-что сказать.
— Что?
— Знаешь, я думала о том, почему вышла за тебя замуж. За красивого, чувственного, невероятно притягательного мужчину, от которого не отказалась бы ни одна женщина. Я была так ошеломлена, что даже не спросила, почему ты выбрал именно меня. — Зак хотел что-то сказать, но она остановила его: — Подожди, я еще не закончила. И я осталась с тобой, когда узнала, что тебе нужна совсем не такая невеста, потому — и это было, наверно, самой большой ошибкой в моей жизни, — потому… что любила тебя.
— Ты меня… любишь?
— Конечно, я люблю тебя, Зак. Вот в этом-то и заключается часть проблемы. Потому что ты Зак Кириакос. Ты слишком совершенен. И твоя единственная ошибка, которую ты допустил в своей совершенной жизни, — это женитьба на мне.
— Я думал, ты меня ненавидишь, — медленно произнес он, глядя на нее широко открытыми глазами.
Пандора еле сдержала готовый вырваться у нее смех — таким нелепым ей показалось его замечание. Разве нашлась бы в мире хоть одна женщина, которая могла бы его ненавидеть?
Телефонный звонок нарушил напряженную тишину. Зак не шелохнулся. Пандора начала подниматься, чтобы взять трубку.
— Не надо. Уже почти полночь, — сказал Зак. — Нам нужно закончить разговор.
Стук в дверь прервал его.
— Что там такое? Аки вошел в комнату.
— Звонит ваша сестра.
— Скажи ей, что я занят, — отрезал Зак. Но, заметив взгляд Пандоры, уже мягче добавил: — Я перезвоню ей. Позже.
— Она говорит, это срочно. С мистером Политсисом произошел несчастный случай. Сейчас он в больнице в критическом состоянии.
Кэти нервно мерила шагами комнату ожидания. Ставрос все еще в операционной, сообщила она им сдавленным голосом.
— Он приехал к дому Стэйси и начал барабанить в дверь, выкрикивая угрозы. Двое твоих охранников пытались его утихомирить. Он оттолкнул их и бросился прочь. Через полчаса позвонили из полиции. Ставрос гнал на опасной скорости, создавая аварийную ситуацию. Они начали погоню. Его машина врезалась в бетонное ограждение. — Слезы потекли у нее из глаз. — Мне сказали, что он в больнице в критическом состоянии. А сейчас — сейчас врачи не говорят мне вообще ничего.
— Подожди, через минуту я все выясню. — Зак тронул ее за плечо и исчез в дверях.
— Это ожидание просто убьет меня. Господи, уж этого я совсем не хотела…
Пандора села с ней рядом. Кэти уткнулась заплаканным лицом ей в плечо.
— Как я обрадовалась, что у нас будет ребенок. Я так хотела его! Думала, это может все исправить, заставит Ставроса наконец образумиться, хотя он никогда особенно не любил детей. Но потом Ставрос сделал эту… ужасную вещь… — Кэти закрыла лицо руками, и ее плечи начали вздрагивать. Она достала носовой платок и поднялась. — Я пойду в туалетную комнату, мне нужно умыться.
Как только Кэти вышла, вернулся Зак.
— Где Кэти?
— Пошла умыться. — Пандора внимательно посмотрела на него. — Плохие новости?
Зак опустился на стул рядом с ней и медленно провел рукой по лицу.
— Он потерял много крови, к тому же у него серьезная мозговая травма. — Зак тяжело вздохнул. — Всего пару часов назад я хотел, чтобы Ставрос навсегда исчез из нашей жизни. А сейчас он может умереть… И я все время буду помнить, что желал ему этого.
— Это не твоя вина. Не ты же устроил аварию. — Она обняла его за плечи. — Не ты заставлял его пить, садиться за руль и гнать машину, словно он преступник, уходящий от погони.
Он прислонился щекой к ее волосам.
— Спасибо тебе. Я хотел, чтобы ты была моей. Только моей…
— Зак…
— Я знаю, я просто дикарь. Я не тот совершенный человек, которым ты меня представляешь, — я им только всегда старался быть.
— Зак, послушай меня. Я твоя. Только твоя. И для меня ты совершенен. — Ее руки обвились вокруг его шеи. — И не только ты хотел, чтобы Ставроса не было. Я сказала тебе, что он умер, — я думала, надеялась, что это так и есть… Мне так было намного легче… — Ее губы дрогнули.
— Я должен перед тобой извиниться. — Он поднял руку и коснулся ладонью ее щеки. — Я никогда не считал себя жадным человеком, пока дело не дошло до тебя. Мысль о том, что ты спала со Став-росом, сводила меня с ума, я… ревновал.
— Ревновал? — Она была ошеломлена. — Но, бога ради, Зак, почему ты должен ревновать к Ставросу? Он не стоит даже твоей тени. Ты гораздо лучше его — того, кем он мог бы когда-нибудь стать.
И как только она это сказала, вся горечь, разъедавшая его изнутри, куда-то исчезла.