Страница 14 из 72
— Финч справится с моим плечом. — Лео вошел в комнату. Эльф последовал за ним, тихонько повизгивая. Не отставал от хозяина и Финч.
— Право, М'лорд, с этим надо кончать. Одно дело, когда вы были молодым человеком двадцати лет, и совсем другое, когда вам сорок.
— Мне еще нет сорока, — проворчал Лео.
— Так близко к этому, что не меняет дела. — Финч стал растапливать камин.
— У меня есть некоторый опыт по этой части, Финч.
— Не слушай ее, Финч. — Лео устало опустился на стул перед камином. — Если ты дорожишь своим положением в этом доме, не обращай внимания на миссис Пул.
— Его светлость не в себе, Финч. Делайте, что я говорю.
— Вернусь мигом, мадам, — сказал он и бросился в сторону кухни.
Беатрис вошла в библиотеку. Эльф лежал, положив голову на колени хозяина, и внимательно смотрел на нее.
— Позвольте осмотреть ваше плечо, сэр.
— Вы всегда все делаете по‑своему? — рассердился Лео.
— Когда дело кажется мне достаточно важным, я настаиваю на своем. — Беатрис осторожно стянула с Лео плащ и отбросила его в сторону.
Лео сцепил зубы, но сопротивляться не стал. У Беатрис перехватило в горле, когда она увидела кровь на белой рубашке.
— Боже мой!
— Если вы собираетесь упасть в обморок, прошу вас сделать это где‑нибудь в другом месте. В моем нынешнем состоянии я не смогу удержать вас.
— Никогда в жизни я в обморок не падала. — Беатрис с облегчением отметила, что красное пятно начинает подсыхать. — К вашему счастью, кровотечение уже почти прекратилось. Мне нужны ножницы, чтобы разрезать рубашку.
— В письменном столе. Правый верхний ящик. — Правой рукой Лео взял бутылку бренди. — А какой у вас опыт?
— Прошу прощения? — спросила Беатрис, быстрым шагом направляясь к письменному столу.
— Вы сказали Финчу, что у вас есть некоторый опыт в этом деле. — Он плеснул бренди в стакан, залпом выпил и снова его наполнил. — Поскольку вы принудили меня стать вашим пациентом, я имею право знать степень вашей медицинской компетентности.
— Мой отец был приходским священником, а мама соответственно женой священника, — сказала Беатрис, открывая ящик стола и доставая ножницы.
— И что же?
— К своим обязанностям она относилась весьма серьезно. Она не только занималась благотворительной деятельностью, но и часто помогала деревенскому доктору и повитухе.
— И она научила вас тому, что знала сама? — спросил Лео, с опаской глядя на ножницы.
— Когда я стала постарше, она брала меня с собой, отправляясь к больному или пострадавшему. — Точными и быстрыми движениями Беатрис разрезала рубашку, обнажив рану. — Таким образом я многому научилась. Моя мать очень ответственно относилась ко всему, за что бралась и что как она считала, требовало ее внимания.
— И вы, по всей видимости, унаследовали ее талант брать ответственность на себя. — Лео втянул в себя воздух, когда Беатрис содрала с него остатки белья. — Осторожно, мадам. Этому плечу и без того сегодня досталось.
Беатрис осмотрела кровоточащую рану и с удовлетворением отметила, что она была неглубокой.
— Я видела пару раз пулевые раны, — сказала она.
— Похоже, вы вели бурную, полную приключений жизнь, миссис Пул.
— Это были несчастные случаи на охоте. Пулевые ранения могут быть очень коварны. Но в вашем случае пуля лишь скользнула по плечу. Чуть‑чуть бы правее…
— Я говорил вам, что ничего серьезного, — сказал Лео, повернув голову, чтобы рассмотреть плечо.
— Любая рана, в том числе и эта, может стать серьезной, если ее не обработать должным образом. В дверях появился Финч:
— Чистые бинты и вода, как вы просили, мадам.
— Пожалуйста, поднесите их сюда. И можете приготовить его светлости чистую рубашку.
— Да, мадам. — Финч поставил поднос на стол и снова исчез.
— Бедняжка Финч, — пробормотал Лео. — Боюсь, что он больше никогда не будет таким, как был. Вы подавили его, миссис Пул.
— Чепуха! Он просто демонстрирует здравый смысл, которого у него больше, чем у вас, сэр.
— Вы хотите подкрепиться перед начатом дела? — удивленно спросил Лео.
— Я не собираюсь пить эту жидкость, сэр. Потерпите. — Беатрис плеснула бренди на открытую рану раньше, чем Лео успел разгадать ее намерение.
— Проклятие! Зряшная трата доброго бренди!
— Моя мама свято верит в то, что раны нужно промыть крепким спиртом. Она вычитала это в одной из отцовских книг.
— Где живут ваши родители?
— Сейчас они живут в Гэмпшире, в симпатичном небольшом коттедже. У папы много книг и розарий. Мама организовала школу для деревенских детей. Она верит в силу образования.
— Скажите, миссис Пул, вашим родителям известно, что вы занимаетесь такими опасными вещами, как расследование убийств и розыски древностей?
— У меня пока не было возможности написать им о моих текущих делах. — Беатрис аккуратно подрезала полотняный бинт. — Но я сделаю это, как только вопрос разрешится.
— Понятно. — Он наблюдал за тем, как Беатрис связывала концы бинтов. — Они удивятся, узнав о вашей активности в этом плане?
— Я уверена, они поймут, что при сложившихся обстоятельствах у меня не было иного выбора, кроме как найти убийц дяди Регги и вернуть Арабелле ее наследство.
— Ну да. И все это будет сделано за один день — в представлении читательницы романов ужасов, — не так ли, миссис Пул?
— Каждый делает то, что должен. Лео хмыкнул и сделал глоток бренди.
— Вы давно вдова, миссис Пул?
Вначале Беатрис очень удивилась этому вопросу, а затем поняла, что Лео, по всей видимости, хочет отвлечься от своей раны.
— Я была замужем три года. И уже пять лет вдова.
— А в каком возрасте вы вышли замуж?
— В двадцать один год.
— Стало быть, вам двадцать девять сейчас?
— Да. — Беатрис не могла понять, к чему он клонит.
— Почти тридцать.
— Верно, сэр. — Она сильно потянула за бинт. Лео скрипнул зубами и сделал еще глоток бренди.
— Вы не собираетесь снова замуж?
— Нет. — Беатрис холодно улыбнулась. — Если женщина познала метафизическое совершенство самого гармоничного союза между мужчиной и женщиной, если она испытала амброзию физического, духовного и интеллектуального общения с подлинной душой своего партнера, она никогда впредь не будет довольствоваться чем‑то меньшим.
— Брак был столь хорош?
— Он был само совершенство, милорд.
— Пока ваш муж не умер, — напомнил Лео.
— Совершенство не может длиться вечно. Но отрадно знать, что ты имел привилегию любить, которая выпадает немногим людям. — Она замолчала, продолжая перевязывать плечо. — Я уверена, что вы меня понимаете. Я слышала, ваш брак тоже был необычайно счастливым.
— Она была образцом грации и красоты, — твердо сказал Лео. — Она была верной, мягкой и любящей матерью моих сыновей. Ни один мужчина не может потребовать от женщины большего. Это была женщина с лицом и характером ангела.
Сердце Беатрис по непонятной причине куда‑то провалилось. Выдавив вежливую улыбку, она сказала: