Страница 94 из 156
Заговорил Трэз:
– Именно поэтому мы с айЭмом думаем, что, пока твориться это дерьмо, здесь должен кто-то находиться двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю.
Рив казался раздраженным, но не спорил.
– У нас есть хоть какие-нибудь догадки, кто оставляет эти трупы?
– Ну, да, – сказал Трэз. – Люди думают, что это ты.
– Нелогично. Зачем мне убивать своих покупателей?
Теперь все как один уставились на Рива.
– Эй, прекратите, – сказал он. – Я не настолько плохой парень. Ну, хорошо, настолько, но только если меня жутко выбесить. А, пардон, та четверка? Отличные бизнесмены. Все по-честному. Они были хорошими клиентами.
– Ты говорил с поставщиками? – спросил Трэз.
– Да. Велел им не волноваться и подтвердил, что буду толкать такое же количество продукта. Тех, кто ушел, быстро заменят другие, потому что дилеры, они, как сорняки. Всегда вырастают снова.
Они поговорили о рынке и ценах, затем Рив сказал:
– Прежде, чем закончим, расскажите мне о клубе. Что происходит внизу?
Правильно, замечательный вопрос, подумала Хекс. И что говорит наше расследование? Динь-динь-динь: в основном, Джон Мэтью. На коленях перед Джиной.
– Хекс, ты что, рычишь?
– Нет. Она заставила себя сосредоточиться и дала краткий обзор инцидентов, что произошли этим вечером. Трэз отчитался о Железной Маске, в которой значился управляющим, а затем айЭм доложил о финансах и ресторане «У Сола» – еще одной собственности Рива. В целом, обычное деловое совещание – не считая того, что они нарушали человеческие законы, за что можно отправиться прямиком в тюрьму. Если попадешься, конечно.
Но голова Хекс была лишь частично занята обсуждением, и, когда пришло время расходиться, она первая ринулась к двери, хотя обычно всегда задерживалась.
И она вышла из кабинета как раз вовремя.
Чтобы получить удар под дых.
Как раз в этот момент, из приватной уборной появился Куин, его губы были красными и припухшими, волосы – растрепанными, его окружал запах секса, оргазма и грязных, но совершенных с изяществом деяний.
Хекс остановилась, хотя это была чертовски плохая идея.
Следом вышла Джина, и выглядела она так, будто срочно нуждалась в выпивке. Причем желательно в каком-нибудь энергетике. Она была томная, но не потому, что пребывала в своем обычном, жаждущем секса состоянии, а потому, что ее только что отлично отымели, и мягкая улыбка на ее губах была слишком интимной и слишком искренней, чтобы понравиться Хекс.
Джон выходил последним, с высоко поднятой головой. Его взгляд был ясным, плечи расправлены.
Он был великолепен. Хекс была готова поспорить... он был великолепен.
Он повернул голову и встретился с ней глазами. Исчез робкий взгляд, стыдливый румянец, неловкая наивность. Он кивнул ей и посмотрел в другую сторону, собранный и... снова готовый к сексу, судя по тому, каким оценивающим взглядом скользнул по еще одной проститутке.
Грудь Хекс сковала тяжелая, незнакомая печаль, от которой даже сердцу стало больно биться. В своем неуемном желании спасти его от хаоса, через который пришлось пройти ее последнему любовнику, она что-то разрушила. Оттолкнув его, она лишила его чего-то очень важного и дорогого.
Его невинности больше не было.
Хекс поднесла часы ко рту:
– Мне нужно подышать воздухом.
Ответ Трэза прозвучал твердо:
– Хорошая идея.
– Я вернусь еще до того, как вы уедите на заседание Совета.
***
Покинув логово отца, Лэш дал себе лишь десять минут, чтобы полностью вернуться к жизни, затем сел в Мерседес и поехал к убогому ранчо, где они упаковывали наркоту. Он был настолько утомлен, что даже удивился, что по дороге никуда не врезался, хотя был момент, когда это чуть не произошло. Протирая глаза и пытаясь набрать телефонный номер, он не смог достаточно быстро нажать на тормоз на светофоре, и лишь потому, что с утра специальные машины рассыпали на дорогах Колдвелла соль, его автомобиль никуда не врезался.
Он положил трубку и сосредоточился на управлении машиной. Наверное, не стоит разговаривать с Мистером Д сейчас, пока он пребывал, как он это называл, в отцовском тумане.
Дерьмо, от нагревателя в салоне ему становилось только хуже.
Лэш опустил стекла, выключил печку в передней части седана, и, подъехав к дому-развалюхе, почувствовал себя значительно лучше. Припарковавшись позади хибары, так, чтобы Мерс не было видно из-за крытого крыльца и гаража, он вошел внутрь через кухонную дверь.
– Ты где? – прокричал он. – Какие новости?
Тишина.
Он заглянул в гараж, и когда увидел там только Лексус, то подумал, что Мистер Д, Грэйди и двое остальных, вероятно, еще не вернулись после охоты на очередного дилера. Это означало, что он успеет что-нибудь перехватить из еды. Подойдя к холодильнику, который для него забили под завязку, он набрал номер маленького техасца. Один гудок. Два гудка.
Он как раз доставал магазинный сэндвич с индейкой и проверял срок его годности, когда сработала голосовая почта Мистера Д.
Лэш выпрямился и уставился на свой телефон. Еще никогда он не дозванивался до его голосовой почты. Никогда.
Конечно, может быть, встреча началась позднее, и поэтому до сих пор не закончилась.
Лэш ел и ждал, предполагая, что в скором времени ему перезвонят. Когда этого не произошло, он пошел в гостиную, включил ноутбук и открыл специальную GPS программу, которая показывала на карте Колдвелла расположение каждого сотового, принадлежащего обществу Лессенинг. Он задал поиск телефона Мистера Д и обнаружил...
Что парень очень быстро двигался на восток. Двое других лессеров были с ним.
Но почему его чертов телефон не отвечает?
В подозрении, Лэш снова набрал его номер, и пока шел дозвон, нарезал круги по комнате. Насколько он мог судить, все в доме было на своих местах. В гостиной ничего не изменилось, в спальнях и его комнате тоже. Все оконные рамы были на месте, шторы опущены.
Он звонил техасцу уже третий раз, когда вошел в коридор в передней части дома…
Лэш застыл на полпути и повернул голову в сторону двери, которую еще не открывал… из ее щелей сквозил холодный воздух.
Не нужно открывать ее, чтобы понять, что произошло, но он все равно вынес ее ударом ноги. Окно в комнате было разбито, виднелись черные полосы – резина, не кровь лессеров – на подоконнике.
Беглый взгляд из окна, и он увидел следы на тонком слое снега, что вели к выходу на улицу. Без сомнения, все произошло очень быстро. В округе было полно машин, которые можно было легко вскрыть без ключей, а проделать подобное для любого более-менее опытного преступника – как два пальца об асфальт.
Грэйди сбежал.
Это был сюрприз. Он, конечно, был не самым ярким бриллиантом в коллекции, но его искала полиция. Ради чего он так рискнул, зная, что они снова сядут ему на хвост?
Лэш вошел в гостиную и нахмурился, посмотрев на диван, где Грэйди оставил грязную коробку из под пиццы Домино и... свою Колди Курьер.
Газета была открыта на странице с некрологами.
Подумав о разбитых суставах Грэйди, Лэш подошел и взял газету в руки.
Страницы чем-то пахли. Олд Спайс. Ага, так у Мистера Д имеются мозги, и он тоже изучил эту газету.
Лэш пробежал глазами список. Куча стариков семидесяти и восьмидесяти лет. Одному шестьдесят. Двоим чуть больше пятидесяти. Ни один не носил имя Грэйди: ни первый, ни второй. Трое приезжих, у которых здесь, в Колди, остались семьи...
Вот оно: Кристианна Эндрюс, возраст двадцать четыре года. Причина смерти не указана, но вот ее дата приходилась на воскресенье, и отпевание прошло сегодня на кладбище «Сосновая роща». Зацепка? Вместо цветов, пожалуйста, отправьте пожертвование в фонд пострадавших от домашнего насилия полицейского управления города Колдвелл.
Лэш вернулся к ноутбуку и проверил ответ системы GPS. Фокус Мистера Д направлялся прямиком... ну, вы поняли куда. Кладбище «Сосновая роща», где когда-то прекрасная Кристианна будет почивать вечность в руках ангелов.