Страница 20 из 72
— Может, я была наверху с клиентом.
— Возможно. — Лео достал еще несколько монет из кармана. Если хорошенько размешать содержимое горшка Сибсона, глядишь, что‑нибудь интересное всплывет на поверхность. — В последнее время у Сибсона появились какие‑нибудь новые клиенты?
— Все постоянные. За исключением вас, сэр.
— Я хотел бы, чтобы ты последила за лавкой. Может, ты заметишь что‑нибудь необычное. Я буду очень признателен, если ты обратишь особое внимание на новых клиентов Сибсона. Или на прежних, которые вдруг стали заходить в лавку чаще, чем раньше.
— Договорились, милорд.
— Сделай так, чтобы никто не догадался, что ты наблюдаешь за лавкой.
— Никто из них на меня и смотреть не желает. — Она горестно скривила губы. — Вы единственный за несколько месяцев, кто меня заметил.
— Я приду за сведениями через пару дней.
— Я буду здесь.
— А за это время истрать несколько монет на теплую шаль. Мне ни к чему, чтобы ты простудилась.
— Проклятие, — пробормотал он и побарабанил пальцами по дверце экипажа.
К чему все это может привести? Похоже, дело приобретает опасный оборот. Должно быть, весьма неблагоразумно вступать в деловые отношения с женщиной, которая так легко способна его воспламенить. С другой стороны, лестно сознавать, что, несмотря на свой зрелый возраст, он еще способен воспламениться.
Лео поймал себя на том, что улыбается, к подумал, что это явно не к добру.
Глава 6
Фигура вытянула вперед прозрачную руку.
— Сюда. Следуйте за мной в темноте.
Миссис Амелия Йорк. Руины. Глава 6
— Беатрис, вот они. — Арабелла вошла в кабинет. — Переплетенные экземпляры твоей новой книги наконец‑то пришли. По‑моему, переплетчик потрудился на славу. Правда, симпатично выглядят?
Беатрис оторвала взгляд от аккуратно сложенной записки, которую только что получила. Несмотря на то что содержимое записки очень ее заинтересовало, она была рада появлению кузины.
Голубые глаза, блестящие черные волосы, тонкие правильные черты лица — по всем канонам Арабеллу можно было назвать красивой. К этому следует добавить, что она отличалась редкой отзывчивостью, доброжелательностью и уравновешенностью.
Благодаря мудрому руководству Уинифред, Арабелла сумела завоевать успех в определенных кругах высшего света. Пирсон Бернби, наследник лорда Хейзелторпа, вынужден был стоять в очереди вместе с другими джентльменами, горевшими желанием пригласить ее на танец. Нельзя сказать, чтобы приглашения так и сыпались в городской дом Беатрис, но все же Уинифред и Арабелла довольно часто выезжали в свет. Иногда они задерживались на балах до утра.
— Да, переплетчик в самом деле хорошо потрудился. Знаешь, в связи с последними событиями я, можно сказать, забыла про «Замок теней».
— Не понимаю, как ты можешь об этом забыть! — Розовые юбки нового муслинового платья обвивались вокруг щиколоток, пока девушка шла к письменному столу. — Могу поклясться, что это твой самый захватывающий роман. Когда я читала сцену с привидением в склепе, меня мороз по коже продирал.
— Отлично. Остается только надеяться, что у других покупателей будет такое же мнение. Кажется, все мои читатели мечтают почувствовать, как мороз продирает по коже.
— Они наверняка влюбятся в твоего героя. — Арабелла положила книгу на стол. — Совершенно потрясающий человек! Как тебе удалось придумать такого?
— Не имею понятия. Такое впечатление, что мои герои поступают по собственному желанию, а не по моей воле. Арабелла засмеялась:
— Ну и не старайся их переделать… Знаешь, я видела длинную очередь у книжного магазина, когда продавали «Замок теней». Твоим читателям твои герои нравятся такими, какие они есть.
— Жаль только, что критики с ними не согласны. Правда, дядя Регги как‑то сказал, что автор должен сам для себя решить, будет он писать для читателей или для критиков, потому что одновременно ублажить тех и других, как правило, невозможно.
— Бедный дядя Регги! Он был такой забавный.
— Он был моим самым благодарным читателем. Ему нравилось все, что я пишу.
А еще он был ее постоянным защитником, подумала Беатрис. И не ленился писать уничтожающие письма критикам, которые нападали на ее романы. Однажды он сказал Беатрис:
— По причине убогости своего воображения они не могут оценить твои потрясающие книги, моя дорогая. Не обращай на них внимания.
Она посмотрела на сверток в коричневой бумаге, перевязанный бечевкой, который лежал на верхней полке книжного шкафа.
— Мне по‑настоящему будет не хватать его.
В пачке находился экземпляр рукописи, которая впоследствии стала романом «Замок теней». Беатрис по обыкновению дала дяде прочитать ее, хотя заголовок еще не был придуман. Она хотела, чтобы Регги высказал свое мнение о вариантах заголовка. У него был дар их придумывать.