Страница 64 из 156
Выдерживая ее взгляд, он покачал головой и провел ребром ладони по своему горлу. Ничего, сказал он молча, одними губами.
Хекс смотрела на него своими холодными серыми глазами, и Джон чувствовал, как она проникает в его голову, прощупывая мысли. Он позволил Хекс увидеть то, что происходит в его мозгах, потому что только это могло убедить ее и успокоить сильнее любых сказанных им слов.
– Ты один такой на миллион, Джон Мэтью, – тихо сказала она. – Большинство людей воспользовались бы подобным дерьмом. Особенно, учитывая те обязанности, что я исполняю в этом клубе.
Он пожал плечами.
– И куда ты направлялся сегодня вечером? И где твои друзья?
Он покачал головой.
– Ты хочешь поговорить о Торе? – Когда он впился в нее взглядом, она сказала: – Извини, но сейчас ты думал о нем.
Когда Джон снова покачал головой, что-то коснулось его щеки, и он посмотрел вверх. Начал падать снег, мелкие, крошечные хлопья кружились на ветру.
– Первый снегопад в этом году, – сказала Хекс, стоя вдали от двери. – А ты без пальто.
Он посмотрел на себя и понял, что на нем были лишь джинсы и футболка от Nerdz. По крайней мере, он не забыл одеть обувь.
Хекс сунула руку в карман, а затем протянула ему какую-то вещицу. Ключ. Маленький металлический ключик.
– Я знаю, ты не хочешь идти домой, и у меня есть одно место недалеко отсюда. Оно абсолютно безопасно и находится под землей. Иди туда, если хочешь, и оставайся столько, сколько нужно. Побудь один, пока не успокоишься.
Он собирался снова отрицательно покачать головой, когда она произнесла на Древнем языке:
– Позволь мне сделать для тебя что-нибудь, хотя бы таким образом.
Не прикасаясь к ее руке, он взял ключ и сказал одними губами: Спасибо.
После того как Хекс дала ему адрес, он покинул переулок, оставив ее одну со снегом, падающим с ночного неба. Выйдя на Торговую, он оглянулся. Она все еще стояла там, у двери, твердо уперев ноги в землю и скрестив руки.
Хрупкие хлопья опускались на ее темные волосы и голые, жесткие плечи, нисколько их не смягчая. Хекс не была ангелом, добрым к нему без всякой на то причины. Она была темной, опасной и непредсказуемой.
И он любил ее.
Джон махнул ей рукой и повернул за угол, смешиваясь с толпой людей, путешествующих из бара в бар.
***
Хекс так и осталась стоять на месте, даже когда большое тело Джона исчезло из вида.
Один на миллион, подумала она еще раз. Такой парень встречается один на миллион.
Вернувшись в клуб, она уже знала, что это лишь вопрос времени, когда его приятели, или, может быть, Братство появится здесь, чтобы найти его. Она скажет им, что не видела Джона и не имеет ни малейшего понятия, где он может быть.
И точка.
Он защитил ее, она защитила его.
Конец.
Она направлялась в VIP-зону, когда сработал ее наушник. Когда вышибала замолчал, Хекс выругалась и поднесла к губам часы, произнося в микрофон:
– Приведи его ко мне в офис.
Убедившись, что на танцполе не было работающих девочек, она вышла в общую часть клуба и стала наблюдать, как сквозь толпу тусовщиков ведут детектива де Ла Круза.
– Да, Куин? – спросила она не оборачиваясь.
– Господи, да у тебя, должно быть, глаза на затылке.
Она взглянула через плечо.
– И ты должен всегда об этом помнить.
Аструкс Нотрам Джона был из тех мужчин, которых большинство женщин хотели бы трахнуть. Да и мужчин тоже. На нем была черная рокерская футболка, надетая поверх рубашки от Affliction и байкерская куртка, но в целом он был ходячим стилевым противоречием. Ремень с клепками и подвернутые, изодранные в хлам джинсы, заставили бы группу The Cure[119] рыдать от зависти. За черные, стоящие торчком волосы, проколотую губу и семь черных гвоздиков по всей раковине левого уха, его запросто можно было принять за эмо. Нью Рокс на четырехдюймовой подошве выдавали в нем гота. А татуировка на шее вносила в общий вид тяжелый шик от Hart&Huntington.
А оружие, которое, она точно знала, у него имеется – он что, его под подмышками держал? У него были накачанные, как у Рэмбо[120], руки, и кулаки, под стать мастеру боевых искусств.
Весь его облик, несмотря на несоответствие стилевых элементов, олицетворял чистый секс, и, судя по тому, что она видела в клубе, до недавнего времени он пользовался свой внешностью по полной программе. К слову, приватные комнаты в задней части клуба стали ему как дом родной.
Хотя, после того как его возвели на должность личного телохранителя Джона, он поумерил свой эротический пыл.
– Что случилось? – просила она.
– Джон был здесь?
– Нет.
Разноцветные глаза Куина сузились:
– Ты вообще его сегодня не видела?
– Нет.
Когда парень посмотрел на нее, она знала, что он ни о чем не догадался. Ложь была на втором месте после убийства в списке ее умений и навыков.
– Проклятье, – пробормотал он, сканируя взглядом клуб.
– Если я увижу его, я передам, что ты его ищешь.
– Спасибо, – его взгляд вернулся к ней. – Слушай, я не знаю, что, черт побери, между вами произошло, и это не мое дело.
Хекс закатила глаза.
– Что как раз и объясняет, зачем ты сейчас все это говоришь.
– Он – хороший парень. Просто имей это в виду, хорошо? – Зелено-голубой взгляд Куина был полон ясности, свойственной тем людям, чья жизнь выдалась реально тяжелой. – Если с ним что-нибудь случится, многие очень расстроятся. Особенно я.
Последовала тишина, и ей пришлось отдать Куину должное: у большинства людей не хватало смелости противостоять ей, а угроза в его словах была очевидна.
– Ты молодец, Куин, и ты знаешь об этом. Ты настоящий мужик.
Она похлопала его по плечу и отправилась в свой офис, думая о том, насколько мудрым был выбор короля в плане Аструкс Нотрам для Джона. Куин был извращенным ублюдком, но, в то же время, настоящим убийцей, и Хекс была рада, что он присматривал за ее мальчиком.
То есть, за Джоном Мэтью.
Потому что он не был ее мальчиком. Ни в коей мере.
Хекс подошла к двери и распахнула ее без малейших колебаний.
– Добрый вечер, Детектив.
Хосе де ла Круз был одет в очередной дешевый костюм, он сам, его пиджак и пальто – весь его вид выдавал усталость.
– Добрый вечер, – сказал он.
– Чем я могу вам помочь? – она села за стол и жестом пригласила его занять кресло, в котором он сидел в прошлый раз.
Он не воспользовался предложением.
– Не могли бы вы рассказать, где были вчера поздно вечером?
Да не совсем, подумала она. Потому что в то время она убивала одного вампира, и это его абсолютно не касалось.
– Я была здесь, в клубе. А что?
– Это может кто-нибудь подтвердить?
– Да. Вы можете поговорить с айЭмом или любым другим сотрудником. При условии, что вы расскажете мне, что, черт возьми, происходит?
– Прошлой ночью на месте убийства мы обнаружили предмет одежды, принадлежащий Грэйди.
О, черт, она осатанеет, если кто-то пришил ублюдка.
– Но не его тело?
– Нет. Мы нашли куртку с рисунком на спине в виде орла. Всем известно, что он носил такую же. Что-то вроде его личной подписи.
– Как интересно. А почему вы спрашиваете, где вчера была я?
– На куртке пятна крови. Мы не уверены, принадлежит она ему или нет, но завтра все узнаем.
– Опять же, почему вы хотите знать, где была я в это время?
Де ла Круз уперся ладонями в стол и наклонился, его шоколадного цвета глаза были чертовски серьезны.
– Потому что у меня такое чувство, что вы хотели бы видеть его мертвым.
– Мне не нравятся мужчины, склонные к насилию, это правда. Но все, что у вас есть, это пиджак, но не тело, и более того, прошлой ночью я была здесь. Так что если кто-то и прикончил его, то это была не я.