Страница 39 из 78
- Так почему бы тебе просто не сказать, кто ты таков? Приведи ее сегодня вечером на Олимп, воспользуйся силой бессмертного, чтобы ее любовь всплыла на поверхность.
Аполлон ужаснулся.
- Это не будет любовью! Это будет презренное поклонение или страх, смешанный с обожанием!
- Да, вот уж отличный пример того, насколько мы с тобой разные. Ты не хочешь пользоваться своей силой, чтобы завоевать Памелу; я же думаю, что только в этом и есть смысл. Какая смертная не захотела бы, чтобы ее полюбил бог?
Услышав, как Артемида высказывает вслух самодовольные мысли, которые совсем недавно посещали его самого, Аполлон преисполнился презрения к себе. Нечего и удивляться, что Памела отказывается признать в нем родственную душу…
- Что-то подсказывает мне, что Памела совсем не обрадуется, когда узнает, кто я на самом деле.
Артемида громко фыркнула.
- Современные смертные не похожи на людей Древнего мира. Они управляют железными тварями, покорными их воле. Разного рода сведения разносятся между ними с помощью механизмов, а не магии и ритуалов. Для них мы мертвы. Нет, она должна в первую очередь полюбить меня как обычного мужчину. И только после этого я смогу убедить ее принять меня как бога.
- И как же ты собираешься это сделать?
- Я должен любить ее, как простой мужчина любит свою женщину.
Артемида вопросительно вскинула брови.
- Всем сердцем, всеми силами, - пояснил Аполлон. - Видишь ли, когда я научусь этому, я выиграю нечто бесценное. Ее любовь.
- Как думаешь, ты сможешь завоевать ее любовь до завтрашнего рассвета?
- Сильно сомневаюсь, - сказал Аполлон.
Артемида вздохнула.
- Наверное, мне нужно радоваться уже и тому, что связь между мной и Памелой стала слабее. Теперь это походит на легкий зуд, с которым, правда, нелегко справиться, но это уже не постоянное изматывающее раздражение. Да уж, Бахус своей выходкой запустил нешуточные дела.
- Ты с ним говорила?
- Нет, он в последние дни старается не появляться на Олимпе. - Артемида пожала плечами. - Хотя он и раньше не слишком много времени проводил здесь. Он давно уже предпочитает общество смертных. Когда наши мытарства закончатся, надо не забыть всерьез разобраться с ним за дерзость.
Аполлон промолчал. Разве мог он сказать сестре, что его «мытарства» не закончатся никогда? Он мало что знал о любви, но уже был уверен в одном. Любовью нельзя руководить - она не начинается и не заканчивается по приказу. К несчастью.
- Аполлон? Очнись! Я спросила, как ты намерен действовать сегодня вечером!
- Я не знаю! - Стены храма угрожающе засветились, и бог света постарался обуздать разочарование. - Ужин… она сказала, что я могу пригласить ее на ужин. Ты сама слышала.
Гладкий лоб Артемиды сморщился, когда она вспомнила слова Памелы.
- «Закусос Максимус»… Что за странное имя?
- Да так, просто неудачное название.
- Мне все же кажется, что тебе следует сегодня привести ее сюда. Уговори ее посетить Олимп, твой личный храм. Что может быть более романтичного?
- Артемида, я уже объяснял тебе, что отказываюсь пользоваться своей силой, чтобы завоевать ее любовь.
- Так и не используй ее, упрямый олух! Но это твой дом, и он, уж конечно, несравнимо прекраснее всего, что может предложить королевство Лас-Вегас!
Аполлон немного подумал над словами сестры.
- Вообще-то ей нравится античная архитектура.
- Вот и приведи ее сюда! Скажи ей, что это особая, скрытая от посторонних часть «Дворца Цезаря». По крайней мере, ты будешь уверен, что вы останетесь действительно наедине.
- Наверное, я мог бы воспользоваться силой и затуманить ее ощущения, когда мы будем проходить через портал…
- Так веди ее сюда поскорее, пока еще кто-нибудь из двенадцати высших не положил на нее глаз.
Аполлону начала нравиться идея сестры.
- И мне не придется тревожиться из-за несчастных случаев, или железных монстров, или еще каких-нибудь помех современного мира. Я смогу сосредоточиться на том, чтобы убедить ее в моей любви…
К тому же Аполлону действительно хотелось показать Памеле свой дом и увидеть, как она отреагирует на здешнюю красоту… даже при том, что он не сможет признаться ей, кто хозяин этого великолепия.
- Я сама составлю меню ужина и велю моим личным служанкам дождаться тебя. Нимфам доверять нельзя.
- Отлично! - воскликнул Аполлон. - Только не забудь сказать им, что они не должны называть меня Аполлоном.
- Да-да, мои служанки подыграют тебе, Фебус, - улыбнулась Артемида.
- Я в долгу перед тобой, Диана, - улыбнулся в ответ Аполлон.
Артемида подумала, как хорош и обаятелен ее брат. Памела просто не сможет устоять перед ним, в особенности если Артемида кое в чем ей поможет… а она намеревалась это сделать.
- Значит, все решено, но нужно многое подготовить. Времени мало. К рассвету Памела должна вернуться в королевство Лас-Вегас. Будем надеяться, полностью и окончательно влюбленная в Фебуса, - сказала Артемида.
Потом она дважды хлопнула в ладоши и властным голосом олимпийской богини позвала:
- Служанки, сюда!
Не прошло и секунды, как в облаке блистающей серебряной пыли перед ней материализовались двенадцать прекрасных молодых женщин; они как будто были окружены светом, позаимствованным у луны.
- Дамы, мой брат нуждается в нашей помощи. Вот что мы должны сделать…
Аполлон наблюдал за начавшейся бурной деятельностью, пока сестра не выставила его из комнаты, напомнив, что ему уже почти пора отправляться на свидание с возлюбленной. Бог света улыбался, готовясь к встрече. Он приведет в свой дом свою истинную любовь. Он будет умолять и любить ее здесь, где чувствует себя наиболее спокойно. Она поймет, что ей незачем бояться новой боли. И тут, в его собственном мире, он будет уверен, что все пойдет хорошо и ничего дурного не случится.
Глава восемнадцатая
- Я просто представления не имею, что надеть, - вздохнула Памела в трубку сотового телефона.
- Что-нибудь горячее, но не обжигающее, - ответила Вернель. - Он ведь должен кое-что объяснить тебе до того, как опрокинет на спинку и снова заставит раздвинуть нетерпеливые ножки.
- Мои ножки не нетерпеливые. - И без того уже красное ухо Памелы, прижатое к трубке, покраснело еще сильнее. - Ну ладно, ладно… может быть, действительно немножко нетерпеливые.
- Памми! Нет такого понятия, как «немножко нетерпеливые». Это как быть немножко беременной или устроить маленькую ядерную войну.
- Ох, боже… Я, наверное, просто шлюха. - Памела прикрыла глаза ладонью.
- Ох, умоляю! Ты занималась сексом с двумя мужчинами за… восемь или девять лет? И за это ты называешь себя непотребной женщиной?
- Но я переспала с ним после всего лишь второй встречи! - прошептала Памела.
- Нечего там шептать. Ты ведь одна. И к тому же разговариваешь не с той женщиной, которой следовало бы стесняться. Давай-ка вспомним одну нашу старую шутку. Что берет с собой лесбиянка на второе свидание? - Вернель выжидающе замолчала.
- Автомобильный прицеп со своими вещами, чтобы можно было сразу перебраться к новой подруге, - усмехнулась Памела.
- Вот именно. Так что, как видишь, с моей точки зрения, ты демонстрируешь потрясающую осторожность.
- Да, ты права. Я говорю явно не с той женщиной, - сказала Памела.
Вернель не обратила внимания на эти слова.
- Но это совсем не значит, что ты не должна поиграть в безразличие. По крайней мере, до тех пор, пока молодой джедай Фебус не объяснит, почему сбежал от тебя утром и, что куда более важно, почему не упомянул о такой необходимости раньше, например в то время, когда ты раскидывала ножки, или сразу после этого.
- Мне бы не хотелось, чтобы ты называла его так.
- Почему? Это же комплимент. Кроме того, судя по твоему сентиментальному описанию, такое название ему отлично подходит.
- Он не похож на джедая. Если хочешь знать правду, он скорее похож на молодого бога.