Страница 4 из 13
— Поскорее! — вскрикнула Пия, не отводя взгляда от перепуганной собаки. — Она ужасно боится, а если упадет, наверняка что-нибудь себе сломает!
— Мэм, кошки редко ушибаются, прыгая с деревьев, — произнес голос за плечом Пии. — Этот миф, ну, знаете, что кошка всегда приземляется на лапы, он отчасти правдив.
Хлоя заскулила.
— Эй, это не кошка!
Пия повернулась к пожарному, раздраженно нахмурившись.
— Я ведь четко сказала вашему диспетчеру, что моя собака… — заговорила она, уперев руки в бока, но от одного лишь взгляда на пожарного ее гнев испарился, а язык прилип к нёбу.
Пия почувствовала, как щеки загорелись огнем. Черт побери в квадрате! Это былОН. Гриффин Ди Анжело. Самый потрясающий мужчина, каких ей только доводилось видеть. Вообще когда-либо. Даже по телевизору. Он был тем самым парнем, по которому она сохла весь последний год, после того как однажды выгуливала Хлою и проходила мимо его дома — а дом этот находился на ее улице, совсем недалеко — и увидела его, когда он подметал двор. Без рубашки. И вот он стоял перед ней. Стоял в ее собственном дворе, как будто выскочил из одной ее весьма выразительной фантазии.
Он, само собой, вообще сейчас не смотрел на нее и совершенно не заметил, что Пия внезапно лишилась дара речи. Он с насмешливой улыбкой глядел на Хлою.
— Но как, черт побери, он взобрался на это дерево?
— Это не «он», это «она», — ответила Пия. — Просто вскарабкалась.
— Ох, простите за грубость, мэм; я забыл, что вы тут рядом стоите. Меня зовут Гриффин Ди Анжело, я капитан городской пожарной станции.
Он приложил руку к шлему старомодным и восхитительным жестом джентльмена, приветствующего леди.
— Я знаю!
— Вы знаете? — Он вскинул брови, как бы подчеркивая свой вопрос.
— Да, вы живете вон там!
Пия махнула рукой вдоль квартала, в сторону его дома.
— Помните, мы с вами встречались на празднике Четвертого июля в нашем квартале, и еще летом, на празднике жареных сосисок, и еще перед Рождеством, когда все соседи собирались и обсуждали праздничное освещение, — забормотала Пия.
— Извините, мэм, — смутился он. — Я не помню.
Конечно, он не помнил. Никто не запоминал встречи с Пией.
— Это неважно, я... э-э...
Она замолчала, уставившись в его глаза, такие большие, голубые и прекрасные, с темными ресницами... и совершенно по-идиотски забыла собственное имя.
— Мэм?
— Дорис Чамберлейн! — брякнула она, тыча в него рукой, как вилкой. — А собака на дереве — Хлоя.
Он осторожно пожал ее руку, будто боялся, что она взорвется от его прикосновения. А почему бы ему и не подумать так? Она ведь только что сказала, что они уже трижды встречались, но он ни одного раза не помнит, и все равно она продолжает таращиться на него, как детсадовка на фабрике жевательной резинки. А ее волосы! Пия с трудом удержала стон и принялась лихорадочно приглаживать растрепанную шевелюру, скрепленную сзади любимой заколкой.
— Смотри-ка, это собака! — сказал молодой пожарный коллегам, несшим раздвижную лестницу. — Поосторожнее!
— Черт побери, как она туда попала? — со смехом воскликнул другой пожарный.
Гриффин откашлялся и развел руками.
— Извините, мэм, — пробормотал он.
Пия нервно рассмеялась и постаралась ответить как можно более беспечно:
— Она туда вскарабкалась!
Но, как обычно, ни один мужчина даже не посмотрел на нее.
— Вскарабкалась? Да она поднялась по этому дубу футов на двадцать!
— Она отлично это умеет, — сообщила Пия. — Вот только она плохой спускатель.
Ей захотелось провалиться сквозь землю от смущения. Спускатель? Боже, да она действительно ведет себя как идиотка!
— Ну так давайте ее спустим, — сказал Гриффин.
Мужчины начали раздвигать лестницу, и Хлоя тут же зарычала.
— А что это за собака, мэм? — спросил Гриффин.
— Она скотчтерьер, но считает себя кошкой. Видите ли, у меня есть кот по имени Макс, и Хлоя безумно влюблена в него, несмотря на то что она — собака Хлоя не желает этого признавать. И решила, что она — не шотландский терьер, а шотландская кошка. Не знаю, то ли познакомить ее с какой-нибудь собакой, то ли накормить успокоительным, а может, просто сводить к психиатру для животных.
Гриффин рассмеялся, и от его низкого заразительного смеха по коже Пии побежали приятные мурашки.
— А может, вам стоит просто научить ее технике безопасности.
Пия хихикнула и попыталась добиться «особого момента» с этим абсолютно, безумно великолепным Гриффином-Пожарным... того момента, когда глаза мужчины и женщины встречаются и замирают в долгом сексуальном взгляде.
Само собой, ничего не получилось.
Прежде всего потому, что ее кокетливое хихиканье — о ужас из ужасов! — перешло в нечто вроде шмыганья носом. Во-вторых, на сцене весьма некстати появилась прекрасная блондинка.
— Пия! Только не говори, что Хлоя снова забралась на дерево!
Гриффин мгновенно перенес внимание на свою соседку, поспешно направлявшуюся к ним, волоча за собой шестилетнюю дочку.
— Привет, Гриффин! — сказала она.
— Рад тебя видеть, Стаей, — улыбнулся он и снова прикоснулся к шлему.
Пия вздохнула. Конечно, он помнил Стаей — высокую, гибкую, всегда прекрасно выглядевшую Стаей, хотя Пия точно знала, что за весь прошлый год Стаей всего раз посещала собрания соседей по улице. А в присутствии Стаей у нее не оставалось ни единого шанса, что великолепный Гриффин еще хоть раз подумает о ней. Если он вообще хоть разок о ней думал. Несмотря на то что рядом со Стаей стоял ребенок, она все равно выглядела безумно привлекательной.
Но к удивлению Пии, взгляд пожарного вернулся к ней.
— Пия? — произнес он, приподняв брови.
— Да, — откликнулась она, пожимая плечами и приступая к краткому варианту объяснения, почему ее все так называют. — Как ни грустно, но Пия — это мое детское прозвище, почему-то оно ко мне прилипло навсегда.
— Ох, да будет тебе! — воскликнула Стаей. — Ничего дурного в твоем прозвище нет. Пия — это прелестно!
— Я за Пию! — сообщила дочь Стаей, Эмили — Мне нравится твое имя. Оно отличное! Но не такое крутое, как вот он.
Эмили ткнула пальцем в сторону Гриффина.
— А ты женат? Пия не замужем. Может, ты женишься на Пие? А то у нее даже приятеля нет, и моя мама говорит, что это просто стыд: она ведь куда умнее, чем люди думают, и она...
Пия судорожно втянула воздух, чувствуя, как загорается ее лицо, а Стаей быстро закрыла рот Эмили ладонью, изо всех сил стараясь сдержать смех.
Хвала младенцу Иисусу за то, что именно в это мгновение Хлоя решила как следует рыкнуть на молодого пожарного, устанавливавшего у дерева лестницу.
— Хлоя! Все в порядке!
Пия подбежала к дереву и посмотрела вверх, на черную морду и яркие выразительные глаза. Хлоя заскулила.
— Извините, она не очень любит мужчин, — пояснила Пия, обращаясь к пожарному. — Но я не думаю, ЧТО она вас укусит. Хотя и будет протестовать и жаловаться. Возможно, очень громко и энергично.
— Я сам ее сниму, — сказал Гриффин.
— Она твоя, капитан!
Гриффин начал подниматься по лестнице, и сердитый низкий рык Хлои стал громче.
— Хлоя! Как ты себя ведешь! — воззвала Пия к совести взволнованной собаки.
«Пожалуйста, боже, только не дай ей укусить его», — снова и снова мысленно повторяла Пия... пока Гриффин не сделал нечто такое, от чего и рычание Хлои, и мысли Пии разом оборвались.
Он позвал Хлою, но не так, как любой человек обратился бы к собаке. Невероятно, но он заговорил с ней как с кошкой.
— Иди сюда, Хлоя, кис-кис! Все хорошо, малышка. Иди ко мне, кис-кис-кис...
Ошеломленная Пия наблюдала, как ее собака насторожила уши и повернула голову к Гриффину.
— Хорошая девочка, — промурлыкал Гриффин. — Хорошая киска, киска...
Он медленно протянул руку, и Хлоя как следует обнюхалаее.
— Ну, чуешь, да? Все в порядке, киска, идем-ка вниз.
Пия застыла на месте и только таращилась на Гриффина, который осторожно потянул к себе Хлою, с любопытством обнюхивавшую его, взял ее на руки и начал спускаться по лестнице.